Герои Вопреки. Часть I (СИ) - Заров Антон

То по одну, то по другую сторону вниз обрушивались пропасти и обрывы. Стоило только позволить, воображение тут же рисовало ему, что нога оступилась, и он кувыркается по крутому склону целый день до подножия.

Но всему приходит конец. Бесконечная ночь сменилась томительно морозным утром. Барахтанье в сугробах перешло в попытки не скатится кубарем по отвесным скалам.

А затем в просто опасный спуск по осыпающемуся горному склону. Раккар увлекся переставлением заплетающихся ног и потому не заметил, как стих ветер и вокруг сгустился утренний липкий туман.

Даже тот рваный и неглубокий снежок, что еще попадался ему под ноги, закончился внезапно и сразу по всей протяженности влево и вправо, насколько хватало видимости.

Ставшая привычной расплывчатая завеса стала редеть и взгляду открывались все новые виды.

Среди камней и скал все чаще попадались мохнатые ковры мха или низкорослые кустики, чьи жесткие стебли и листья буквально стелились по камням, настолько низко, насколько возможно.

В закрытых ущельях и впадинах, ниже по склонам, можно было увидеть аккуратные, низкорослые деревца и кустарники, жесткие и перекрученные.

Но таких деревьев как наверху больше было не видно. Похоже, что на разной высоте был свой климат и разные деревья к нему приспосабливались по-своему.

Возможно в разгар лета снежная шапка отступала вплоть до тех странных, заостренных елок на вершине. Только вот еще раз возвращаться туда не хотелось изо всех сил.

Сил этих уже почти совершенно не осталось и Раккару хотелось упасть, свернуться калачиком и забыться под первым же кустом.

Но до них еще нужно было как-то добраться. Спать же вне укрытия было все еще небезопасно даже для гнома. Иначе можно было замерзнуть и вернуться к стартовым флажкам и еще разок.

Шли последние часы перед принудительным выходом из игры и следовало найти укрытие для тела гнома. С этой целью Раккар ускорил шаг, стараясь поскорее оказаться там, где уже растет что-нибудь зеленое.

Желательно конечно пещерку какую, но щель между камнями и мох в качестве матраса тоже должны позволить не помереть.

Несколько раз гном чуть не улетел ласточкой со скользких от туманной мороси уступов. В последний момент распластываясь на камнях и удерживая себя кончиками пальцев.

А на заключительном участке над уютной, закрытой долиной с изящными, маленькими деревцами, пришлось снова использовать крюк-кошку, настолько отвесные скалы окружали её со всех сторон.

Удивительно, но крюк и в этот раз сам слетел вниз, едва он коснулся ногами камней и выпустил цепь из рук.

Только гном был к этому уже вполне готов и успел сделать быстрый отскок назад. Но все равно следил задержав дыхание, как звякает по камням изогнутое лезвие.

И выдохнул, только оглядевшись вокруг, от чего на его лице расплылась довольная улыбка.

Узкая и глубокая расщелина была заполнена каменными осколками и пышно-зелёными карликовыми деревьями, что вблизи выглядели даже еще красивее, чем сверху.

Тут определенно было не так уж и холодно. А беглый осмотр ближайших окрестностей выявил отличное место для сна. Каменный шатер из нескольких плоских осколков скалы, упершихся друг в друга.

Если бы он хотел поставить там палатку или развести огонь, то места было бы мало. Но для одного лежащего в отключке гнома, площади должно было хватить в самый раз.

Раккар едва успел протиснуться между каменных стенок и наступить на густой ковер из мха, как силы оставили его. Тело рухнуло лицом вниз, а зрение отказало.

В голове зазвучал его собственный голос, полный спокойствия и уверенности, которых Анатолий нисколько не ощущал:

«Игровая сессия закончена. Выход!»

***

«Тьма. Снова ничего не видать. Так было совсем недавно. Почему так хочется, чтобы это прекратилось. Что это там пробежало в темноте?»

На этот раз Анатолия погасило как следует, далеко не сразу к нему пришло осознание кто он и где.

