Город Пламени (ЛП) - Васкез Рина

И тут я снова начинаю браниться.

"Зятья?" невозмутимо спрашивает Идрис, глядя то на меня, то на кивающего Райдана.

"Да", — говорит он, подходя к Идрису и обнимая его за плечи: "Я планирую жениться на твоей сестре. Хотя она постоянно говорит мне "нет", но, как мне кажется, она ведет коварную игру в любовь, пытаясь заставить меня ревновать, используя Лорси — то есть Лоркана".

Я тяжело выдохнула, жалея, что не познакомила Райдана со своими братьями. С самого начала должно было быть ясно, что он скажет что-то подобное.

"Кто такой Лоркан?" Иллиас спрашивает, хмурясь, но потом взгляд его разглаживается и говорит мне, что он что-то понял. Взгляд, который означает, что Идрису это совсем не понравится.

Райдан шумно вздохнул и покачал головой: "Мой общий враг в этой любовной интриге…"

"Лоркан!" Я нечаянно и слишком поспешно окликаю его, когда он появляется из-за их спин. Время, признаться, не самое удачное, когда все головы повернуты к нему, а Идрис стоит во весь рост — его обычная позиция бдительности, когда дело касается меня.

Взгляд Лоркана переходит на меня, и в голове проносятся воспоминания о его губах, заставляя меня зажмуриться от сдавленности в груди.

"Идрис". Каким-то образом воздух вытесняется из моих легких, и мой голос становится невероятно высоким: "Это…"

"Мы уже встречались", — вклинивается Идрис, глядя на Лоркана. Дорогие Солярис и Крелло, спасите меня: "Это ты посоветовал Наре присоединиться к венаторам".

Лоркан посылает ему отрывистый кивок: "Я увидел потенциал". Он смотрит в мою сторону: "Не мог позволить такой, как она, уйти".

Я не думаю, что он говорит о моей роли как венатора, не с такой суровостью в его взгляде.

Ты позволил мне уйти той ночью — вот слова, которые я бы сказала, останься мы сейчас наедине.

" Планируете ли вы остаться на празднике Ноктура на следующей неделе?" Я прочищаю горло и меняю тему, глядя на Идриса. Он хмурится, не отрывая взгляда от Лоркана.

Иллиас хочет ответить, но Идрис быстро вмешивается: "Если мы будем занимать трактир так долго, это обойдется нам слишком дорого в городе. Мы уедем еще до конца недели".

Верно, я даже не смогу покрыть расходы.

Кивнув, хотя в глазах читается разочарование, я натягиваю улыбку. Это первый раз, когда я буду праздновать без них.

"Я могу помочь".

Я перестаю моргать, и в тишине мы все переводим взгляд на Лоркана.

Он взмахивает рукой, и я стараюсь не смотреть в сторону Идриса: "Можете записать все на мой счет. Для меня будет честью, если Амброзы приедут на праздник".

"Лорси, я не видел тебя таким разговорчивым…"

"Если это сделает Нару счастливой". Лоркан прервал Райдана, не сводя с него пристального взгляда и приподняв бровь: "Тогда я буду рад помочь любым способом".

Сердце стучит о грудную клетку. Если это сделает меня счастливым: "Я не могу принять твое предложение заплатить за моих братьев, Лоркан, это…"

"Я обязательно отплачу тебе за твою доброту", — говорит Идрис, и я в недоумении мотаю головой, как и Икер с Иллиасом. Зная, каким гордецом может быть Идрис, я удивлен, что он не отказался от предложения Лоркана.

Лоркан глубоко и благодарно кивает, говоря: "Это не будет…"

Свист, а также прогуливающиеся неподалеку венаторы подают Лоркану сигнал присоединиться к ним. Когда Лоркан снова поворачивает голову к нам, он вместе с Райданом и Линком оправдывается, объясняя, что они возвращаются патрулировать город.

Я смотрю, как Лоркан проходит мимо движущихся карет и болтающих людей, их ярко-оранжевые платья развеваются по полу. На какую-то долю секунды я замираю, Лоркан оглядывается через плечо, бросает едва заметный взгляд в мою сторону, но тут же исчезает из виду.

