Остров Обезьян - Сергей Пузырев

сменялись широкими лесными насаждениями, а с другой (со стороны Мэри) здания огромных бетонных торговых центров сменяли строительными площадками таких же огромных бетонных торговых центров. Кое-где возникали небольшие зеленные зоны, но их было недостаточно, чтобы скрасить общий унылый вид этой стороны дороги.

Деревья уже сменившие свой окрас, выглядели нарядно и празднично. Это всегда казалось ему странным. Осень не была в числе любимого времени года. В основном это пришло из детства, которое он провел в средней полосе России. Частые дожди и сопровождающий их холод в купе с грязевой кашей, в которую превращался любой клочок земли, делали это время года невыносимым. Но деревьям, словно было все равно. Они желтели и краснели, готовясь к зиме, как к празднику. И, возможно, они правы. В плане отношения к жизни.

– Так значит вы хакеры? – после продолжительного молчания произнес Антон. – Вы оба?

– Тебе это кажется странным? – отозвался Жак, который опять вернулся к себе на сидение.

Он решил прилечь и поиграть в игру на телефоне, поэтому ногами пришлось упереться в тонированное окно, а коленями подпереть подголовник Антонова сиденья.

– Нет. Мне кажется странным, что двое молодых людей выглядят, словно больные последней стадии рака. Сколько Вам лет?

– Мне двадцать пять, – ответил парень. – А сестре двадцать два. Надеюсь, ты спросил это не для того, чтобы читать нам нотации? Потому как сам ты выглядишь еще хуже, чем мы. И вот скажи сколько тебе? Тридцать пять? Сорок?

– Двадцать восемь,– удрученно ответил Антон.

– Ох, мне очень жаль…

Даже молчаливая Мэри оторвалась от дороги и с жалостью посмотрела на него.

– Эй! Что за…необоснованная жалость! – журналиста это задело.

Неужели он настолько плохо выглядел?

Глава 26

Мари осторожно заняла свободное место у тротуара между двумя машинами и, заглушив мотор, напряженно выдохнула.

– Мари! – обратился к ней Жак. – Сегодня ты превзошла саму себя! Мы добрались до дома быстрее на добрых двадцать минут! И это с учетом пробок и заторов!

– Tu as perdu,6 – сурово ответила девушка, продолжая держать руки на руле. – Так что не подлизывайся.

– Даже и не думал! – Жак вскинул руки вверх. – Как и обещал, на сегодня ты свободна, – и, открыв дверь машины, вышел на улицу.

– О чем речь? – обратился к ним Антон, но Жак уже был на улице и его не слышал, а лишь Мари пристально посмотрела на него, ожидая, что он последует примеру ее брата.

– Да, да. Я уже ухожу, – произнес мужчина, взяв в руки свой рюкзак, и открыл дверь, чтобы выйти из машины.

Стоило захлопнуть ему за собой дверь, как Мари тут же потянулась к ней, чтобы закрыть ее на замок. То же она сделала и с дверью, через которую выходил Жак. А потом, заведя машину, уехала, напоследок посигналив брату.

По сравнению с Торонто, где последние несколько дней выдались особенно дождливыми, Париж выглядел осенним раем. Яркое осеннее солнце пробивалось сквозь пожелтевшую листву и обволакивало своим теплым светом всего, чего касалось.

Жак стоял в тени растущих по краю тротуара лип и, провожая сестру взглядом, радостно махал ей вслед.

Антон тем временем осмотрелся. Они уже в Париже?

С этой стороны улицы, где их оставила Мэри, вдоль дороги вытянулась ровная линия малоэтажных жилых зданий (от двух до трех этажей) с небольшими магазинчиками на первых этажах. Череда безликих серых домов-коробок сменялась вкраплениями домов песочного цвета с красной черепичной крышей и белыми ставнями вкупе цветочными горшками на окнах. С другой же стороны дороги за черным решетчатым ограждением располагалось, что-то похожее на парк.

– Добро пожаловать в Обервилье! – оказавшийся рядом с Антоном Жак, панибратски похлопал его по плечу. – Пойдем, покажу тебе нашу берлогу, – продолжил парень, пройдя несколько метров вперед.

– Обервилье? – удивился Антон. – То есть мы не в Париже?

Жак обернулся и удивленно посмотрел на него:

– В Париже. Ну, в пригороде, если говорить начистоту.

– Понятно, – задумчиво ответил мужчина. – Куда она поехала?

– У нас был спор. Мы часто спорим. Тот, кто выигрывает, может до конца дня делать все, что захочет, не посвящая другого в свои планы. В общем, таким образом, мы отдыхает от компании друг друга. И если это все вопросы, которые ты хотел задать, то, может, мы уже пойдем?– улыбнувшись, спросил хакер, вскинув свои густые брови.

– Да, конечно, извини.

Жак шел быстро, заставляя полы своего коричневого пальто развиваться на ветру. Его воротник был все еще поднят, из-за чего Антон пришел к выводу, что парню присуща некоторая доля театральности в поведении. Хотя он мог и ошибаться. Он это допускал. Пусть и хочется довериться первому впечатлению (особенно, если оно осуждающее), нужно стараться смотреть на вещи шире. Антон уже давно это понял. Его этому научила Алиса. Антон даже подумал, что ей бы понравился Жак, и они бы наверняка нашли бы общий язык.

«Черт, она бы даже с Мэри нашла общий язык», – подумал про себя Антон и улыбнулся.

Тем временем парень свернул за угол двухэтажного небольшого домика, где столкнулся с низенькой и худой пожилой женщиной в бигудях и больших круглых очках с широкими линзами. На ней было прямое голубое платье, украшенное жёлтыми цветами, серая вязаная кофта сверху и черного цвета домашние тапочки на ногах. В руках у нее была миска с остатками еды, которую при столкновении с парнем, она уронила на тротуарную плитку.

– Oh, Jacques!7 – встреча с ними стала для нее неожиданностью.

– Blanche! – воскликнул он. – Je suis tellement desole! Laisse moi vous aider?8

– Ne t’inquiete pas! Je peux faire moi-même, – бодрым тоненьким голосом ответила старушка, шустро присевшая на корточки, чтобы подобрать все, что выпало из миски. –Commentvas-tu? Je ne t'ai pas vu depuis longtemps, 9 – спросила она у него буквально через минуту, вновь поднявшись на ноги.

Миска, вновь наполненная едой, находилась в ее морщинистых, но с виду еще крепких руках.

Солнце, находящееся в зените, периодически пряталось в огромных пушистых белоснежных облаках, поэтому в тени, на углу здания, обдуваемого ветром, было прохладно. Во всяком случае, Антону, который натянул на голову капюшон кофты, которую еще в Торонто ему отдал Мэтью, и отошел в сторону, где мог погреться под лучами осеннего солнца.

– Je vais bien, Blanche,10 – улыбнувшись своей самой радушной улыбкой, ответил парень старушке.

Антон не понимал, о чем шла речь, да и слышал не все, о чем Жак разговаривал со своей знакомой, но ему показалось, что парень