Неподвластный богам - Брайан Толуэлл

Много существ, из них состоит Хъяхья. Как части, из которых состоит твой организм. Но Хъяхъя – много организмов, один разум. Один на всех», – пояснило озеро.

– И что произошло потом?

«Хьяхья был большой. Как целый город. Хъяхья питался живыми. Хъяхья санитар. Хъяхъя ел траву, деревья, животных, людей – все, что живое. Это было пятьдесят тысяч лет назад. Змеиный народ правил тогда на Земле. Хъяхъя ел змей. Хьяхья полезный – ел змей, выдавал кислород, очищал Землю. Но Тот-Кто-Сидит-в-Пирамиде, – Конан насторожился, – следил за Хъяхьей. Однажды он велел Хъяхъе покинуть Землю. Но Хъяхъе было хорошо здесь. Хъяхья остался санитаром. Тогда Сидящий-в-Пирамиде сказал, что Хьяхья угрожает туземной жизни. Он пригрозил, что накажет Хъяхъю, если Хъяхъя не покинет Землю. Но Хъяхья остался. И вот наступил день, когда Хьяхья съел половину змеиного народа. Хьяхья хотел еще, но вмешался Тот-Кто-Сидит-в-Пирамиде. Он пронзил Хъяхью холодными голубыми лучами, растопил тело Хъяхьи и заточил в эту пещеру. Так Хьяхья стал озером. Хъяхъе никогда не выбраться наружу – такова воля Того-Кто-Сидит-в-Пирамнде».

Удивительная история мыслящего озера потрясла душу и разум Конана. Он не знал, что и думать. Конечно, озеро было омерзительным, да и существо, в древние времена пожиравшее все подряд, не внушало симпатию. Но, с другой стороны, то, что Хъяхъя уничтожая гнусный ползучий народец, источник зла, говорило в его пользу. И, конечно, короля не могла не тронуть печальная судьба Хъяхъи.

– Почему Сидящнй-в-Пирамвде защитил змей? Он заодно с ними?

«Нет. Хъяхья сам многого не понимает. Но Тот-Кто-Сидит-в-Пирамиде никому не помогает».

– Почему же он помог спастись Тезиасу? – в ярости вскричал Конан.

«Хьяхъя этого не знает. Хъяхья может только догадываться. Наверное, Тот-Кто-Сидит-в-Пирамиде решил, что демон – большее зло, чем Тезиас».

– Если бы… – мрачно проворчал Конан. Он вспомнил, зачем пришел сюда. – Постой! Откуда ты знаешь о Тезиасе? Ты поможешь мне, Хьяхъя? Я расскажу, что привело меня к тебе.

«Не трудись. Хъяхья знает историю Конана».

– Но откуда? – изумился киммериец.

«Хъяхья многое знает. Хьяхья поможет тебе. Хьяхья ждал этого дня пятьдесят тысяч лет. Хъяхъя отомстит Тому-Кто-Сидит-в-Пирамиде».

– Так значит, можно одолеть Сидящего-в-Пирамиде? «Нет. Нельзя. Его не одолеть. Хъяхья имел в виду горе».

– Ты морочишь мне голову, слизь! Как можно отомститъ тому, кого нельзя одолеть? Наши боги говорят, Сидящий-в-Пирамиде всемогущ!

«Нет. Он всемогущ для тебя, для Хъяхъи, для твоих человеков – для тех, кто здесь. Но создавшие Того-Кто-Сидит-в-Пирамиде сильнее его. Хьяхья видел одного них. Это разумы с далеких звезд – забудь про них, Конан. На Земле Сидящий-в-Пирамиде всемогущ».

– Да кто же он такой, ты можешь мне сказать?

«Он мозг. Маленький искрящийся мозг. Размером с эй кулак».

Конан посмотрел на свой кулак. Ему нелегко было постичь, как маленький мозг способен править миром.

– И этот мозг всемогущ? – недоверчиво молвил киммериец. «Да».

– Ты видел его, Хъяхья?

«Нет. Чтобы его увидеть, душа должна оставить тело и войти в пирамиду».

«Вот почему карлик называет себя Великой Дугой», – подумал Конан.

– Но ведь Тезиас сделал это!

