Три сестры. Анна (СИ) - Дина Сдобберг

обходом будет уже вечером. Если нет, то завтра с утра. А вас я жду в управе в субботу.

После этого йерл откланялся. Пошли клиенты, кто-то нёс новые рецепты, кто-то забирал заказы. День понёсся в привычной круговерти. За последнюю четверть часа работы аптеки и вовсе никто не зашёл. И я уже уверенно закрывала дверь, когда в щель между дверью и косяком встал тяжёлый и грубый мужской ботинок.

Меня резко толкнули вовнутрь. В аптеку зашёл крепкого телосложения, но невысокий мужчина в простой одежде, что могла принадлежать любому из сорров или работающему фраю. Совершенно не опасаясь меня, он опустил внутреннюю задвижку на двери аптеки, и только после этого повернулся ко мне.

Я, пока он возился с дверью, отошла за стойку. Этот манёвр не остался незамеченным.

— Осторожная. Значит, возможно и несильно пострадаешь. — Ухмыльнулся незнакомец.

— Я прошу вас покинуть приёмную, аптека закрыта. — Постаралась я, чтобы голос звучал ровно.

— А похоже нет, не получится по-хорошему. — Покачал он головой. — Слушай внимательно, я тебе расскажу, что ты теперь будешь делать, если не хочешь неприятностей. И повторять я, не намерен. Скажи что-нибудь, чтобы я понял, что ты меня слушаешь?

— Я вас слушаю, — послушно ответила я.

Мужчина снял шляпу и бросил её на столешницу стойки.

— Твой муж взялся выполнить для очень серьёзных людей одну очень дорогостоящую работу. Оплату получил, а работа не сделана. — Покачал головой неурочный посетитель.

— Сорр Фрег умер. — Напомнила я, отмечая, что мужчина обладает совершенно непримечательной внешностью. Такого и захочешь подробно описать, и не получится. Вроде всё обычное, но взгляд словно стекает с этого посланца очень серьёзных людей.

— Это его проблемы. То есть теперь твои. Наши люди будут приходить два раза в неделю, и ты без концертов будешь отдавать требуемое. Иначе, ты будешь очень и очень жалеть о своём непонимании. — Навис он над стойкой оперевшись на неё локтями и наклонив голову так, что его лицо оказалось прямо напротив моего. — Для начала проведëшь выходные в компании очень злых и невоспитанных ребят. Потом начнутся меры воздействия серьёзнее. Возможно, придётся что-нибудь сломать такой красивой девочке. Уяснила?

Мужчина неприятно улыбнулся, видимо ему очень нравилось пугать меня и наслаждаться чужим страхом и беспомощностью. Вот только я бояться всякую шваль давно отвыкла.

Я резко расширила глаза словно от испуга, бросив взгляд за спину мужчины. Он конечно не обернулся, явно долго присматривался к аптеке, прежде чем наведаться. Но он моргнул, а мне хватило этих секунд, чтобы схватить распылитель с маслом и эссенцией острого перца, и несколько раз от души брызнуть угрожавшему мне мужчине в глаза.

— С@ка! — заверещал он, крутясь и зажимая глаза. — Убью!

Но стоило ему убрать руки, как я добавила ещё. Пытаясь увернуться, он споткнулся и упал, с грохотом ударившись головой о подоконник, где давно уже поджидал его Лихо. Хищно сверкнули кошачьи глаза, стремительно опустилась и прошлась по шее незнакомца кошачья лапа. Раз за разом, словно прорезая на человеческой шее кровоточащие жаберные щели. Незнакомец попытался отмахнуться от опасности и защитить свою шею. И тут же получил новую порцию масла с перцем.

— Вам лучше не шевелиться, — предупредила я. — Иначе я выжгу вам глаза, а Лихо окончательно разорвёт вам шею. Я понятно объясняю? А то я тоже повторять не намерена. С ума сойти, я перевожу замечательные, из отлично выделанной кожи, ремни для остановки кровотечения и фиксации пациента на то, чтобы просто связать какого-то… Петуха из подворотни!

— Ну, связала. — Где через четверть часа тишины спросил мой пленник. — А дальше-то что?

— Честно? Пока понятия не имею. Будем ждать утра, чтобы попросить кого-нибудь вызвать йерлов. — Пожала плечами я.

Но этим планам к счастью не суждено было сбыться, потому что старший йерл очень ответственно относился ко всему, что делал. Поэтому ещё через полчаса меня навестили несколько йерлов. Один из них тут же поспешил в управу.

— Фрау! — возмущённо посмотрел на меня старший йерл, когда явился по вызову.

— Я не виновата! Он сам пришёл! — с неменьшим возмущением ответила я.

— Избил себя тоже он сам? Как его допрашивать, если он нуждается в помощи медикуса? — фырчал йерл Ногарэ.

— Я ничего не скажу! — сплюнул на МОЙ пол этот скот.

— Подержите его связанным ещё часок. Потом резко ослабьте ремень. Кровообращение восстановится, и уже онемевшие конечности начнёт выкручивать и сводить. Потом можно вернуть ремень на место и повторить. — В отместку поделилась прошлым опытом я. — И всё расскажет, да так, что не заткнёте!

Глава 28

На меня посмотрели сразу все.

— А что? Можно подумать никто не слышал, что Томас Саргенс каждый раз продавая такие ремни, объяснял как ими пользоваться и настоятельно советовал подсовывать под ремень бумажку с записью, когда наложили. На более поздних ремнях вон вообще чуть ниже пришивается специальный ярлычок. — Показала я ремни. — И конечно мне тоже объясняли почему так надо делать. И я проверяла, так ли это. А сейчас просто поделилась опытом. Потому что этот грубиян ведёт себя возмутительно! И угрожал мне! Обещал что я проведу выходные в компании очень злых и невоспитанных мужчин.

Объяснять откуда у тихой, скромной и, откровенно говоря, забитой аптекарши такие познания нужно было правдоподобно и сразу.

— Вот, — присел на корточки рядом с бандитом старший йерл. — Видишь, до чего ты довёл уважаемую фрау из хорошей семьи? Ай-яй-яй, да ты опасен для общества, поэтому отправлю-ка я тебя… Куда ты там обещал фрау? В компанию к невоспитанным, а где я тебе воспитанных за решёткой найду? И к злым парням. Правда, парни?

— А то! Вместо спокойного сна на дежурстве бегай тут, забирай, оформляй, допрашивай, проверяй, снова допрашивай, следи, чтобы он не буянил и на стены лицом не кидался. А потом ещё и объяснительные пиши, как он лицом об пол тёрся. — Мрачно перечислил один из йерлов. — Так что не знаю как и кто, а я точно б. уду очень, очень зол!

— Держите, — достала я одну из копий справочника лекарственных растений.

Я нашла таких штук шесть одинаковых. Оригинал хранился в библиотеке. В дорогом переплёте, с тиснением и иллюстрациями-гравюрами. И составила его Стефания Саргенс, а её муж, Томас Саргенс, оплатил издание. А вот рукописные черновики, большие такие листы, куда больше школьных альбомов, размножили. Обложка у них была тем самым мягким перелётом, и от рассыпания черновик справочника спасала прошивка по краю листов. Очень удобно, когда нужно постоянно листать, смотреть и сверять. Можно не бояться испортить дорогую книгу.

— Зачем? — йерл, которому я протягивала справочник,