Мой жаркий Марокканский роман (СИ) - Волкова Ольга

Амир резко замолчал, обеими ладонями обхватил мое лицо и приблизился ко мне.

— Посмотри мне в глаза, Полина, — властно отдал приказал, и его фраза прозвучала, как гром среди ясного неба. Мужчина явно заподозрил, что со мной что-то не так. Шумно сглотнув, я все-таки широко раскрыла глаза и пристально впилась взглядом в его лицо. Он был хмурым и слишком яростным. Такого Амира я видела в тот день, когда он убил кочевника. Я испугалась и вздрогнула в его руках, вцепившись в плечи мужчины. — Запомни, она ничего для меня не значит, — рявкнул, обдавая горячим дыханием мои губы. Он с жадностью посмотрел на них, и я видела его борьбу с самим собой. — Ты бежишь от меня, любимая. Но я просил не верить всему, что видишь. Сегодня же…, — он остановился, переведя свое дыхание, — Алика спровоцировала тебя с пол-оборота, но что будет, если она повторит свое коварство завтра?

— Амир, я боюсь тебя, — не выдержала я, обозначив свой страх в словах. Разительная перемена моего незнакомца смутила меня, и я не знала, как вести себя с ним таким. Мужчина закрыл свои глаза и соприкоснулся лбами со мной.

— Не нужно, — на выдохе произнес, целуя меня в губы. Нежно… с любовью… с чувственной отдачей.

— Я не хочу от тебя бежать, Амир, — разорвав поцелуй, прошептала я. — Я люблю тебя. Мне будет больно, если все это обернется в самый жуткий сон.

Амир снова замолчал, истязая меня своим черным взглядом. Обхватив его за шею, я сама притянула его к себе и припала к губам. Поцелуй углубился, а наши дыхания синхронно слились воедино. Ступая ближе к нашей постели, Амир опустил руки мне на талию, сжимая плоть до боли, оставлял легкие покалывания на коже от впившихся пальцев. Расстегнув платье позади, оно лужицей растеклось у моих ног. Я осталась в одних хлопковых трусиках перед мужчиной. Он не стал медлить, и тоже начал избавляться от своих вещей на себе.

— Ложись, — монотонный приказ, таящий в себе столько обещаний.

Повинуясь ему, я опустилась вниз и легла на спину, утопая в бесчисленном количестве подушек. Было безумно волнительно, словно все происходило впервые. Амир разделся наголо, и я увидела, насколько он был возбужден. Затвердевший член, покрытый веткой взбухших вен, притягивал к себе мой взгляд. Я отвернулась, прикусив изнутри свою щеку.

— Не нужно прятаться, — вновь его властно-пугающий голос. Амир опустился на колени передо мной, лаская мои бедра. Машинально я развела обе ноги в разные стороны, приглашая Амира, и он немедля навис надо мной. — Не нужно бояться того, что я так же люблю тебя, Полина, и постараюсь сделать все, чтобы ты была счастлива рядом со мной.

— Амир, в это трудно верить, — прошептала, пристально посмотрев ему в глаза. Мой незнакомец поцеловал меня, затем отпрянул. Я чувствовала, как его член упирался в мою прикрытую трусиками промежность, и Амир намеренно создавал колебания, превращая наше слияние в петтинг. Обхватив его талию ногами, я немного изменила нашу позу, и моему мужчине это понравилось.

— Понимаю, что поступил с тобой грубо. Украл… но иначе я не мог. Ты всё для меня, Стасина. Я захотел – я получил, и не намерен терять, — заявил Амир, проникая рукой под мою спину и обхватив за талию. Резкое движение, и вот я теперь оказалась на самом мужчине, а он подо мной. Мои длинные волосы водопадом рассыпались по плечам, прикрывая мою обнаженную грудь. В полумраке шатра все казалось слишком загадочным, вожделенным и страстным. Все было чересчур, будто нас околдовали местные шаманы и ведуньи.

— Ты украл мое сердце, Амир, — двигаясь на нем плавными колебаниями назад-вперед, я сама растравливала свое желание обладать мужчиной. Держа меня за талию, он помогал мне получать удовольствие, даже без проникновения я ощутила поднимающуюся волну экстаза. Его член касался сквозь ткань моего клитора, раздражая нервные окончания до нестерпимого крика. — А! — вырвался мой стон удовольствия, и я прогнулась в пояснице, запрокинув голову назад и закрыв глаза. Первый поток оргазма был не настолько сильным, но очень ощутимым для моей души. Теперь же Амир все взял в свои руки: изменив позу, он сел и обнял меня, сжимая поясницу одной рукой, а затылок другой. Требовательный поцелуй будто снова оживлял мои ощущения, и мне дико хотелось, чтобы Амир уже овладел мной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Нет, Полина, это ты украла мою душу, — прошептал у губ, опуская меня вновь на спину. Наклонившись, он начал ласкать мою грудь и целовать ее, мять… истязать… и снова дарить нежность.