«Да. Его душа вошла в пирамиду, и Сидящий-в-Пирамиде принял ее. Твой враг силен теми знаниями, которые Сидящий-в-Пирамиде дал ему. Тезиас летает в пирамиду и с каждым разом становится сильнее». – Почему Тот-Кто-Сидит-в-Пирамиде дает Тезиасу власть над миром?

«Сидящему-в-Пирамиде неважно, кто правит миром. Он дает знания любому, кто приходит к нему. Пришел Тезиас».

Постепенно картина в глазах Конана прояснялась.

– Как ты собираешься отомстить Сидящему-в-Пирамиде? Постой… Ты поможешь мне одолеть Тезиаса и тем самым отнимешь у Сидящего-в-Пирамиде его ученика! Так?!

Озеро заволновалось.

«Ты догадался. Я дам тебе средство, которым можно убить твоего врага. Возьми».

Крутая волна коричневой слизи вынесла на берег! кусок белого металла. Конан поднял его. Предмет был! размером с большую золотую монету, но имел два заостренных конца. Он напоминал двухконечный бриллиант. Концы предмета были чрезвычайно острыми, так что Конан едва не укололся. В середине диска имелся нарост, ухватившись за который, можно было двумя пальцами удерживать предмет.

– Что это? – спросил король, обращая свой взор к плоской скале.

«Эта Ромб Яхкунга. Хъяхъя дарит его тебе. Очень давно Хъяхъя взял его на далекой планете, где живут существа без тела. Ромб Яхкунга – это их темница. Душа, попав в Ромб Яхкунга, не вырвется обратно».

– Но как им пользоваться? Он такой маленький…

«Ты должен поднести Ромб Яхкунга к лицу фантома, и тогда Ромб втянет в себя душу Тезиаса. Твой враг умрет – Хьяхья будет отомщен».

Конан готов был плясать от радости. Вот оно, их спасение и спасение всего мира – этот маленький кусочек неведомого белого металла! Внезапно мозг короля прожгла тревожная мысль.

– Послушай, Хьяхъя, а если Тот-Кто-Сидит-в-Пирамиде узнает о твоем плане и предупредит Тезиаса или, того хуже, помешает мне?

«Тот-Кто-Сидит-в-Пирамиде уже обо всем знает. Он слышит и видит нас. Всех. Всех сразу».

– И какого дьявола тогда… – озадаченно молвил Конан, но мыслящее озеро перебило его;

«Ты не повял. Сидяшему-в-Пирамиде не важно,

отомстит ли ему Хъяхъя или нет. Это важно для Хьяхъи. Сидящему-в-Пирамиде не важно, победишь ли ты Тезиаса или Тезиас – тебя. Это важно для тебя и для Тезиаса. Хъяхъя думает, что Тот-Кто-Сидит-в- Пирамиде не будет тебе мешать. Он никого не убивает и почти не вмешивается в земные дела. Но Хъяхъя может ошибаться. Во всяком случае ты должен попробовать».

– Да, Хъяхъя, я сделаю это! – твердо заявил киммериец. – Не знаю, как отблагодарить тебя!

«Ты не можешь отблагодарить Хъяхъю. Хъяхъя – узник. Вечный узник планеты, которую полюбил. Но ты можешь дать Хьяхъе подкрепиться, и Хъяхъя не забудет тебя».

– Что ты имеешь в виду? – насторожился король. «У тебя есть Сердце Аримана. Оно дает жизнь, брось Хьяхъе Сердце, и Хъяхъя подкрепится его силой».

Отдать озеру Сердце Аримана Конан не мог – даже в обмен на Ромб Яхкунга. Он понимал всю ценность волшебного камня.

– Нет, Хъяхъя, я не моту дать тебе Сердце. Оно принадлежит но только мне – всему человечеству, всем хайборийским богам. Это Сердце и моего королевства. Горе ждет мир, если Сердце Аримана не будет биться в главном храме Митры в моей столице Тарантии. Прости, я не отдам его тебе.

По озеру пошли крутые волны. На плоскую скалу поползла новая порция слизи. Конану показалось, что буквы древнего стигийского письма, посредством которых с ним общался Хъяхъя, искривились.