Разлучница - Кристина Леманн

Что это могло значить?

Хотя Жасмин и не подтвердила, что он мог видеть ее в ту пятницу около Красной ратуши, но Фальк не сомневался ни капли, что это была она. И по всей видимости, Жасмин знакома с этим Георгом, который в последний момент увел Ксандру у Ахима, а потом бесследно исчез.

Значит, она могла бы помочь ему найти обманщика. Нет, стоп! Фальк задумался и решил посмотреть на ситуацию с другой стороны.

ГЛАВА 10

Жасмин переполняла скрытая радость.

Ей придется нелегко, ведь до свадьбы осталось совсем мало времени. Перед тем как сообщать гостям об отмене бракосочетания, нужно все как следует обдумать. В ее распоряжении было всего несколько часов, чтобы осуществить задуманное, но она решилась на это в считанные секунды, как только Северин сказал, что хочет отблагодарить ее.

Жасмин подумала о том, что недостаток времени сыграет ей на руку. Если бы его было больше, то мужчине понадобились бы месяцы, чтобы сделать выбор в пользу одной из двух женщин. А если дать им на раздумья годы, то они вообще ничего не решат. А так, благодаря соблазну новизны, они целиком и полностью отдавались во власть своих чувств.

Когда любовницы женатых мужчин предоставляли им время подумать, они допускали самую большую ошибку. После первой же ночи женщина должна ставить мужчину перед выбором: или она, или жена. Агентство по расторжению намечающихся браков прибегало к помощи разных джульетт. Мужчина терял голову именно тогда, когда у него не было времени, чтобы подумать и все взвесить. Поэтому никоим образом нельзя давать мужчине время на размышление. В сущности, благодаря этому приему Жасмин всегда выигрывала.

— Только ни слова родителям Северина о том, что произошло в море, — напомнила ей Николь по дороге из порта в Пеерхаген. — Скажем, что слегка промокли, но получили от прогулки огромное удовольствие.

В каждой семье есть свои правила, и Жасмин понимала, почему Николь не хотела расстраивать Розенштоков. В поведении Николь чувствовалось напряжение, она как будто боялась, что Жасмин все расскажет. Можно было подумать, что на карту поставлено все и, если старики узнают о случае с Северином, это будет препятствием для свадьбы.

И Жасмин, и всем остальным было ясно: Николь побаивалась, что допущенная по ее вине ошибка, которая могла стоить Северину жизни, станет темой обсуждения за семейным столом. Тем более она не испытывала желания говорить о героических подвигах Жасмин и Фалька.

Жасмин усмехнулась. Она считала неприличным со своей стороны сожалеть о том, что никто не узнает о ее заслугах. Но вот репутации Фалька совсем не повредило бы, если отец семейства всю оставшуюся жизнь будет испытывать к нему чувство благодарности за спасение своего старшего сына. Может быть, Николь и Северин сами не желают этого для Фалька?

Только ей-то какое до них дело? Она была счастлива. Еще одна тайна, которую она могла разделить с Северином, прибавилась в ее коллекцию. И связь, которая между ними только-только начала восстанавливаться, окрепла. До этого времени они не так часто смотрели друг на друга и каждый раз, когда их взгляды встречались, это был всего лишь вопрос или ответ. Но потом в их глазах появилась надежда, правда еще робкая и неуверенная, готовая в любую минуту погаснуть.

После сегодняшнего происшествия их глаза светились страстным желанием.

Они были как два влюбленных голубя, которые ждали момента, когда же наконец они останутся наедине и смогут признаться друг другу в своих чувствах. И теперь связь между ними была установлена навсегда. Воскресший Северин первой увидел Жасмин, свою спасительницу. Какая ирония судьбы! Сама же Николь допустила ошибку, едва не стоившую жизни ее жениху.

Николь проиграла. Не было никакого толку, что она весь вечер надоедала всем своей болтовней, пытаясь заставить Северина заняться в среду подготовкой мальчишника. В четверг она планировала организовать два похода — для мужчин и женщин — в специальные ресторанчики — с мужским стриптизом для женщин и девушкой из торта для мужчин.

— Северин, ты уже заказал столики в «Рефлер»? — набросилась на него Николь, когда он, подняв свой стакан с виски, пристально смотрел на Жасмин, очевидно не догадываясь, что это слишком бросается в глаза. — В этой суматохе я не успеваю позаботиться о предсвадебных развлечениях для своего будущего супруга.

Гюнтер Розеншток откашлялся.

— Жасмин, ты все время молчишь, — обратилась к ней Адельтрауд, сидевшая рядом. — Ты устала?

Жасмин кивнула.

— Ужасно устала. — Она действительно едва могла двигаться. После сумасшедшего заплыва, в ледяной воде каждая мышца причиняла ей боль, особенно в ногах. Как только она пыталась пошевелить пальцами, ей казалось, что у нее отнялись ноги. Жасмин потратила сегодня столько усилий, что ее тренер, который готовил ее перед турнирами, был бы потрясен. Она никогда не испытывала на воде такого чувства страха. Если бы она не успела схватить Северина за штанину, возможно, он бы сразу утонул в морской пучине. Ему невероятно повезло, как, впрочем, и ей тоже. Казалось, чем настойчивее Николь приставала к нему со свадебными проблемами, тем все больше он отстранялся от нее.

Очевидно, сейчас для Жасмин было бы лучше уйти из-за стола. Но не так-то легко было встать, скрывая накопившуюся усталость от того, что всего несколько часов назад спас жизнь человеку.

— Подожди, — сказала Адельтрауд, поднимаясь вместе с ней. — Я только хотела тебе… Ты ведь знаешь… — Не закончив ни одну из этих фраз, она взяла Жасмин под руку и повела ее в гостиную. — Жасмин, а теперь, пожалуйста, расскажи, что произошло на яхте? Сегодня слишком холодно, чтобы барахтаться в море даже одетыми.

Жасмин никогда в жизни не испытывала таких сильных сомнений по поводу того, чтобы солгать или сказать правду.

Но поскольку Жасмин не была членом этой семьи, у Адельтрауд не было никаких причин не верить тому, что она могла ей рассказать. Но должна ли она смолчать, не сказав всей правды, в пользу Николь?

— Северин упал за борт, — хладнокровно произнесла она. — Это случилось из-за ошибки Николь, которая бездумно повернула штурвал в тот самый момент, когда он снимал с себя спасательный жилет, чтобы надеть свитер.

— О Боже, Жасмин! — Адельтрауд схватила ее за руку. Ты должна рассказать мне все в подробностях. Пойдем… нет, на кухню не надо. Давай поднимемся ко мне. Если, конечно, ты не очень устала.

Жасмин улыбнулась и покачала головой. Ей все равно пришлось бы подниматься по лестнице. Каждый шаг причинял ей боль; казалось, что ее ноги весили тонны, и она с невероятным трудом отрывала их, преодолевая каждую ступеньку.