Фантастика 2025-156 - Оксана Олеговна Заугольная

с Чичей. Перед глазами всплывало всё больше фрагментов того танца. Я вспомнила и то, что кроме Чичи я танцевала с какими-то эльфами, и про паука на его груди, и про яства, которые нельзя было есть — об этом я точно зря вспомнила, не самый подходящий момент… Я замолчала, крепче сжимая лопату. К чему мне эти воспоминания? Совсем не место и не время.

— Продолжайте, королева, — прошипел Четвёртый. — Продолжайте же!

Я не сразу поняла, что он имеет в виду не разбор насекомого на более мелкие составляющие, а посвистывание. И только когда он попытался фальшиво повторить мелодию за мной, сообразила и снова начала свистеть.

А потом обернулась и едва не уронила лопату. Властители Фолееса и всех бла-бла лесов… танцевали. Прямо на небольшом пятачке поляны, среди выжженных моими молниями пятен под сумрачными кронами деревьев и свисающими там и тут коконами. Я едва снова не перестала свистеть, но справилась с собой и постаралась продолжить мелодию дальше. В тишине эльфы точно не смогут продолжить танец.

— Господин Гастион, — снова зашипел Четвёртый, на моей памяти впервые обращаясь напрямую к Бриену. — Помогайте, королева может недотянуть!

Я едва не возмутилась. Чего это он за меня решает, что я могу, а что нет? А потом поняла — он прав. Голодная, намахавшаяся лопатой, я и впрямь могла на своём дыхании не дотянуть до конца танца, а мне тоже почему-то казалось это важным.

Бриен глянул на меня, словно ему требовалось подтверждение, и тоже начал насвистывать. Так втроём посреди леса мы свистели одну и ту же мелодию, разную настолько, насколько по-разному может звучать мелодия у тех, кто слышал её, не слышал, но обладал слухом и не слышал и кошмарно фальшивил. Последним был, разумеется, Четвёртый, но он очень старался, так что я решила ему не мешать.

Наконец я дотянула последний пересвист и махнула лопатой, заставляя моих спутников тоже наконец замолчать. Облегчённый вздох вырвался у обоих, но я смотрела не на них, а на эльфов.

— Свирхтуэлиэн! — выдохнула эльфийка своему мужу, хватая его за руки. — Владыка!

— Владычица моего сердца! — отозвался эльф.

И куда делись испуганные ушастые? Передо мной были настоящие короли! Я немного расстроилась, что Сверхтутарион или как там его не назвал свою супругу, но быстро утешилась, решив, что всё равно бы не запомнила её имя.

Некоторое время владыки таращились друг на друга, словно десятилетиями не виделись, никак не меньше, а потом наконец повернулись к нам.

— Иссабелия Интийская, — короткий кивок, который в темноте вообще был почти незаметен, по-видимому, должен был обозначать поклон. Мне показалось, что я, может, и не помню, но за что-то не очень люблю ушастых. Помимо красноволосой, с той понятны причины. Но сейчас мне казалось, что из всех эльфов мне нравился только Викуэль. — Мы с супругой благодарны за возвращение памяти, но у нас остались вопросы. Кто из людей ответственен за нашу потерю и где наш наследник Викуэль?

Вот ведь ушастая зараза! Сразу разложил всё по полочкам, якобы виноваты точно люди. Ладно хоть меня лично не обвинил, но ещё не утро!

— Про Викуэля я сама у вас хотела спросить, — ответила я, игнорируя обвинительный тон. — Вы же родители, вам виднее. Что до виновников… а вы так уверены, что это не эльфы? Может, кто-то из очень долго живущих эльфов, например…

Я до сих пор не знала, кем является фата Эрис, а назло всему её считала главной подозреваемой. А почему бы ей не быть и эльфом? Или полуэльфом, например? Я была в короне, когда узнала, что во дворце есть шпионка, работающая разом на вампиров и эльфов благодаря своим аккуратным округлым ушкам.

— Нет, уважаемая королева, — Сверхтупилион снисходительно улыбнулся. Так бы и дала ему лопатой по этой пренебрежительной морде, но Викуэля жалко. Придётся ему править, а зачем ему такая ноша раньше времени? — Эльфы никогда не опускались до игр с памятью. Со временем, со смертью, иллюзии — это всё да. Но только не память.

— Ладно, — уступила я и мстительно добавила: — Опять же, куда вам ещё проблемы, когда у вас от укуса дикой ведьмы перерождаются в эйри.

Владыка спал с лица.

— Что? — переспросил он, и я сообразила, что чокнутый полугном изучал это специально, а вот эльфам могли и не рассказать.

— Эйри — это укушенные и не погибшие после укуса эльфы, — ещё раз пояснила я. И уточнила. — Мой советник по здоровью знал это и поэтому убил…

Я замялась. Говорить о внебрачной дочери владыки не хотелось, как и упоминать, что я не помню её имя. Нехорошо как-то, она у меня жениха увела всё-таки.

— … Наперстянку, — владыка уже справился с лицом и произнёс очень спокойно. — Это многое меняет. Но откуда это известно вам?

Он посмотрел на меня так хищно, что я немного растерялась и замешкалась, но тут неожиданно пришёл на помощь Четвёртый.

— Да все нюхачи теперь знают, — влез он между мной и владыкой. — Мы в зеркальных пещерах рядом с этими эйри бок о бок торчали, а потом видели тут уже в лесу эльфийку из ваших, которая только-только в эйри вылупилась.

Опасный огонёк в глазах эльфа погас.

— А ещё один такой взгляд на королеву, и я не посмотрю, что мы потратили силы на то, чтобы вызволить вас из коконов, и будете сверкать как те гусеницы. Вечность, — с тихой угрозой добавил Бриен. И мне стало тепло, словно меня закутали в пуховое одеяло.

Эльфы восприняли эту угрозу не совсем адекватно. Они отправились смотреть, что там с гусеницами, а заодно подошли и к уховёртке, которую я не успела как следует порубить.

— Что вы тут пытались сделать? — удивлённо спросила владычица. — Нашинковать пастушью собачку?

— Кого? — не поняла я.

Вообще-то, я видела пастушьих собак и совсем недавно. Там в предгорье они прятались среди овец в достаточном отдалении от зубов Капельки. Они, в общем-то, и похожи на овец были куда больше, чем на вот это с клещами на брюшке.

— Уховёртки пасут шелкопрядов, — и снова этот снисходительный взгляд, но теперь уже от эльфийки! Им просто повезло, что Капелька улетела, а то я бы не посмотрела, что она принадлежит именно этим высокомерным ушастым, и отправилась бы на драконе подальше от них. — И следят,