Целитель - Gezenshaft

Да ещё и странной, от которой чуть-чуть веет какой-то мерзостью?

— Какое тебе вообще дело?! — вспылил Поттер, сделав шаг в мою сторону и указывая на меня светящимся кончиком палочки. — Тебя это никак не касается!

— Ошибаешься, парень, — я продолжал спокойно стоять, мысленно готовясь к отражению какой-нибудь атаки от Поттера, вызванной его безграничным пониманием любой ситуации. Это ирония, если что. — Я — староста. Ты получил на отработке травму и, судя по всему, отнюдь не случайную.

— И что?

— Ты идиот? — хмыкнул я. — Раньше я думал, что подколки Малфоя не имеют под собой почвы.

— Ты…

— Подумай ещё раз. Отработка с травмами для ученика. Я — староста. Касается ли это меня?

Похоже до Поттера начало, наконец-то, доходить что-то, и он смотрел на меня уже не агрессивно, а задумчиво. А может быть он просто только сейчас сформулировал некую идею, понятную ему и без меня, но при мне родившуюся.

— Будешь разводить секреты в другой раз. Подобное, — я указал рукой на его руку, которую он отвёл за спину, — является серьёзной причиной задавать тебе эти вопросы, чтобы получить полные ответы. Телесные наказания отменены Дамблдором сразу, как только он стал директором, да будет тебе известно. И ни один профессор не имеет власти изменить этот нюанс. Я несу ответственность за первокурсников в частности, и учеников своего факультета вообще. Я должен знать, что именно происходит на отработках у Амбридж, тем более причина наказания отнюдь не самая веская. Что будет, если кто-то провинится сильнее тебя?

— Я ни в чём не виноват. Я лишь сказал ей правду. У меня нет ни единой причины не верить директору. Волдеморт вернулся, и это факт, — веско вещал Поттер, продолжая держать меня на прицеле палочки, на кончике которой тускло светился Лю́мос. — Или ты тоже считаешь его сумасшедшим стариком и лжецом?

— Не считаю. Но мой вопрос остаётся в силе. Что. Там. Произошло?

Гарри помялся секунду, прежде чем опустить палочку, не рассеивая Люмос.

— Она заставила меня писать строки каким-то странным пером.

— М-да? Каким?

— Не знаю. Оно не требует чернил, пишет кровью и оставляет царапины на руке.

— Покажи, — я требовательно протянул руку.

Поттер хотел было взбрыкнуть, но что-то его остановило, и он протянул руку, тыльной стороной кисти вверх.

— Вот.

Взяв его руку, немного склонился, чтобы внимательнее рассмотреть. Казалось, будто на коже в самом деле кто-то пытался писать острым пером, расцарапывая, раз за разом выводя короткую строку по одному и тому же месту. «Я не должен лгать». Вынув палочку, из-за чего Поттер на миг вздрогнул, я провёл ею над травмой, подавая свою магию и стараясь ощутить отклик. Немного тьмы. Не той тьмы, как её понимал эльф, а местной, искажённой магии. Такое просто так не залечить. Ещё и какое-то влияние на энергетику.

— Хочешь посмеяться? — улыбнулся я.

— Не особо, — Поттер действительно не был расположен к подобному.

— А придётся. Во-первых — тут немного Тёмной Магии. Во-вторых — после пяти-шести таких процедур тебе действительно будет тяжело врать, вплоть до лёгкой физической боли. Покажи-ка руку, которой писал…

Поттер протянул правую руку, а я тут же осмотрел пальцы, которыми держат перо. По две точки на каждом — такой след остаётся от кровавого пера, я точно знаю, подписывал таким документы.

— Занятно… Похоже на хитрую модификацию Кровавого Пера, которым подписывают контракты и документы. Это даёт гарантии того, что подписавший будет следовать слову контракта. Тут, похоже, контракт с самим с собой, текст которого ты пишешь… Недопустимо…

Я хотел продолжить говорить, но наконец-то из укрытия вышли Малфой и Паркинсон — сегодня их черёд патрулировать. Я чувствовал их где-то с середины нашего разговора, но вида не подавал.

