Чужой наследник 7 - Данил Коган

class="p1">— Именно. Ну и боеспособность. Боюсь, нам придется пережить что-то вроде прилива в чистом поле. Может, и не один раз. Хотя, исходя из результатов многолетних наблюдений, накопление Хмарью боевых ресусров на определенном участке соприкосновения — дело не мгновенное. Вряд ли она может генерировать тварей непрерывно просто из воздуха. Но совершенно непонятно, что будет в красной зоне. Да наша главная цель вообще узнать как эта зергня хмарная устроена. Хотя бы начать понимать.

— Это все, конечно, здорово, но давай к броне вернемся. Шестьдесят миллиметров — это риск, что некоторые Яффе броню пробьют. Если не учитывать несуществующую пока что рунную защиту. Готов рисковать, Олег? — Черепанова с мысли не собьешь.

— Лишние миллиметры нас не особо спасут. Теоретически могут найтись уникумы, которые и сотку пробьют. И что? Делаем сто двадцать? Мы не собираемся выводить в чисто поле один-единственный мех. Отработаем тактику и взаимодействие. В конце концов, конечность Яффе не снаряд. У него нет заброневого воздействия. Пробьет и пробьет. Не думаю, что это выведет машину из строя сразу. Волевым решением делаем шестьдесят. Нарастить всегда успеем. Держите в уме главную цель, господа конструкторы и адепты механики. Могу я, кстати, увидеть чертежи корпуса? Мы же не поедем вглубь Хмари в этой металлической ванне?

— Нет, не можешь. Готовятся три базовых проекта. Через неделю, не раньше я тебе смогу что-то показать. Ты нас сильно торопишь, Олег. Рискуем что-то упустить или серьезно накосячить при такой гонке. Ситуация вроде не критическая. Враг еще не у Павлограда стоит. — Черепанов слегка ухмыльнулся.

— Не могу объяснить. У меня такое чувство, как будто петля сжимается. Времени у нас осталось совсем мало. А если враг дойдет до Павлограда, в нашей сегодняшней деятельности уже не будет смысла. Я так чувствую.

Глава 17

Выставка вооружений

Перед отъездом в столицу я еще раз прокатился до нашего цеха в окрестностях Разумовского. На этот раз меня интересовал заказ, который Игнатовы привезли на склад. Хотелось лично потрогать руками новые игрушки.

На многозарядное, скорострельное оружие в Ожерелье был наложен негласный запрет. Но это не значит, что оно не было разработано. Немногочисленные «опытные партии» уже разошлись по рукам. Мне же при посредничестве Алекса удалось выпросить несколько экземпляров со склада. Хочу посмотреть, что это за игрушки. Помнится, теневые кланы вооружали подобными своих громил, несмотря на то, что официально скорострелки было не достать.

Уверен. Мне удастся пробить их использование для нужд экспедиции. В конце концов, вероятность, что мы вообще не вернемся отнюдь не нулевая. Риск, что от нас опасные игрушки утекут на сторону — минимальный. Но сначала стоит оценить, что это вообще такое.

Завод встретил меня шумом работающих станков, запахом дыма и дизеля, горячего масла и металлической стружки. Я уже начал привыкать к этому специфическому аромату. И он мне нравился. В этом запахе и шуме было нечто особенное. Примета века. Мое время пахло совершенно по-другому. Он пах терпкими благовониями, скотобойней, мускусом и корицей. Ладно, к зергу ностальгию и лишние воспоминания. Что у нас здесь?

На складе Алекс вскрыл опломбированный ящик с грозными маркировками клана. Оттуда было извлечено… короткое ружье. Снизу изогнутый магазин. Судя по стволу калибр пятый-шестой. Мелкашка.

Я взял оружие в руки, осмотрел. Нашел кнопку отсоединения магазина и отстегнул его. Небольшие патроны масляно поблескивали, расположившись в два ряда. Остроносые пули, покрытые каким-то лаком. Свинец, кажется.

— Это скорострельная ручная винтовка. — Сказал Алекс. — Тридцать патронов в магазине. Скорострельность — пятьсот выстрелов в минуту. Самая убойная на сегодня. Таких произвели всего четыреста. И они сразу попали под запрет Совета.

— Калибр мелковат. Для людей штучка. Не для тварей. Нам нужны пушки побольше! Есть что-то поубойней?

— Есть. — Алекс вскрыл другой ящик с более массивными габаритами, чем первый. Извлек ружье с крупным магазином.

— Вепрь. Первый калибр (для ружья соответствует нашему двенадцатому). Скорострельность 25–40 выстрелов в минуту. Патроны: картечь, зажигательные, пулевые. Магазин на двенадцать выстрелов. Есть на восемнадцать, но там иногда в магазине клинит патрон. — Дал он краткую характеристику оружию.

— Вот это наш размерчик! А я вот у одних мазуриков видел многозарядные такие винтовки. Они даже подлинней, чем это ружжо были.

— Карабины Симонова. Полуавтомат. Есть и такие. Секунду. — Он осмотрел маркировки на ящиках и, наконец, открыл один из самых длинных. — Вот.

Эта пушка была чем-то средним между скорострельной винтовкой и ружьем. Магазин на двадцать патронов. Калибр третий (примерно 9 мм). Скорострельность как у Вепря. Зато прицельная дальность втрое больше.

— Давай постреляем. — Предложил я. — Надо попробовать игрушки. Это все?

— Давай постреляем. А потом я тебе еще кое-что покажу. Сюрприз будет. Но это не ручное оружие. Только здесь тира же нет?

— Ребята оборудовали что-то вроде у задней стены цеха. Там тупик случайно никто не забредет. Стены бетонные. Нам хватит.

Что сказать. Вепрь лежал в руках уверенно. Бил убойно. Отдача приличная, особенно в режиме непрерывной стрельбы. Но ограненный, особенно физик справится легко. Идеальное оружие для штурмовика и ближнего боя. Минус только один. Прицельная дальность — тридцать — пятьдесят метров для пули. Нет, снайпер или исключительный стрелок может и на ста метрах подарок в мишень положить.

Карабин же… Против тварей его снаряжали специальными пулями с надрезанной свинцовой головкой. Но эта вещь для обороны стен скорее, чем для поля. В общем его я, с некоторым сожалением, отбраковал.

Зачем нам стрелковое оружие? А как же водители, механики, прочий персонал? Их всех нужно вооружить. Понятно, что боевое прикрытие будет сплошь в силовых доспехах и на легких мехах, которые показывают себя против тварей прекрасно. Но всю экспедицию в силовой доспех не обрядишь. Жирно слишком, да и навыки владения им нарабатываются не вдруг. Так что, как ни крути, легкая стрелковка нам нужна. Решающего значения она не окажет, но отбиться от одиночных тварей поможет.

Когда мы после стрельбы вернулись на склад, Игнатов с загадочным лицом подвел меня к двум здоровенным ящикам.

— Вот и сюрприз. — Сказал он с улыбкой. — Это совсем новье. Я после нашего с тобой разговора своему отделению приказал пошаманить. Наработки были, но это считай стволы из первой экспериментальной партии.

И он с видом фокусника, собирающегося достать из шляпы кота, открыл крышку.

Так. Что у нас здесь? Массивный корпус затворной группы. Ствол длиной в метр. Калибр? Мой мизинец войдет в дуло.

— Я такие штуки видел в «Военном обозрении Ожерелья». — Сказал немного разочарованно. — Это противомеховые ружья. Только там калибр был посолидней, кажется.