Что-то кроме магии - Akana again

* * *

В оружейной Годрика его уже ждал Квиррелл.

— Возьми, тебе она нужнее, — Квиринус протянул ему мешочек с коннект-картой. — Когда Хагрид принес в замок Поттера и все решили, что война проиграна, Барон отвел меня в тайник Салазара и передал твое распоряжение. Но потом Поттер неожиданно воскрес... Короче, забирай.

Северус сжал руку, которая отдавала ему билет в будущее.

— Давай рванем за океан вместе. Втроем.

Квиринус покачал головой и вложил мешочек в его ладонь.

— В магическом учебном заведении ждут волшебников, а не сквибов и чудаковатых прорицательниц.

— Квиринус...

— Перестань. Ты знаешь, что я прав. Треверс приезжал именно за тобой, вот и отправляйся — Квиринус улыбнулся, как умел только он — светло и открыто, и никакие шрамы не могли изуродовать его улыбку. — Не думай, будто бросаешь нас, сирых и убогих, на произвол судьбы: МакГонагалл уже предложила мне место, Сивилла тоже остается. Кроме того, у меня есть несколько занятных идей, попробую на досуге сотворить из них что-нибудь интересное.

Вскоре подошла Сивилла. Один за другим стекались привидения, но Барона среди них не было.

— Пивз куда-то запропастился, — объяснила Елена Рэйвенкло. — Отец хочет попрощаться с ним.

Ужа давно все собрались, даже Моргана спустилась из своей рамы, а полтергейст так и не объявился. Барон напрасно обшарил замок от самых глубоких подземелий до чердаков башен — Пивз как в воду канул.

В полночь, когда донельзя огорченный Барон решил прекратить поиски, с потолка оружейной прямо ему под ноги, жалобно звякнув бубенцами, упал трехрогий шутовской колпак. И странное дело: несмотря на явную материальность вещи, призрак сумел поднять ее.

— Понимаю... — он сунул колпак за пазуху и крикнул в потолок: — Прощай, дружище, где бы ты ни был! Прощай, Хогвартс!

Как и два года назад, Моргана села в седло впереди своего рыцаря. Елену, уже ничего опасаясь, усадил к себе Бродяга Дик, нашлись лошади и для Почти Безголового Ника, и даже для Миртл. Пронзая этаж за этажом, призрачная кавалькада вынеслась в небо.

Антиаппарационный барьер над замком был разрушен во время битвы, поэтому Сивилла, взяв мужа под руку, аппарировала прямо из оружейной. Северус последовал за ними.

***

Хогвартс спал. Завтра с утра опять придут маги-реставраторы, закипит работа, до сентября столько нужно успеть... Никто не заметил, что в эту ночь по коридорам не бродил ни один призрак, а портрет Морганы ла Фэй превратился в осенний пейзаж с озером и белым замком на берегу.

Неслышно ступая, по Хогвартсу шел коротышка в пестром кафтане и широких штанах. Жесткие пряди густой шевелюры торчали во все стороны, и когда он проходил мимо светильников, волосы, еще недавно огненно-рыжие, вспыхивали чистейшим серебром. Глаза с вертикальными зрачками смотрели прямо перед собой. На лице, изрезанном глубокими морщинами, болезненная гримаса то и дело сменяла кривую ухмылку. Пивз шагал по ступеням, поднимаясь под крышу самой высокой башни. Постояв на смотровой площадке, он подпрыгнул и взлетел к шпилю. Там, усевшись на черепице, Пивз долго глядел на звезды, пока они не стали меркнуть в преддверии близкого утра.

— Пора, — неизвестно кому сказал шумный дух и взялся за острие шпиля.

Рассвело. Первый солнечный луч скользнул вверх по шпилю и удивленно замер: простой шест, обитый оловянными листами, еще вчера был пуст, а сегодня — гляди-ка! Луч освоился, вернулся и ярким золотом вспыхнул на флюгере: человечек в шутовском наряде улыбался до ушей и показывал «нос» восходящему солнцу.

* * *

Башню пожирало опаловое пламя. Молочно-голубое пожарище охватило вершину холма Святого Михаила, и оставалось лишь надеяться, что оно надежно скрыто от чужих глаз. Привидения, не останавливаясь, ворвались в этот холодный огонь и пропали среди его переливов. Люди, прибыв на холм мгновением позже, помедлили, переглянулись, вошли под полыхающие своды...

...и очутились на пристани. Широкие ступени из гладкого серого камня спускались к неподвижной прозрачной воде. Высокий каменный парапет уходил в обе стороны от лестницы куда-то очень далеко и там терялся в густом тумане. Озеро — или море? — отражало низкое белесое небо, с которого струился тусклый, мертвый свет. Туман скрывал горизонт, холодный воздух отдавал затхлой сыростью погреба. Призраки и люди стояли перед лестницей, не зная, куда идти и что делать дальше.

В серой мгле над озером показалась смутная тень. Она быстро увеличивалась, темнела, и вскоре к пристани подплыла длинная черная лодка с круто загнутым вверх носом в виде шеи и головы дракона. Ни скамей, ни палубы внутри — смоляные борта лодки обрывались в воде.

— Вот она, ладья без дна, черным-черна... — прошептала Сивилла.

— Видно, это за нами. Идем, Моргана.

Они пошли первыми, за ними Северус, Квиринус, Сивилла и все Хранители Хогвартса. Люди молчали, скованные печалью. Безмолвствовали и призраки: все слова прощания уже были сказаны...

Взяв за руку волшебницу, рыцарь без колебаний перешагнул через низкий борт. Моргана испуганно охнула, но полупрозрачные сапоги не погрузились в воду: Барон стоял над водой, как если бы имел под ногами твердую опору. Убедившись, что бояться нечего, Моргана вошла в лодку и встала рядом с ним. Ладья будто только этого и ждала и, покачнувшись, тихо отчалила.

Но увозила она уже не призраков. Два человека в одеждах давно ушедших времен отплывали от берега, двое из плоти и крови стояли в зловещей ладье: сурового вида мужчина с темными волосами до плеч и белокурая женщина.

Взгляд внимательных серых глаз мужчины остановился на Снейпе, и туман вдруг взметнулся, отделив его от всех, оставив один на один с Кровавым Бароном... нет, с Бедуиром Крепкожильным. Они казались ровесниками.

Бедуир достал из-за пазухи пестрый комок, тихо звякнувший бубенцами, и перекинул его Северусу.

—