0:1 в первом тайме - Адам Багдай

— Скажи мне только одно: это ты привел тех людей к пану Лопотеку?

Мальчик, подняв голову, взглянул тренеру прямо в глаза.

— Не я, — сказал он.

— Верю. — Стефанек улыбнулся, точно сбросив с себя огромную тяжесть. — Ну ладно. Переоденься — через минуту мы начинаем играть.

«Ураган» ведет один: ноль… «Ураган» ведет один: ноль…» Эта мысль сидела в Манюсе, как заноза. Выбежав на поле, мальчик позабыл обо всем, об украденной машине, о клятве, данной Королевичу, о побоях Ромека Вавжусяка, даже о боли, которой сопровождалось каждое его движение, — он думал о матче.

Младший Вавжусяк, увидев его, слегка побледнел и от неожиданности бессильно опустил руки.

— Откуда ты взялся? — закричал он.

Манюсь вместо ответа только пожал плечами.

Игра началась под аккомпанемент отчаянных выкриков зрителей:

— «Ураган»! «Ураган»! «Ураган»!

И, как эхо, отвечали им возгласы с другого конца поля:

— «Сиренка»! «Сиренка»! Сиренка»!

Двадцать два игрока, как по мановению волшебной палочки, кинулись в схватку. Мяч желтой пулей покатился по зеленой траве, приковывая к себе тысячи заискрившихся глаз.

Чек, отступая вдоль боковой линии, с огромным напряжением следил за мячом. Он видел, что нападение «Урагана» снова подвигается к воротам Жемчужинки. Вот клубок игроков уже у самых ворот. Мяч запрыгал между ногами игроков. Мелькнул желтый свитер, и маленький вратарь вытащил мяч прямо из-под ног приготовившегося к удару Скумбрии.

Жемчужинка ударил. Мяч описал широкую дугу и упал поблизости от Чека. Тот погасил мяч и повел вперед. Движения его были плавны и быстры. Неожиданным финтом обманул противника и поглядел вперед. Лавина черных и зеленых маек кинулась к воротам «Урагана». Чек на полном ходу передал мяч Манджаро. Центральный нападающий только чуть коснулся его головой. Мяч изменил направление и упал под ноги Игнасю. Удар Игнася был молниеносен. Но, увы, мяч прошел мимо штанги.

«Отлично! — подумал Чек. — Еще одна — две такие комбинации, и мы сравняем счет».

«Ураган» начал новую атаку. Королевич, как всегда, выделялся своей отличной техникой. Приняв мяч от защитника, он быстро повел его вперед. Казалось, мяч приклеен к его ловким ногам. Послушный каждому его движению, он мчался по направлению к воротам. Вавжусяк обошел уже двух игроков и ловко послал мяч Скумбрии. Тот пробил… Жемчужинка вытянулся, как струна, и почти в последнюю секунду отбил мяч за линию ворот.

«Угловой», — подумал Чек.

Левый крайний «Урагана» установил мяч, отошел на несколько шагов, разбежался и послал мяч в поле. Каждый из игроков старался его перехватить. Наконец мяч упал. Королевич ринулся к нему молниеносным кошачьим прыжком и ударил с лета…

Снова аут.

Чек нетерпеливо топтался на месте. Его беспокоила эта борьба возле ворот.

— Братва! — закричал он товарищам. — Играть, а не спать! Прикрывайте хорошенько каждого!

Но разговаривать не было времени. Кшись Слонецкий как раз принял мяч у защитника и перевел его на левый край. Манюсь поймал мяч в воздухе, погасил и легонько послал вперед. Увидев у мяча противника в зеленой майке, он быстрым рывком опередил его, переменил направление и что было сил погнал к воротам. Перед его глазами мелькали чьи-то ноги. Мяч метался, точно желтое пламя, но Манюсь со стесненным от бега дыханием продолжал вести его. И вдруг увидел перед собой выбегающего вратаря. Легким движением ноги он изменил направление мяча, в глазах у него промелькнула черная майка Игнася, и сетка затрепетала…

— Гол! — раздался радостный крик.

Манюсь поднял руки кверху и с криком: «Есть один: один… Сравняли!» — упал прямо в объятия Игнася.

Полусредний обрадованно хохотал:

— Ну и блестяще же ты ударил! Спасибо тебе, Чек!

Прибежал Манджаро.

— Классно! — закричал он. — Будем так дальше играть — обязательно выиграем.

Выровняв счет, ребята из «Сиренки» снова бросились в атаку. Забитый гол вернул им веру в свои силы. Теперь уже вся команда толково решала каждую задачу. Мяч, послушный четким движениям игроков, так и летал от ноги к ноге.

Чек просто разрывался на части. В нервном возбуждении он без конца мысленно повторял: «Забить еще один гол! Еще только один!»

