Отмеченный молнией (СИ) - Савенков Роман

– Конченный неудачник, – рассмеялся Риордан.

– Неудачник, – в своей манере повторил Форрит. – И совсем иное дело – женщина. Она, напротив, ценна сама по себе. По крайней мере она так себя воспринимает.

Риордан замотал головой.

– Сейчас не понял.

Библиотекарь указательным пальцем сделал несколько вращательных движений вокруг своей головы-куста.

– Думайте. Переносите мои слова на конкретные примеры, которые вас окружают. Женщина, несомненно, относится к себе, как к отдельной ценности. Недаром часть своей энергии, способностей, времени она тратит на то, чтобы эту ценность преумножить. Причем немалую часть времени.

– Большую я бы сказал, – поддакнул Риордан, которого начала занимать эта беседа. – С одним дополнением – не преумножить, а выгоднее продемонстрировать.

– Если вдуматься, то это одно и тоже.

– Разве?

– Вне всяких сомнений. Драгоценный камень без огранки и оправы выглядит блекло. Даже алмаз не блестит. Только ювелир может распознать в невзрачном кристалле истинную драгоценность. Но вот появилась огранка, во вкусом подобранная оправа и стоимость камня вырастает в десятки раз. И все, что идет с ним вкупе – часть этой ценности. Замените огранку и оправу батистовой перчаткой, ажурным чулком, безупречной прической, изящной туфелькой, что придает точеную форму женской ножке, добавьте сюда элегантный наряд – и вот перед вами бесценное сокровище.

Когда Форрит говорил это, его глаза разгорелись, как у измученного жаждой путника при виде родника. У Риордана мелькнула полная сочувствия мысль, что старику в его жизни мало перепадало женского внимания, от того он и стал таким философом.

– Хорошо. И кому это сокровище предназначено? Мужчине? Он – тот самый ювелир, который должен оценить драгоценность?

– Ни в коем случае. Женщина одновременно и алмаз, и ювелир, и клерк лавки драгоценностей. И, безусловно, она осознает свою ценность, как отдельного объекта и соответствующим образом к себе относится. А мужчина – это тот, кому драгоценность будет в итоге передана.

– Клиент ювелира?

– В зависимости от обстоятельств. Клиент, покупатель, а может даже кладоискатель, у которого этот клад будет зарыт на пути так, что он обязательно обратит на него внимание. Иногда он получает драгоценность в подарок, потому что ее хотят подарить именно ему. Но все эти обстоятельства не меняют сути дела. Мужчина сам по себе не имеет ценности в собственных глазах, а женщина, напротив, имеет и немалую. Отсюда проистекает многое.

– Что например?

– Да почти все. Ее обманутые ожидания и его непонимание сути проблемы. Фраза: "Я заслуживаю лучшей жизни", которая вырвалась у мужчины, выглядит нелепо. Он при этом должен лупить себя по затылку. А из уст женщины эта же мысль звучит вполне уместно. Ее не оценили. Все ее усилия пошли прахом. Или она неверно выбрала...

– Инструмент, – подсказал Риордан.

– Да. Просчиталась. Но бедняжки не осознают одного: ее ценность для мужчины начинает стремительно падать в процессе их отношений. Вначале он дает ей понять, что разделяет ее убеждения насчет того, насколько она – ценное приобретение. Весь ритуал ухаживаний построен на том, что мужчина демонстрирует женщине свое признание того факта, что он понимает, какой бриллиант сейчас попадет ему в руки. Она благосклонно отвечает на эти знаки внимания. И вот случается таинство любви. А дальше что? Мужчина начинает вести себя так, как будто он уже за все расплатился. А женщине остаются слезы разочарования. Потому что избранник перестал считать ее бриллиантом, а начал относится к ней, как к обычной стекляшки, которой грош цена.

– Занятно, – фыркнул Риордан. – Значит она ждет, что я буду платить всю жизнь?

– Совсем нет. Вспомните с чего мы начали. Вы – инструмент, который сам создает собственную судьбу. Женщина относится к себе, как к ценности, которую вручает вам во владение. И она рассчитывает на то, что в обмен на эту ценность ей многое будет дано. А когда этого не происходит, она остается обманутой и с мыслью: "Я заслуживаю лучшей жизни". А дальше и впрямь придется расплачиваться мужчине, потому что, будучи уверенной в том, что ее жизнь безвозвратно испорчена, женщина вполне способна испортить жизнь и ему тоже.