— Так-так-так, — ухмылялся Драко, а Пэнси, что шла рядом с ним, просто улыбалась. — Кто это тут у нас шляется по ночам?

— Малфой… — чуть ли не прошипел Поттер, отходя в сторону и вставая так, словно я с ним заодно, тем самым противопоставляя нас Малфою и Паркинсон.

Драко поднял палочку на уровень головы, но держал её вне своего поля зрения — хоть кто-то в этом цирке понимает, что держать источник света перед глазами и пытаться разглядеть что-то — идиотизм.

— Вечер добрый, — кивнул я им обоим.

— И что же…

— Ты извини, конечно, — я смотрел на Малфоя с серьёзным лицом. — Но ситуация странная и шутки сейчас неуместны.

— М-да? — Малфой ухмылялся, но видя непробиваемую серьёзность на моём лице, принял не менее серьёзный вид. Как, кстати, и Пэнси. — Что случилось?

— Неважно… — хотел отмахнуться Поттер, но я посмотрел на него предельно серьёзно.

— Засунь свою дурацкую вражду себе в одно место, да поглубже. Сейчас не время.

— Не указывай мне, — хамство и негодование вылезло на очкастое лицо героя всея Англии.

— Включи уже мозг…

— Ха, — хмыкнул Малфой. — Чтобы что-то включить, нужно чтобы это «что-то» для начала было…

— Драко, — Пэнси сделала шаг вперёд, вставая боком между всеми нами. — Сейчас, очевидно, не время. Что случилось?

Она посмотрела на меня в ожидании ответа.

— Если коротко, — я взглядом убедился, что Поттер не будет буянить. — Амбридж слегка модифицировала Кровавое Перо с применением лёгкой Тёмной Магии, скорее всего, малефицистики, если я правильно понял. Теперь оно служит не по прямому назначению, а для нанесения физического вреда держателю и впечатыванию написанного как в тело, так и в разум.

— Могу её похвалить за изобретательность, — хмыкнул Малфой. — Пока не вижу проблемы.

— Это пока, — кивнул я. — Она использовала эту презабавную штуку на отработке Поттера.

— А вот это уже серьёзно, — кивнула Пэнси.

Поттер, похоже, вообще стоял и натуральным образом обтекал с нашего общения. Нормального, серьёзного общения. Ну а может и с того, что на него вообще не обращают внимания.

— Физические наказания, тем более с применением Тёмной Магии, — продолжала тем временем Пэнси, сложив руки под грудью. — Напрочь запрещены Дамблдором и министерством. За подобное, кстати, может светить Азкабан от полугода до года на средних уровнях.

— Разумеется, вы знаете, — скривился Поттер, — за что можно туда отправиться.

К моему удивлению, Поттер был полностью проигнорирован слизеринцами. Ну, не совсем полностью.

— Как она тебя заставила писать? — Малфой без шуток и ухмылок посмотрел на Поттера, чем явно сломал ему шаблон своего типичного поведения.

— Эм… Просто дала перо и сказала писать строки.

— Ты можешь дословно сказать?

Поттер явно боролся с собой.

— … Теперь, мистер Поттер, — мозги Гарри явно скрипели в попытке выдать дословную фразу. — Вы напишите для меня некоторое количество строк. Нет, не вашим пером. Вы воспользуетесь моим пером.

— Хм… — Малфой задумался. — Она говорила раньше, что именно написание строк будет наказанием, отработкой и прочее.

— Нет… Наверное. Нет, точно нет, — мотнул головой Поттер.

— Жаль.

— Думаешь, — я посмотрел на Малфоя, — подвести обвинение под дословно высказанное Амбридж?

— Была такая мысль.

— Какое обвинение?

— Хорошее, — улыбнулась Пэнси. — Вот если бы Амбридж сказала, что написание строк этим пером является наказанием, отработкой или что-то в таком духе, тогда да… Тут было бы с чем работать.

— Вы понимаете, — я посмотрел на Пэнси и Драко, —