Ковен озера Шамплейн - Анастасия Гор

– Свадьбу?! – переспросил он так громко, что нас четверых оглушило эхо коридоров. – Хоакин женится?! Прошу, только не говори, что на Эмиральде! Она же… – Диего покрутил у виска пальцем.

– О вкусах не спорят, – ответила Аделаида, даже не пытаясь скрыть усмешку. – Свадьба должна была состояться в канун Йоля, но Эмиральда плохо чувствовала себя эту неделю, так что церемонию перенесли. Повезло же вам…

– Давно она здесь живет? – спросила я осторожно, догнав идущую впереди Адель. Мы все брели друг за дружкой в тенях ротанговых люстр, а коридор, к счастью, все не кончался, давая мне возможность разузнать побольше.

– Хм, около года. Как из своей пустыни сбежала, так в Санта-Муэрте и поселилась. Пойти-то ей больше некуда было, вот Хоакин ее и принял. А там никто и не заметил, как она все чаще показываться рядом с ним стала, а потом и на коленках у него сидеть. Буэ!

Адель передернулась, выражая отвращение не то к отношениям Хоакина и Эмиральды, не то к любви в целом. Кроме нас, в доме будто не было ни души. Я прислушалась, задержавшись у одной из дверей, но за той стояла тишина. Даже в Шамплейн, не насчитывающем и десяти ведьм, особняк гудел день и ночь. Здесь же, в сердце одного из крупнейших ковенов мира, было тихо, как в могиле.

– В доме Верховного живет лишь его семья, – пояснила Адель, обернувшись и заметив, что я отстала. – Самое интересное снаружи!

И она говорила правду. Стоило нам очутиться в вестибюле, а затем пройти через тяжелые двери из орешника и очутиться на улице, как меня ослепили краски и свет. Я зажмурилась и выставила руку козырьком, давая глазам привыкнуть, прежде чем оглядеться.

Вот они, оказывается, какие – Лакандонские джунгли!

Вокруг было так зелено, что казалось, мир утопает в хлорофилле. Между стеблями кипарисов, папоротником и ярко-розовой русселией не оставалось ни малейшего просвета. Некоторые деревья, названия которых я не знала, были тонкими, как мои руки, и изгибались самым причудливым образом. Они росли в несколько ярусов, точно сельвы, и явно подпитывались магией ковена: листва почти закрывала голубое небо. Из нее же доносился звук, напоминающий стрекот маракасов, а затем оттуда выпорхнули полупрозрачные ажурные крылья – цикады.

Я оглянулась на дом. Он был похож на старый особняк Шамплейн не только изнутри, но и снаружи: белый камень, похожий на гранит, мраморные колонны, витражные окна на французский манер и маленькие балкончики с чугунными перилами.

– Эх, было время, когда в этом особняке жили и старшие семьи, – мечтательно улыбнулась Адель, проследив за моим взглядом, пока остальные крутили головами.

– Старшие семьи – те семьи, что произошли от рода Верховных, но не являются Верховному прямой родней. Племянницы, кузины, – ловко подхватил Диего, и Адель раздраженно наступила ему на ногу, ведь наверняка собиралась сама рассказать об этом.

Исаак над моим ухом восторженно ахнул, заметив что-то вдалеке, и помчался вниз по ступенькам крыльца, уже делая на ходу пометки в своем туристическом блокноте.

Мягко выскользнув из руки Коула, я последовала за ним. Особняк располагался на холме, а сам ландшафт города Санта-Муэрте напоминал фьорд, только вместо скал – джунгли. В низине, куда от крыльца тянулась широкая дорога из мелкой гальки, росли аккуратные милые домики. Их здесь было так много, что даже ковен Завтра казался крошечным. Если там поселение разбивалось на улицы, жилые и рабочие, то в Санта-Муэрте царил беспорядок: хижины были разбросаны тесно и хаотично, практически наседая друг на друга. Внешне они напоминали швейцарские шале: с покатой крыши свисали лианы кораллового антигонона, а деревянные окна увивал виноград. Повсюду бегали повизгивающие дети. За одним из домов что-то мерцало, и, судя по тому, что все мужчины гуськом тащили мебель именно туда, там и готовилась церемония. Я разобрала слово catedral в гомоне голосов и вспомнила, что именно так по-испански будет «собор».

Кто-то вдруг окликнул Диего. Встрепенувшись, он сиганул с крыльца через перила и, лишь чудом не переломав себе ноги, подскочил к нескольким ребятишкам, гоняющим мяч. Они не могли знать его, ушедшего из ковена давным-давно, но все равно расплылись в улыбках и принялись дразниться, забираясь ему на спину.

– Ох, ступайте осторожно! – крикнула нам в спины Адель. – Не наступите на… Как это будет на английском… Коровьи лепешки, точно! У нас очень много ферм и конюшен.

– Вы живете за счет них? – поинтересовался Исаак, делая очередную пометку в блокноте, когда Адель повела нас в глубь поселения.

– Нет, просто разводим. Для себя. Если ты имеешь в виду деньги, то зарабатываем мы их в Мехико…

– Мехико? – переспросил Коул растерянно, замедлив шаг. Без навахона он явно чувствовал себя неуютно. Шел впереди и не давал себя обогнать, будто боялся, что кто-то притаился в зарослях бузины и обязательно нападет, как только он отвернется. – Если я правильно помню, от Лакандонских джунглей до Мехико больше тысячи миль… Ох, ну да, конечно, – Коул хлопнул себя по лбу, – двери! И много у вас таких?

Адель взглянула на него с восхищением и кивнула:

– Достаточно. Почти в каждый город Мексики да найдется свой портал. Микаэлл ведь раньше смертным помогал, никому в просьбе не отказывал, прямо как сама Сантимиса… Вот наш ковен до тысячи членов и вымахал!

– Сколько?! – Исаак, поправляющий сандалии, едва не выронил блокнот. – Как вы здесь все помещаетесь?!

– Никак, – ответила Адель насмешливо. Сухой ветер трепал ее огненные волосы, отчего казалось, что она горит, как спичка. – Большая часть ковена работает в крупных городах, смотрит за заправками и кафе, которые принадлежат семейству Де'Траст. Санта-Муэрте – единственный ковен во всей Мексике, а неприкаянных здесь раньше было в десять раз больше, чем в США. Отсюда и численность.

Диего вдруг возник рядом, кружа на спине какого-то беззубого мальчишку в грязной бейсболке. Поставив того на землю, он обвел взглядом маленькие шале, мимо которых мы шли, невольно заглядывая в окна.

– Подожди… Ты сказала «раньше»? Как много неприкаянных пополнили ряды Санта-Муэрте с тех пор, как умер Микаэлл?

– Все. – Адель улыбнулась. – Хоакин обязал принести ковенант и строго следовать ему всех ведьм и колдунов, проживающих в Мексике. Ты либо в Санта-Муэрте, либо уезжаешь. Я уже и не припомню, когда видела неприкаянного в последний раз.

– Ого… Видимо, Хоакин не такой уж дерьмовый Верховный, как я думал, – хмыкнул Диего с плохо скрываемым разочарованием и оглядел некогда родные места. – А с виду ничего не изменилось за тридцать лет.

Бирюзовые глаза, вбирающие лучи палящего солнца, потемнели. Несмотря на то что Диего улыбался, ему было грустно – я чувствовала это не как