«Отлично, меня вытаскивают из игры. Надеюсь я не в коматозе сейчас, и не в доме с мягкими стенами… — безо всякой уверенности попытался он мысленно пошутить.»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Серая тень. Впереди определенно протрусила, на фоне черноты, серая кошачья тень.

Точнее, наверное, проплыла. Потому что тень с легкостью поднималась откуда-то снизу-вверх к его глазам. Или, наверное, к точке зрения.

Миг и прямо перед ним снова оказались два ровных круглых глаза. Еще мгновение и вокруг них сплелась из сероватой дымки кошачья морда, на фоне которой проявилась белоснежная улыбка крошечной акулы.

Жуткие кошачьи глаза мигнули и из клыкастой пасти поползло продирающее до костей шипение, складывающееся в насмешливый голос.

Будто дикий кот выговаривает человеческие слова не понимая их смысла. В ушах плавали отдельные слоги и звуки, постепенно складываясь для него в некий порядок.

Разобрать удалось только одну фразу. Но едва до него дошел смысл, как возникло нестерпимое желание заорать в голос.

«Вс-сегда-а, мож-жет, с-стать, ещ-ще-о, хуж-же.»

Не успело его виртуальное сердце остановиться от необъяснимого ужаса, как тьма перед ним осветилась прямоугольным окошком.

Тут же вернулось ощущение собственного тела. И осознание, что тело это именно твое. Первым же делом Анатолий сжал кулаки и попытался прижать их к груди.

Но ничего не вышло. В душном пространстве было очень тесно, а все его тело оплетали кабели и гибкие трубки. Тяжелое похмельное состояние давило на виски, все тело под костюмом было покрыто скользким потом.

«Во рту кошки… тьфу, опять кошки. Так и фобию можно заработать, — успел подумать Толя, перед тем, как крышка капсулы плавно ушла в сторону и над ним показалось смутно знакомое, сосредоточенное лицо.»

— Не стоит так волноваться молодой человек, это всего лишь игра, — проговорил Риктор спокойным тоном, будто и не было целой недели скитаний по пещерам. — Успокойтесь, представьте, что это был сон.

Глава Шестая. Ведьма

Короткий миг, на который оба замерли напротив друг дружки, прервался для Еремея летящим прямо в лицо маленьким кулачком.

Он не успел ни испугаться, ни удивиться, ни усмехнуться. Его просто вышвырнуло сразу во тьму выхода из игры.

Непронцаемая чернота. Чуть более светлая небольшая клякса какого-то существа вдалеке. Насмешливое короткое мяуканье. И, Выход!

Еремей тупо пялился прямо перед собой на светлеющую дверцу капсулы. Его выкинуло против собственной воли из игры.

«Еще же и дня не прошло из только запущенной сессии. Что за ерунда. Какого лешего я вышел из игры.»

— Это у тебя недурно бы спросить, — за приоткрывшейся прозрачной панелью показались покровительственно светящиеся голубые глаза Егора.

Похоже последнюю мысль, а то и все разом, Еремей произнес вслух. Он мрачно уставился на раздражающего до чесотки товарища.

— Ремыч, ты же в курсе, сколько следует отдыхать между подходами, — шутливо подмигнув, спросил тот, — Верно, сутки. А ты через сколько заскочил после предыдущей сессии. То то же, через вдвое меньший срок. Я уже проверил. Вот тебя и выкинуло от перенапряжения.

«Что это, странный дебаф, проклятье мелкой ведьмы или последствия потери концентрации в бесплотном состоянии? — вопросы были новыми и неприятными.»

— Все страньше и страньше, — прошептал Еремей едва слышно, пытаясь собраться с мыслями.

***

— Так я не понял, герой дальнего плавания, тебя вытаскивать или как? — начал терять терпение Егор.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Еремею ярко вспомнились серая тень, мяуканье и тошнотворный, глупый страх. Он непроизвольно сглотнул и отрицательно покачал головой.

А когда оператор принялся деловито скручивать с него трубки да провода отсоединять, откинулся назад в ложементе с тяжелым вздохом облегчения.