Я - Его Вариант Адаптации - Пётр Волкодав

— Деда, а скажи, это правда, что если хорошенько позвать, то боги откликнуться? — спросил внук.

— Говорят, — ловко уклонился от ответа Саер и уже шёпотом продолжил. — Говорят, что давным-давно здесь жили боги вместе с саблезубыми и ладили, а входили они из оттудова — старик указал на срезанную скалу. — Саер прервал рассказ и прислушался.

— Деда, — вдруг испуганно вскрикнули оба мальчугана. — Боги не приняли наш дар и трясут землю.

И впрямь: едва слышный гул шёл из глубин. Кузнец приложился ухом и тотчас вскочил.

— В повозку, живо! — крикнул он, вовремя придерживав поводья.

Испуганные рехи рванули как полоумные и опрокинули повозку на бок и в этом момент осыпь под обрезанной скалой путников вздрогнула. От её середины, недюжинной силой вышвырнуло сотни тонн камня, выровняв первозданный срез.

— Не двигайтесь, — кузнец прикрыл собой детвору, продолжая следить за завораживающим зрелищем. Из отверзнутой пасти скалы вырвался сноп бурого пламени. Саер вовремя вжался, заслонив мальчиков и зашевелил губами, отсчитывая секунды: камень, величиной с половину реха пролетел прямо над ними, зацепил повозку, а потом ударил грохот звуковой волны.

— Ну вот и ладно, — сказал чужой голос. — А ты — малец, принеси ещё воды.

Кузнец разлепил глаза. У телеги деловито возился чужак, приводя в порядок транспорт. Бородач привязывал кожаными бечёвками вожжей оборвавшуюся ось. Кузнец потянулся к ножнам и застонал от стрельнувшей боли.

— Деда! — внук сидел рядом. — Чужой дядька наказал тебе не двигаться.

— Я наложил тебе шину на сломанное плечо, — неслышно подошёл неизвестный, на вид лет тридцати в кожаном плаще недешёвой работы. Буднично отстегнул флягу и дружественно потянул: — Пей всё. Это сохе. Тебе нужно домой к настоящему лекарю.

— Я не знаю, кто ты, но… благодарю, — прохрипел Саер и бросил взгляд в сторону взрыва. — Боги не появлялись?

— Не видел богов и летающих лодок не было, — чужак всё держал флягу. Кузнец одним махом опорожнил ёмкость, кося на пояс незнакомца с ножом справа и рукоятью меча слева.

— Я воин и шёл в ваш город заработать, — пояснил незнакомец, перехватив взгляд Саера и показал в глухой лес на запад.

— С твоим-то ростом в воины — засомневался, ухмыльнувшись Саер, дав знать что не боится вооружённого чужака. — У нашего владыки солдаты на голову выше тебя.

— Если не получиться наёмником, поищу другой работы, — чужак помог кузнецу подняться. — ну и руки у тебя, оценил пришлый по достоинству железную хватку кузнеца и пальцы тиски.

— Я кузнец, — Саер не без подозрения посмотрел на бледнолицего: руки, шею, лицо не имели солнечного загара. Чтобы скрыть это, чужак намазался тонким слоем жира, но провести Саера не так просто — незнакомец не смердел. Кузнец устроился поудобнее на телеге, и кивнул чужаку: — Ты не из запада… — И свистнул к удивлению чужака на языке тор-ан. Рехи тронулись.

— Работу на первое время я тебе парень найду, а вот если с намазанной рожей сунешься к владыке — в момент угодишь на рудники.

— Благодарю, кузнец…

Целитель, вызванный от правителя долго цокал языком и интересовался между прочим кто это так мастерски сложил кости и привязал ветки к плечу. В словах целителя сквозило уважение и одновременно зависть, Саер уклончиво рассказал небылицу о случайной встрече с путником-всадником, по всей видимости спешащем на запад к городу господа Скея. И хотя целитель не подал виду, что не поверил басне кузнеца, Саер повторил историю, хорошо заплатив. Чужак заинтересовал и его не на шутку, как оказалось, быстро усваивает азы кузнечной работы и иногда как будто прочитывает мысли Саера, когда приходится быть в кузне и направлять в нужное русло работу сына, потому как заказы у него нешуточные — ответственные и идут напрямую из дома господина Управителя господа Скея.