Опускаясь еще ниже, словно хищник, он неотрывно следил за мной и тем, как я принимала его любовь. Горячее дыхание мужчины будоражило мои нервные окончания на животе, а затем он вовсе носом уткнулся в мое естество. Я схватилась за его волосы, простонав от удовольствия. Извиваясь от бурного ощущения в потребности разрядки, до меня вдруг дошло, что Амир решил наказать мое ослушание таким образом. Продев пальцами резинку на трусиках, Амир начал стягивать их с меня. Так медленно и так долго, что казалось я взорвусь от нетерпения вот-вот.

— Амир, — захныкала я, глядя в его колдовские глаза, наполненные темной тайной. — Ты нужен мне, пожалуйста.

Мужчина откинул в сторону лоскуток ткани, затем вновь опустил голову на мое естество. Его месть за мой побег была сполна усвоена. Разрываясь на части, я не могла достичь пика разрядки, и так было несколько раз, пока я уже не заплакала. Он нежно наказывал, изнуряя мои чувства до такой степени, что перед глазами плыло от дикого выброса адреналина.

— Хватит! — закричала я, отползая от Амира, я схватила одеяло и прикрыла им свое обнаженное тело. Я вся задрожала, ощутив табун мурашек пронесшихся по телу. Мужчина зарычал, но не стал напором брать меня. Он сел ровно, опустив сжатые кулаки на постель. Голова поникла, и его затрудненное дыхание отдавалось свистом по всему шатру.

— Прости меня, — глухо проговорил, поднимая голову. В его взгляде я видела боль.

— Ты пугаешь меня сейчас. Объясни, что с тобой происходит, Амир, — прошептала, затем придвинулась к нему ближе. Все мое тело все еще содрогалось от пытки, устроенной моим мужчиной. Наказывая меня прерванными оргазмами, он лишь сделал нам обоим хуже.

Мужчина горько ухмыльнулся, цыкая.

— Я сбежал, Полина. Опять.

— От кого?

— Сегодня приедет мой младший брат со своей женой. Мы не виделись очень давно, но я сбежал не поэтому, — с горечью проговорил, но, когда я прикоснулась к его небритым щекам и обратила на себя внимание, Амир не сопротивлялся. Напротив, он раскаивался за свое поведение, которым испугал меня до чёртиков.

— Тогда почему? — не унималась я, нахмурившись от любопытства. Амир обнял меня, зарываясь носом в изгибе моего плеча и шеи. Поцеловав мою разгоряченную кожу, мужчина продолжил говорить:

— Потому что не хотел видеть его свободу. То, каким счастливым он стал.

Словно удар под дых. Я притихла и затаила дыхание. Отчасти, я как никогда прежде понимала волнение Амира. Если я давала ему призрачную надежду на эту свободу, то его младший брат был олицетворением его желанной мечты, которой вряд ли суждено сбыться...

Глава 31

Амир Хан

Полина мирно спала. И я не мог оторвать от нее своего взгляда. Укутавшись под толстым пледом, Стасина прижалась ко мне, положив свою голову на мою грудь. Даже сквозь сон, она старалась быть рядом со мной, хваталась за невидимую нить и показывала своим телом и душой, как сильно полюбила своего похитителя. Я превратил ее в свою наложницу, в свою любовницу, в любимую женщину. Буквально насильно усадил в золотую клетку и заставил меня полюбить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Поглаживая ее мягкое, нежное плечико, я глубоко дышал, пытаясь усмирить свою бурю, которая вот-вот отчаянно грозилась выплеснуться наружу. Не хотел, чтобы моя Богиня вновь увидела того Амира, который был готов пойти на все: даже на убийство.

— Любимый, — сонно прошептала Полина, приподнимая свою голову с моей груди. Она посмотрела на меня, мило улыбаясь. Сонная, нежная, хрупкая… каждое определение подходило ей, словно от природы. — Почему не спишь? Еще же ночь, — девушка приподнялась на локте, оглядываясь в нашей импровизированной комнате.