Подручный смерти - Наталья Солнцева

Ренат высунулся и прислушался, словно надеялся на повторение.

– Она никогда не кричит дважды, – прошептала Лариса. – Закрой окно, простудишься.

Он закрыл окно и повернулся к ней, прислонившись к подоконнику.

– Не нравится мне это! Боюсь, произошло убийство. Я вижу череп…

– Из розового камня? На шее Чемагина?

– В его руке…

– Череп – его талисман. Он достал эту штуковину из могилы… а потом взял себе фамилию покойника, которого ограбил.

– Это не было ограблением, – возразил Ренат. – Тут кроется что-то другое.

– Череп краденый, я чувствую! У Чемагина нечистая совесть.

– Он профессиональный убийца. О какой совести ты говоришь?

– Череп – ритуальный предмет, обладающий магической силой…

– Чемагин не имеет отношения к магии. Он человек другого склада.

– Как сказать! У киллеров – свои суеверия. Люди, которые сделали смерть своим ремеслом, должны как-то оберегаться от ее тлетворного влияния.

– Череп питается энергией смерти…

– Вот видишь? Какая-то связь существует. Человек, в могиле которого Чемагин взял талисман, умер в сорок девятом году. Вряд ли это была естественная смерть.

– Думаешь, его тоже застрелили?

– Скорее нет, чем да…

– Чемагин взял себе фамилию покойника. Что бы это значило?

Они обменивались репликами, прислушиваясь к звукам за окном. Во дворе было темно, луна равнодушно взирала с ночного неба на грешную землю. В конце улицы горел одинокий фонарь. Нигде ни души. Но это безлюдье было обманчиво.

– На пустыре еще один труп, – угрюмо констатировала Лариса. – Это женщина… молодая…

– Нетрудно догадаться. Добавь, что ее задушили шарфом, и не ошибешься. Все так же, как было.

– Не все… Ее задушили шарфом…

– А я о чем говорю? – нахмурился Ренат. – Маньяк почерка не меняет.

– Это не ее шарф!.. Вернее, шарф принадлежит другой женщине…

Лариса задумалась, сдвинув брови. Она «видела» лежащее навзничь тело и яркий вязаный шарф, который «излучал» чужую энергетику. До сих пор убийца пользовался шарфом жертвы, а на этот раз…

– Я поняла! У погибшей не было шарфа. Она просто не носит шарфы. Вернее, не носила.

– Откуда же взялся шарф, которым ее задушили?

– Похоже, убийца принес его с собой.

– Раньше не носил, а теперь принес?

– Получается, так, – огрызнулась Лариса. – У тебя есть лучшая версия?

– Череп путает все карты, наводит тень на плетень. Интересная штуковина!.. Череп! – взволнованно повторил он. – Значит, Чемагин в момент убийства находился на пустыре! Я мог бы сразу сообразить…

Он принялся ходить по комнате, заложив руки за спину.

– Тише, не топай, хозяйку разбудишь.

– Она не проснется, – отмахнулся Ренат. – Снотворное на ночь пьет. Большую дозу.

Ему в голову пришла дикая мысль. Чемагин и тот человек, который лежит на кладбище в Абакане, – одно и то же лицо? Как живой Чемагин отыскал мертвого? Впрочем, глупый вопрос. Место захоронения сохранилось в памяти. Записалось в подсознании! Вряд ли живой Чемагин понимал, что им движет. Найти свою могилу, увидеть свои кости… штука не для слабонервных. Но не истлевшие же останки влекли Чемагина в Абакан? Конечно, нет. Ему был нужен амулет.

– Череп принадлежит ему! – выпалил Ренат. – Значит… он взял свое. Он не грабитель.

Лариса поняла его логику.

– Запутанная история произошла в сорок девятом году, – кивнула она. – Талисман не давал Чемагину покоя, он и привел его на могилу. А как череп достался покойнику?

– Боюсь, этого живой Чемагин не знает. Даже не задумывается.

– Тогда ты подумай.

Ренат сел на диван и замер в позе мыслителя. В голову лезла всякая чепуха. Дождь, гроза… пихтовый лес… сползающая по склону земля… выстрел…

– Ну что? – спросила Лариса.

– Неужели мы на сейф с деньгами позарились? Не могу поверить.

– Почему же? Жадность взыграла, обычное дело. Решили денежки присвоить, а потом не поделили. Поубивали друг друга.

– За кого ты меня принимаешь? – насупился Ренат.

В груди заныло, к горлу подкатил кашель. Прокашлявшись, он упрямо мотнул головой.

– Не могли мы с деньгами в горы рвануть! Где их там тратить? У медведей мед покупать?

– Не тратить, а спрятать.

– Мы ничего не прятали… не помню…

Лариса долго смотрела на него, потом сказала со вздохом:

– Это прошлое. Было, да быльем поросло. Ты лучше подумай, зачем Чемагину душить незнакомых женщин?