Я снова поворачиваюсь лицом к братьям, надеясь, что они не услышали вздоха, вырвавшегося у меня под дых, и подхожу к Икеру с его все еще надутым выражением лица.

"Что с тобой?" Я ухмыляюсь, взъерошивая его каштановые кудри. Он отшатывается от меня.

"Он просто раздражен тем, что Идрис отдал Димпи на попечение госпоже Килигре", — фыркнул Иллиас, и Икер ткнул его рукой.

Конечно, его это раздражает. Мисс Килигра, скорее всего, сбежала бы сразу же, как только кролик запрыгнул бы в ее домик: "Пойдем." Я дергаю головой в сторону: "Давай я покажу вам город". Или то, что не было разрушено.

Мы проводим весь вечер, гуляя по городу, заходя в район Салус. К счастью, здесь сохранились библиотеки, и Иллиас улыбается каждой узкой тропинке, по которой я веду его, где стены украшены картинами, а затем садится за стол в таверне.

Иллиас вскользь упомянул, что Иваррон очень хотел, чтобы они навестили меня. И я понял, что он надеется получить какие-то новости о Дарии.

Я видела его уже достаточно раз, и каждый раз он так или иначе сбегал. Я устала от этого, мне была ненавистна мысль о признании поражения, потому что я никогда и ни в чем не терпела поражения.

"Боже, как я скучал по Наре, которая уплетает свою еду так, словно завтра не наступит", — замечает Иллиас, когда я доедаю свое рагу.

Я вытираю рот тыльной стороной ладони и смеюсь: "По крайней мере, здесь мне больше не придется драться с Икером за последний кусок хлеба".

Икер нахмуривает брови, усмехаясь, и я поворачиваюсь к Идрису справа от меня, ожидая, что он будет смеяться, но он не смеется. Он молчит уже большую часть времени, пока мы его догоняем.

"Где твоя резьба?" Он постукивает крепкими пальцами по деревянному столу и смотрит на мою талию, где обычно находится ремешок ножен.

"В казарме. Я не чувствую необходимости использовать его как удачу", — бормочу я, сводя брови вместе и глядя на стоящий передо мной фужер. Что-то похожее на чувство вины пронзает меня. Даже если резьба — это мелочь, которую другие в моей деревне считают шуткой и неважной, она так долго была для меня источником удачи.

Я перестала носить его с собой… с той ночи, когда напали на Адриэля и Орана.

Идрис кладет что-то передо мной, вырывая меня из раздумий.

Я наклоняюсь ближе и хватаю то, что кажется рукоятью из гладкого черного дерева, но лезвия нет: "Что это?"

"Подарок".

Я бросаю на него недоверчивый взгляд: "Подарок за что?"

Он закатывает глаза и хмыкает: "Подарок, потому что я знаю, как сильно ты нуждаешься в новом кинжале, и, несмотря на то, что этот не годится для резьбы, я подумал, что сейчас самое время перейти на что-то более… подходящее для венатора".

Я подпрыгиваю, когда он нажимает на что-то под рукоятью, и с обоих концов вылетают два лезвия, едва достигающие длины предплечья.

"На рукояти нет никаких узоров, поскольку, зная тебя, ты захочешь сделать ее индивидуальной".

Я смотрю на блеск недавно заточенных лезвий: "Сколько это стоило?"

"Он сделал его сам", — говорит Иллиас, когда я поднимаю на него глаза, потягивая медовуху.

Мгновенно я возвращаю взгляд на Идриса. Он качает головой в сторону Иллиаса, как будто не должен был признаваться в этом. Скромность Идриса не перестает меня поражать.

"Правда?" спрашиваю я, мой тон относительно мягок. Я помню, что Идрис занимался резьбой и созданием оружия с того момента, как я научился ходить. Он подружился с нашим деревенским кузнецом, и я все думала, почему он не стал работать вместо дровосека.

Для него создание оружия слишком напоминало отца.

"Потребовалось несколько бессонных ночей, чтобы заставить устройство работать, но в конце концов я добился своего".

Вот почему он выглядит таким усталым.