– Угу, – протянул Риордан и задумался.

Форрит улыбнулся с самым довольным видом.

– Как я вижу, мне удалось натолкнуть вас на определенные размышления. Теперь располагайтесь за одним из столов, а я принесу интересующие вас книги.

Глубоким вечером Риордан быстрым шагом вышел из ворот Глейпина и направился в сторону Торгового квартала. Под мышкой он нес несколько свернутых свитков. Это были заранее написанные письма для Парси на две недели вперед. Сочинения Танлегера старшего вкупе с поучениями библиотекаря оказались для Риордана кладезем знаний, при чем знаний такого рода, о которых он раньше понятия не имел.

Его грудь распирало от восторга, а жизнь в этот момент представлялась достаточно простой штукой. Парси на месяц заточили во дворце. Ему предстоит что-то похожее, только дворец другой. А может это знак судьбы? Ничего, месяц пройдет незаметно, и они опять будут вместе. У них впереди еще вся длинная жизнь. Если девушки считают себя ценным объектом, то его избранница бесспорно вообще нечто выдающееся. Умна, красива до умопомрачения и далеко не дурочка. О чем еще может мечтать мужчина?

Расследования убийств тоже в этот момент не представлялись Риордану чем-то неразрешимым. Он отбудет свою ссылку, а потом поговорит по душам с Кармарлоком. Если он взаправду тут ни при чем, можно будет заручиться поддержкой дома Унбогов. Их люди постоянно крутятся в городе и наверняка многое слышали, о многом знают. Вместе они разгрызут любой орешек, каким бы твердым он не оказался. А за Скилленгара он отомстит лично его убийце. После нужно будет все-таки найти этого Войтана и окончательно выяснить, кто из них лучший фехтовальщик.

Пребывая в грезах о будущем, которые навеял успех в составлении любовных посланий, Риордан не обратил никакого внимания, как от стены одного ничем ни примечательного ничем дома, отклеилась темная фигура и направилась вслед за ним. Человек старался оставаться в тени, избегал света фонарей и держался от Риордана на определенной дистанции.

На следующем по ходу его движения перекрестке к первой фигуре присоединилась еще одна. Теперь уже два человека шли за Риорданом по разным сторонам улицы. Второй из соглядатаев прибавил шаг и вскоре сначала поравнялся с объектом слежки, а потом обогнал его. И этот момент был замечен. С Риордана в миг слетело все мечтательное настроение. Заворачивая на перекрестке направо, он посмотрел назад и заметил второго преследователя.

– Ну, вот, – пробормотал он себе под нос. – Был такой хороший вечер.

И он тут же пожалел, что в этот день нарушил приказ визира и оставил дома легкую кольчугу. Понятно почему оставил – стража дворца может получить приказ на досмотр посетителей и, если обнаружится, что он пришел на прием короля в кольчуге, выйдет неописуемый конфуз.

С двумя наемными убийцами он должен справиться. Но вот двое ли их? А может переулками за ними следует целая шайка?

Риордан решил атаковать первым. Он почти бегом по диагонали пересек улицу, чтобы напасть на того из злоумышленников, который шел впереди. Но парень, как оказалось, обладал отменной реакцией. Не успел Риордан приблизиться к нему, как тот мгновенно юркнул в ближайшую подворотню. Риордан последовал за ним, но мерзавца и след простыл. Темнота в подворотне была такая, что хоть глаз коли. Нырять в кромешную тьму было рискованно. Впрочем, оставался второй. Риордан прижался спиной к холодной стене, обнажил шпагу и затаил дыхание. Не прошло и нескольких секунд, как он услышал гулкий топот шагов. Второй бандит изо всех сил спешил на помощь товарищу. Дождавшись, когда преследователь почти достиг подворотни, Риордан выскочил ему навстречу со шпагой в руке. Вблизи соглядатай оказался здоровенным детиной, так что пытаться скрутить его было глупо. Тем более, что за спиной в темноте мог притаиться первый из злоумышленников. Поэтому Риордан приставил шпагу к горлу преследователя и скомандовал.