За две недели пришлый освоился и стал сам походить на настоящего кузнеца: покрытый копотью и бронзой кожи не отличался от сына и троих помощников, разве что приметно невысоким ростом. К Саеру дважды захаживали слуги владыки и подробно расспрашивали о виденном кузнецом гневе богов, а через восемь дней к управителю владыки прилетела лодка с характерным знаком — саблезубым — от бессмертного владыки Скея и тогда за кузнецом прибыли двое солдат-провожатых. Пришлось временно отложить исполнение заказа и наскоро помывшись и намастившись благовониями проследовать во дворец владыки и подробно рассказывать о случившемся. Иной подумает — кузнец и… ошибется. В этом городе у рудником много кузнецов, но имеет славу и богатство и право быть приглашённым во дворец редкий не только кузнец, но и горожанин. И господь Скей не стесняется сидеть и даже отобедать за одним столом с кузнецом, ибо Саер имеет золотые руки и учеников-помощников: его умом и руками выкованы изящные решётки оград парка господа Скея. Но, многочисленные второстепенные работы могут выполнить ученики, а вот создать и воплотить инкрустированное холодное оружие, которым любят забавляться и уметь применять по назначению, господы — он создаёт исключительно сам и говорят что нет ему равных не только в землях господа Скея.

Слуга богов Моря, одетый в тонкие прочные доспехи — чёрнокожий статный гигант с презрительно-тонкими губами и пронизывающим взглядом, выпытывал мельчайшие подробности о так вовремя и кстати оказавшем помощь подорожном. На десятый день, от имени бессмертного Скея, в городище под страхом пожизненной ссылки в рудники запретили на два месяца паломничество к священному кедру. Саер, будучи неглупым, стал замечать слоняющихся поблизости кузни и заходящих якобы приценится к работе, подозрительных имитирующих опьянение лиц, источающих праздность, из дворца владыки, а потом по городищу поползли слухи о якобы виденном в горах саблезубом. Слухи распространились с быстротой полёта стрелы и вызвали ропот и пересуды среди населения, но подозрительные лица не исчезли.

Как-то под вечер, когда чужак возвратился с реки, а уходил на реку он каждый день искупаться, старик подозвал его в пустую кузню:

— Я не знаю, кто ты, но тебе лучше уйти, — сказал он, глядя в глаза.

— Спасибо, отец, я как раз собирался тебе сообщить, что мне пора. Спасибо тебе за еду и сон, на рассвете я уйду и… — гость замялся. — Спасибо что не выдал меня солдатам Управителя.

— Ты оказал помощь м не и я не хочу быть должником, но теперь мы квиты, — сказал Саер. — Когда увидишь Тор-ала, — Кузнец усмехнулся, сделав паузу, а гость широко раскрыл глаза, — передай твоему вождю что Саер помнит неоценимую услугу великого охотника на саблезубых и ещё скажи ему что пророчество сбылось. А вот этот нож передай в знак моей дружбы. Сталь очень хороша. И вот этот наконечник копья.

— О чём ты, Саер? — притворился простаком Егор. Кузнец усмехнулся в ус и кликнул сына. Тот появился, будто ожидал. Молчаливый Кар принёс лепёшки, холодную козлятину и сохе.

— Пророчество сбылось — таинственно повторил старик и едва пригубил сохе. — А ты уйдёшь сегодня ночью. Жена соберёт всё необходимое в дорогу — путник. Я догадался, что ты из тор-а не только по вкусу и крепости сохе, которым ты унял мне боль и по твоей манере передвигаться.

— Дорогой подарок, Саер… Спасибо тебе. А вот завтра я хотел попасть к рудникам, а уйду я сейчас, — озадачил хозяев гость.

— Отец, приглашай гостя к трапезе, — сменил тему молодой кузнец. Он разлил в серебряные кубки молодое вино, пододвинулся к тлеющему горну.

— Собаки неспокойны, — насторожился Саер, прислушиваясь. Кубок остановился на полпути ко рту. В кузне повисла тягостная пауза ожидания, нарушенная лаем снаружи. Наконец, псина, видимо забрехавшись, выдала успокоительную тираду. Егор, следуя примеру хозяина и его сына, одним махом опорожнил кубок и крякнул. Сохе оказался не просто обжигающе крепким, но и неуступающим тор-анскому. Егор занюхал рукавом.

Проживание в племени охотников не прошло даром. Чувство опасности не подвело Егора. Прежде чем снаружи раздался приказной окрик оставаться на месте, Егор успел швырнуть клещи в завешенный камышовой циновкой дверной проём, где появился первый солдат и одновременно ударил сына кузнеца в голень. Нерасторопный солдат закрылся но поздно и взвыл, поплатившись за беспечность, а ничего не подозревавший дюжий молодец — сын кузнеца, зарычал от боли и злости и повалился ничком, обхватив голень. В дверях уже оттолкнули невезучего и ворвались враги. Егор, не оборачиваясь, громко крикнул: — Получи и ты — кузнец! — и ткнул подобранным на столе ножом в кузнеца. Промахнулся. Кузнец оказался на высоте, ловко отклонившись, но подвело незажившее плечо, которым он ударился о край рычага вспомогательных кузнечных мехов. Егор воспользовался и этим, пнув бедолагу ногой.

— Падаль, — заскрежетал от злости, опускаясь на пол Саер.