Наследник огня и пепла. Том V. Кровь и дороги - Владислав Добрый

на других долгобородов — Вы идиоты, вы же были нам как братья! Вы предали нас ради надменного ублюдка! Который не считает вас людьми!

— Можешь убить его, мастер Хогспор, — сказал я. Долгобород, до этого демонстрировавший поистине каменную невозмутимость, тут же зарычал от ярости и искромсал бедолагу в рубленый фарш. Если бы куски были ещё чуть мельче, можно бы было в манты класть.

— Ладно, — вдруг сказал Сперат. — А можно мне спросить, «почему»?

— Потому что я Магн Итвис, — отрезал я.

Это нелепый ответ. Но некоторые ответы я приберегу только для сына. Вила хитрый подонок, умеющий выживать. И он навидался всяких ублюдков. И он неизбежно бы ударил в спину, в самый удобный для него момент. Это было очевидно даже для меня. Что было не очевидно для меня, и даже для многоопытного Вилы, так это то, что он играл не против меня, а против Вокулы. Именно мой казначей договорился с долгобородами, чтобы те втерлись в доверие к наемникам Вилы. Притворились, что с ними на одной стороне, если выяснится, что те затевают бунт. И убили их по первому приказу.

Я не верил в этот план, но Вокула и в самом деле будто насквозь видит людей. Вила, сам всегда готовый к предательству, по каким-то причинам поверил в искреннюю дружбу и привязанность клана не вполне людей. Для которых все мы, в конце концов, враги. Только вот я нужен Инсубрам сильнее, чем Вила. Все очень просто.

Отменять экспедицию я не стал. Пока слуги людей Дйева прокладывали гать через разрушенный участок дороги, мои чушпаны рубили на куски тела своих и чужих и бросали их в разведенный из остатков строений огромный костер.

На следующее утро, когда мы двинулись в глубь болот, влажный воздух был пропитан запахом горелого мяса и за нашими спинами все еще поднимался густой дым.

Глава 13

Тяжелый труд

Я не удивлюсь если в моем родном мире до сих пор еще есть что-то вроде Ангкор Вата или развалин Древнего Египта, но про них не знают, потому что они в болоте. У меня мало опыта для серьезного сравнения, однако я почти уверен — даже джунгли и пустыня могут оказаться оказаться предпочтительнее для нескольких недель в них пребывания, чем болота.

«Это было ошибкой», — сказал я себе через четыре недели.

— Больше мы не можем тут оставаться, — сказал я на военном совете тем же вечером.

— Мы исполнили все приказы Совета Караэна! — Сказал я на утреннем построении перед полутора сотнями измученных людей и полусотней долгобородов. — Мы возвращаемся домой!

И это сделало их заметно счастливее.

Дикие Земли в этом болоте меня, честно говоря, слегка разочаровали. После всех рассказов о коварных плотоядных деревьях, о траве, которая режет людей на куски как ножами, о покрытых костяной броней медведях и добавляя к этому то, что я увидел в Кровавом Волоке — я ожидал нечто вроде локации с кучей монстров. Как в онлайн игре. Реальность оказалась прозаичнее и, одновременно, хуже.

После мучительного путешествия мы смогли преодолеть около шестидесяти километров по полуразрушенному тракту. В отличии от центральной дороги это ответвление было чуть ниже и поэтому местами затоплено. Вода, вернее тина, доходила до середины бедра. Через такие участки трудно было прогнать даже людей, не говоря уж о конях. Когда из тумана окружающих болот стали появляться зловещие руины, большинство испытало скорее облегчение — добрались хоть до чего-то.

Но самое тяжелое началось после. Бруно развил бурную деятельность и под его внезапным напором усталые люди начали разбирать древние дома, строить из них насыпи и исследовать всё вокруг.

Местная измененная живность была представлена в основном флуоресцентными цветами гигантских размеров, похожими на лотосы и полупрозрачными бабочками. С нами было несколько отрядов из Братства Охотников, выполнявших функции разведчиков — и, как выяснилось, дегустаторов. Потому что они быстро выяснили, что мясистая корневая луковица которой крепились цветы ко дну — съедобна. Цветы и крылья измененных бабочек оптом скупал Каар для своих алхимических надобностей, поэтому очень быстро вокруг всё было опустошенно и нетронутое волшебное болото, где-то даже красивое, превратилось в обычное. В вонючую грязь.

За все время представителей измененной фауны нам встретились дважды. Если не считать безобидных бабочек. Один раз что-то очень длинное, похоже на сороконожку с пастью крокодила. Впрочем, это существо заметили издалека среди руин. Его встретили крики, несколько арбалетных болтов и пару магических зарядом. После чего существо скрылось и больше его не видели. Вернее, о том, что его видели мне докладывали каждый день, иногда не один раз — но ни разу эти сообщения не подтвердились. А вот твари, больше всего напоминавшие гигантские пиявки, в первое время доставляли нам проблемы. Пара быков и не меньше десяти человек пострадали от их челюстей.

Но это только в первую неделю. Да и то, только потому, что эти твари подбирались под водой. Впрочем, после первого шока, стало ясно — вооруженные мужчины это не еда для монстров. Чтобы охотиться на нас, надо быть чем-то особенным. Псевдопиявки особенными не были. Очень скоро выяснилось, что их мясо вполне сносное на вкус — и они окончательно превратились в добычу.

Удивительное дело, но Краас не нашел в гигантских иявках ничего особо волшебного. Однако их шкура оказалась легкой в обработке, поэтому пользовалась спросом. Их обдирали, потрошили, мясо говтовили а шкуры продавали маркитантам в обозе. Тем самым, что пришли еще с лучниками Вилы. А те перепродавали в город. Вообще, тносительная близость к Караэну — вот то, что вообще спасло мою экспедицию. Конный