«Кухня» НКВД - Николай Семенович Черушев

одного из командиров Харьковского военного округа – Анашкевича, он поддерживает связь с польской разведкой.

По сути дела, через Квятека наш военный штаб украинской националистической организации блокировался с польской военной организацией на Украине.

ВОПРОС: Еще с какими военными организациями блокировались украинские националисты?

ОТВЕТ: В 1936 году я пытался привлечь в антисоветский военный заговор своего помощника по Харьковскому военному округу (помощник командующего войсками по материальному обеспечению) – Латсона.

Однако, в процессе моего сближения с ним, после того, как мы открылись друг другу как антисоветские люди, Латсон рассказал мне, что он вляется членом латышской националистической организации и входит в ее руководство на Украине…

ВОПРОС: Кто Вам известен из участников латышской националистической организации?

ОТВЕТ: Латсон назвал мне лишь одного человека из состава латышской организации на Украине. Он говорил, что в руководство этой организации вместе с ним – Латсоном, входит также Лепин – начальник пограничных войск Украины. Больше никого из участников латышской организации он мне не назвал. Я лично не считал удобным расспрашивать его об этом.

ВОПРОС: Продолжайте Ваши показания о блокировавшихся с Вами антисоветских организациях.

ОТВЕТ: При встрече на пленуме ЦК КП(б) У в 1936 году Затонский рассказал мне, что в руководство националистической гражданской организации на Днепропетровщине входит Крупко – заведующий облоно, старый “боротьбист”.

Я договорился с Затонским, что он поручит Крупко связаться с возглавляющим военную организацию на Днепропетровщине Зубком (комбриг).

В свою очередь я через Соколова-Соколовского поручил Зубку связаться с Крупко…

Кроме этой организации, мы блокировались по совместной антисоветской работе с военно-эсеровской русской организацией.

ВОПРОС: С кем именно из эсеров?

ОТВЕТ: Капуловский в прошлом входил в украинскую лево-эсеровскую партию так называемых “боротьбистов”. В бытность свою на учебе в Берлине, в германской военной академии, он установил контрреволюционную связь с находившимся там же на учебе Беловым, командующим последнее время БВО.

Белов, как рассказал мне Капуловский, входил в состав и возглавлял военно-эсеровскую организацию в Советском Союзе. Он знал об участии Капуловского в националистической организации и предложил ему проводить в дальнейшем контрреволюционную работу совместно. Это было новостью для меня, так как хотя я знал от Якира, что Белов входит в антисоветский военный заговор, однако не предполагал, что у него есть самостоятельная эсеровская организация.

ВОПРОС: В чем заключалась Ваша связь с военно-эсеровской организацией?

ОТВЕТ: Помимо личной связи Капуловского с Беловым, связи наши с эсерами шли и по другим линиям. Так, Борисенко установил связь с комендантом Летичевского (укреп) района – Саблиным Юрием, известным эсеровским боевиком, вместе с которым подготавливал террористическую группу.

Состав этой террористической группы мне Борисенко не назвал…

Борисенко, со слов Саблина, рассказывал, что в руководство военно-эсеровской организации на Украине входит также Перфильев – прокурор КВО…

Таким образом, у нас существовала полная договоренность с эсерами. Подготовку вооруженного восстания мы вели согласованно и выступить должны были объединенными силами.

Такая же договоренность существовала и с подпольной организацией украинской партией эсеров (УПСР).

ВОПРОС: Что Вам известно об этой организации?

ОТВЕТ: От Любченко я знал, что бывшие члены украинской партии эсеров объединились в подпольную антисоветскую организацию и влились в нашу гражданскую националистическую организацию…

Кроме этих связей с антисоветскими организациями, действующими внутри СССР, центр нашей националистической организации имел связи и получал указания от зарубежных руководителей украинских националистов.

ВОПРОС: Откуда Вам это известно?

ОТВЕТ: Мне об этом рассказывал Любченко… оружием для выступления мы были обеспечены вполне.

ВОПРОС: Из каких источников Вы были обеспечены оружием?

ОТВЕТ: У нас было несколько источников для снабжения оружием повстанческих отрядов и всей нашей военно-повстанческой организации…

ВОПРОС: Вы говорите об использовании украинской националистической организацией оружия милиции. Расскажите подробно о националистической организации в милиции?

ОТВЕТ: Я уже говорил в своих показаниях об участии в украинской националистической организации начальника Киевской милиции Ряботенко. Связан с ним был Борисенко, участник нашей военной организации…

Однако я должен рассказать следствию о том, что в аппарате НКВД на Украине имелись не только участники националистической организации, кроме того, были также участники антисоветского «чекистского заговора», с которым была связана украинская националистическая организация.

ВОПРОС: Назовите их?

ОТВЕТ: Как я уже показывал в своих предыдущих показаниях, от Якира и Александровского я знал о существовании чекистского заговора, руководитель которого – Балицкий был связан не только с заговором в лице Якира, но и с нашей националистической организацией в лице Любченко.

В Харьковской области в состав заговора входили начальник Харьковского областного управления НКВД Мазо и его заместитель Каминский.

Каминский в 1937 году был переведен заместителем начальника управления рабоче-крестьянской милиции Украины.

Начальник управления милиции Украины Бачинский также входил в чекистский заговор…

ВОПРОС: Какими методами прикрывалась контрреволюционная работа Вашей националистической организации?

ОТВЕТ: От Якира и Любченко я знаю, что Балицкий принимал ряд мер к сохранению националистического подполья. В силу, как мы говорили, “требований Москвы”, он вынужден был проводить некоторые аресты.

Однако эти аресты были не по активу организации и в жертву приносились либо те, которых нужно было убрать с пути, либо явно повалившиеся. Основной костяк организации, как руководители, так и низовая масса националистов, сохранялись почти полностью.

Мне рассказывал Любченко, что особенно опасное положение создалось у Балицкого в связи с арестом участников руководства троцкистов на Украине Голубенко и Логинова.

Балицкому стоило больших трудов замазать дело и не дать возможности выявить их контрреволюционные связи с Якиром, Любченко, Поповым, Порайко и другими руководителями антисоветского военного заговора, троцкистами и националистической организацией на Украине.

Кроме замазывания и скрытия антисоветского подполья путем соответствующего направления допросов арестованных, Балицкий, Мазо, Каминский, Александровский и другие участники чекистского заговора принимали все меры к тому, чтобы в агентуру НКВД просунуть наших людей – националистов. То же самое делалось и по линии милиции…

Вот все, что мне известно об увязке в работе нашей националистической организации с “чекистским заговором” на Украине.

Записано с моих слов верно, мною прочитано.

Дубовой.

Допросили: Пом. нач. 5 отдела ГУГБ НКВД СССР

майор гос. безопасности (Ямницкий)

Зам. нач. 2 отд. 5 отдела ГУГБ НКВД

мл. лейтенант гос. безопасности (Казакевич)»[35].

Сколько веревочке ни виться… Подошло к своему концу и следствие по делу И.Н. Дубового.

«РАСПИСКА

27 июля 1938 г.

Мною, нижеподписавшимся Дубовым Иваном Наумовичем, получена копия обвинительного заключения по моему делу о предании меня суду Военной коллегии Верховного суда Союза ССР.

Подсудимый (Дубовой)

Вручил: Секретарь Военной коллегии Верховного суда Союза ССР военный юрист 1 ранга (Костюшко)»[36].

«УТВЕРЖДАЮ

Нач. 5 отдела ГУГБ НКВД СССР

комиссар гос. безопасности 3 ранга (Николаев)

Прокурор Союза ССР (Вышинский)

ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ

по следственному делу