Он принял мяч у Паука и послал его головой Игнасю. Игнась удачно перешел на левый край, оттянув на себя противника, и послал мяч в центр. Манюсь вынырнул из давки и головой направил мяч в ворота. Вратарь растерянно метнулся, но ему удалось только чуть коснуться мяча пальцами.

Манюсь поскользнулся, упал и, лежа в траве, напряженно глядел на судью.

— Гол! — гремело с трибун.

«Гол!» — промелькнула радостная мысль, но в ту же минуту мальчик заметил, что судья протестующе машет рукой.

— Вне игры! — отозвалось у него в ушах.

Вскочив, он подбежал к судье.

— Пан судья, не было офсайда!

Но судья указал место, откуда «Ураган» должен был бить свободный удар.

— Пан судья! — взмолился мальчик.

— Прекрати споры, — услышал он рядом голос Манджаро. — Судья лучше видел, чем ты.

В толпе подростков раздались свистки. Высокий, напряженный до предела голос протяжно выкрикнул:

— Неправильно! Был гол!

Судья, не обращая внимания на неуемных болельщиков, дал сигнал, и игра возобновилась.

— Даю слово, что не было офсайда! — взволнованно кричал Чек Игнасю.

Они отходили к своим воротам. В это время Скумбрия, получив мяч посреди поля, попытался идти напролом. Его складная фигура, скользя между игроками, с каждой секундой приближалась к воротам. Жемчужинка присел и неожиданно бросился ему под ноги. Руки вратаря и ботинок нападающего почти одновременно сошлись на светлом кружке мяча. Казалось, кто-то хлопнул рукой по натянутой коже.

Оба игрока упали на землю, а мяч медленно покатился по направлению к воротам.

— Гол! — простонал Манюсь.

Но в эту минуту, словно из-под земли, вырос: Казик Пигло и сильным ударом отбил мяч с самой линии ворог.

— Гол! — закричал Королевич, подбегая к судье.

Судья вытянул вперед руку, как бы защищаясь от нападения Королевича.

— Был гол! — поддержали товарищи Вавжусяка.

— Не было, — спокойно оборвал их судья.

— Жульничество! — крикнул Королевич.

Судья погрозил ему пальцем:

— Еще раз услышу — выведу с поля.

Королевич закусил губу. Его красивые глаза пылали гневом. Он хотел было отпустить какое-то словечко, но подбежавший Скумбрия оттащил его в сторону.

Игра пошла дальше, но атмосфера все более накалялась. Результат оставался ничейным, и обе команды любой ценой старались добиться преимущества. Борьба была острой и беспощадной, а игра тем временем приближалась к концу. Выкрики болельщиков сливались в один общий вопль. Зрители, разделенные на два лагеря, непрерывно подбодряли своих любимцев. Вокруг футбольного поля все гремело и содрогалось — несколько тысяч людей были охвачены спортивной горячкой.

Пан Сосенка, продираясь сквозь гурьбу мальчишек, осаждающих боковую линию, сорвал с головы соломенную шляпу и, размахивая ею над головой, кричал во всю силу могучих легких:

— Чек, покажи им, на что ты способен!

Манюсь, который в эту минуту получил мяч, услышал этот боевой клич и рванулся вперед. Он летел как ветер. Прорвавшись сквозь стену игроков, Чек подал мяч Манджаро. Тот ударил, и зрители замерли. Мяч мелькнул над выбежавшим вратарем и… отлетел от штанги. Но его тут же подхватил Паук. Атакованный двумя противниками, он несколько секунд танцевал на месте, а потом рванулся вперед и послал мяч на левый край. Чек пробил…

— О-о-ох! — вздохнули тысячи зрителей.

Мяч, почти коснувшись штанги, прошел мимо ворот.

Пан Сосенка даже застонал от огорчения. Утирая платком красное, мокрое от пота лицо, он бормотал про себя:

— Что за удар! Что за удар! На один сантиметр от штанги!

— Ребята, еще только три минуты! — кричал Стефанек, бегая вдоль боковой линии. — Три минуты! — повторял он взволнованно.

Чек услышал его. «Три минуты! — повторил он про себя. — Если положение не изменится, присудят добавочное время, и тогда «Ураган» может выиграть!»

Жемчужинка выбил мяч. В центре его перехватил Кшись Слонецкий и отдал Пауку. Тот, щегольнув двумя красивыми ударами головой, пробегая мимо полузащитника, передал мяч Игнасю. Игнась выскочил вперед и на полном ходу отдал мяч Чеку.

— Бей! — раздалось с зеленых трибун.

Чек был до того измучен, что его пошатывало. Ему казалось, что вокруг все тонет в какой-то вязкой мгле. Каждое движение причиняло боль. Однако, увидев впереди мяч, он рванулся из последних сил. Кто-то, тяжело дыша, бежал рядом с ним. Какая-то зеленая майка пыталась преградить ему дорогу. Прямо перед собой он смутно различал прямоугольный просвет. Обогнав противника, Манюсь с силой ударил. В этот момент кто-то дал ему подножку, и он упал на самой линии ворот.