– Наемные убийцы не бывают маньяками! Им и так хватает «впечатлений».

– Что он тогда делает на пустыре?

– Гуляет, наверное. Адреналин, как наркотик: постоянно нужна доза…

Вольский перехватил Маришу по дороге в поликлинику. Она была неприятно удивлена.

– Опять вы?

– Работа такая. А вы, гляжу, налегке сегодня. Без шапки, без шарфика. Не боитесь замерзнуть?

Девушка хмуро покосилась на него и пожала плечами. Не признаваться же, что она вымыла и уложила волосы, дабы понравиться доктору Бортникову? Под шапкой прическа потеряет вид.

– Красивый у вас шарфик! – наседал детектив. – Я обратил внимание, когда беседовал с вами в ординаторской. Там было тепло, а вы зябли, кутались в шарф. Красный с зеленым узором. Сами вязали?

– Мама, – через силу улыбнулась Мариша. – Она у меня рукодельница.

– Я бы себе такой шарф заказал, – оживился Вольский. – Только другого цвета. Кстати, а где ваш?

– Потеряла…

– Ой-ей-ей! Жалость-то какая!

– Ничего, мама новый свяжет.

Поведение сыщика, его взгляд, тон, слова, выражение лица – все казалось притворным. Девушка прибавила шагу, Вольский не отставал.

– Может, вместе поищем? – предложил он. – Где вы могли потерять свой шарфик? Я готов оказать содействие.

– Вы что, издеваетесь надо мной?!

Мариша, неискушенная в словесных баталиях, поддалась на его провокацию. Она вышла из себя и не сумела этого скрыть. У нее перехватило дыхание и быстро забилось сердце. Упоминание о шарфике вернуло ее на пустырь, куда они с Кириллом забрели и услышали «чертов голос» буквально в нескольких шагах.

Вольский истолковал ее волнение по-своему. Он бесцеремонно взял ее под руку и тихо проговорил:

– Вашим шарфиком мог воспользоваться преступник. Маньяк-убийца! А вы попадете под подозрение. Где вы провели нынешнюю ночь?

Девушка опешила от его натиска, растерялась.

– Д-дома…

– Вы спали в своей комнате, и этот факт некому подтвердить. Вы живете с матерью?

– Да…

– Боюсь, ночью она крепко спала. А вы были вольны делать все, что угодно. Например, вылезти в окно и отправиться на поиски жертвы… а потом вернуться обратно и улечься в постель. Утром вы с матерью позавтракали, как ни в чем не бывало…

Мариша дернулась, но детектив сильно сжал ее руку и не дал вырваться.

– Куда вы, детка? Я еще не закончил!

– Пустите… мне больно…

– Бедняжке, которая лежит холодная и бездыханная в морге, тоже было больно. Она не хотела умирать!.. Она молода и хороша собой. У нее был мужчина, с которым она могла быть счастлива…

– Пустите! – сдавленно выкрикнула девушка.

– Пустить? Вы хотите, чтобы я передал вас в руки полиции? Они только и ждут, на кого бы повесить все три убийства. Подтасуют факты, подбросят улики, найдут свидетелей и отправят вас за решетку! Разве вы не в курсе, как действует провинциальное правосудие?

– Нет!.. Нет… – Мариша вдруг перестала вырываться и застыла, пораженная. – Три?.. Вы сказали… три?

– Я ничего не путаю. Третье убийство произошло этой ночью. Я только что побывал на месте преступления… Кстати, откуда у вас царапина на руке?

– Не ваше дело… Я не обязана отчитываться!

– Хм! Царапина свежая, не успела затянуться. Это наводит на размышления…

Детектив умолчал, что после его анонимного звонка засуетились местные оперативники, а утром один из них, с которым они негласно сотрудничали, сообщил ему об очередной страшной находке на пустыре.

– Что вам нужно? – вспыхнула девушка. – Чего вы добиваетесь?

– Если у жертвы под ногтями обнаружат частички вашей кожи, вам не поздоровится…

Разумеется, Вольский умолчал о своей засаде в руинах и не признался, что первым осматривал труп. Шарф на шее погибшей он не трогал. Пока следствие установит, кому принадлежало «орудие убийства», детектив решил первым выудить у Мариши ценную информацию, разоблачить преступника и получить обещанный Авиловым гонорар…

Глава 38

Лариса одобрила компьютерный образ, созданный Ренатом. Сгодится для аватара. Зачем придумывать новое, если уже есть эскиз?

– Эта женщина в татуировках, кто она?

– Не знаю. Ее окутывает туман, она прячется от чужих глаз…

– Полагаю, твои глаза не совсем чужие!

– Брось, – усмехнулся он. – Ты ревнуешь?

Лариса проигнорировала вопрос. Ревность не то чувство, на которое стоит тратить время и силы.

– Она жива? Где ты с ней встречался?

– В том-то и дело, что не встречался. Хотя… она кажется мне знакомой. Убей, не помню, что с ней связано.