Круг Раскрывается: Уличная Магия - Тэмра Пирс

Глава 10

Как только они остались наедине, Браяр набросился на Эвви.

‑ Ты спятила? ‑ поинтересовался он. ‑ Ты же не глупая, так почему же я видел, как ты шагала по Золотому Дому с двумя Гадюками? Ты что, забыла, что они пытались тебя похитить?

‑ Но это же не Гадюки, ‑ возразила Эвви. ‑ Это были Май и Дуна из Верблюжьих Потрохов.

‑ Уже нет, ‑ сказал Браяр. ‑ Они теперь Гадюки.

‑ Май и Дуна такие же, какими были и раньше, ‑ лицо Эвви приняло такое же упрямое выражение, как и у него. ‑ И вообще, какая разница? Ты разговаривал с их такамери.

‑ Их такамери? ‑ Браяр сбился с толку — нормальное состояние при разговоре с ней. ‑ Ты о чём?

Эвви покачала головой, опечаленная его невежеством

‑ Их такамери. Богатая женщина, которая даёт им оружие и вещи. Это была она, которая купила твоё дерево.

Браяр посмотрел на узоры лоз под кожей его левой руки, проводя по одному из стеблей пальцем правой, раздумывая. Леди Зэнадия была той женщиной, которая купила Гадюкам их дубинки?

Она пыталась нанять Эвви, вспомнил он. Может быть, Гадюки всё ещё хотят заполучить Эвви, не смотря на то, что он сказал вчера девушке, что никогда не позволит Эвви к ним присоединиться. Может быть они — или их богатая спонсорша — решили попробовать добраться до неё иными путями. Так ли плохо, если Леди Зэнадия хотела дать ей обучение? Женщина, облечённая деньгами и властью, сможешь защитить Эвви, если Джебилу Стоунслайсер начнёт плохо с ней обращаться.

Нет. Если Гадюки не знали, как должны себя вести правильные банды, то Денежная Сумка, которая их спонсировала, знала ещё меньше. Он не мог забыть чувство того, будто она пыталась купить Эвви для своего дома, как она только что купила миниатюрную лиственницу.

Но она может дать Эвви столько вещей, которые ему не под силу — если только можно доверить ей обращаться с Эвви как с человеком.

‑ Хочешь жить с ней? ‑ с любопытством спросил он. ‑ Будешь хорошо есть, получишь надлежащее образование, если будешь жить с такой, как она.

Их прервали шестеро задыхающихся рабов, нёсших паланкин по проходу, остановились перед лавкой Браяра. Паланкин был изысканным, каждый дюйм деревянной поверхности был покрыт прекрасной резьбой. Занавеси были из парчи, подушки — из шёлка. Пока носильщики ждали, напрягая мышцы, из паланкина спустился Джебилу Стоунслайсер. На этот раз каменный маг был одет в коричневый атлас и длинный плащ с высоким воротом, со всех краёв украшенный золотой вышивкой. Манжеты белой батистовой рубахи выглядывали из рукавов плаща. На ногах у него были чёрные атласные штаны и усыпанные самоцветами туфли с длинными носками. Все эти цвета в совокупности придавали ему ещё более болезненный вид. Носильщики, избавившись от ноши, сползли на пол вместе с паланкином.

Джебилу бросил на Браяра гневный взгляд.

‑ Ну? ‑ потребовал он. ‑ Где она?

Эвви спряталась у Браяра за спиной. Чувствуя себя как предатель, он ступил в сторону.

‑ Эвви, это Мастер — Па́хан — Джебилу Стоунслайсер. Единственный обученный каменный маг в Чаммуре, по стечению обстоятельств, ‑ он вызывающе посмотрел на мага — мол, пусть он признает, что выгнал остальных каменных магов.

Стоунслайсер даже не смотрел на него, но на Эвви.

‑ Подойди, девочка, ‑ приказал он.

Пошарив в кошеле на поясе, он вынул круглый кусок обсидиана. Он поднял его на своей ладони. Эвви попятилась.

‑ Мне нужно увидеть, правда ли ты одарена, и насколько простираются твои таланты, ‑ холодно сказал он. ‑ Я не могу полагаться на свидетельства двух зелёных магов в том, что касается твоей силы, ‑ от взгляда, которым он одарил Браяра, могло бы свернуться молоко.

Браяр вновь сцепил руки за спиной. Он с чрезвычайным расстройством осознал, что не хотел отдавать Эвви этому человеку. Джебилу не знал, кем Эвви была и через что прошла. Если у него и была более мягкая сторона, Браяр пока её не узрел. Хотя ни один из наставников его самого или девочек ни разу не поднимал на них руку — вопреки угрозам Розторн, — Браяр знал, что некоторые наставники считали, что тумаки помогали усвоить уроки. Мог ли он довериться Джебилу, что тот не навредит Эвви — морально или физически?

«Если он её поколотит, я его убью», ‑ пообещал себе Браяр, пытаясь не вспоминать о том, что он к тому времени скорее всего покинет город. И настоящий каменный маг просто должен оказаться лучшим учителем, чем юный зелёный маг. Так ведь?

Джебилу прижал обсидиановый круг ко лбу Эвви. Какое-то время ничего не происходило: затем камень вспыхнул белым светом. Свечение было таким же мощным, как то, которое испускала Эвви вчера.

Джебилу что-то пробормотал, и свет угас. Он запихнул круг в кошель и вытащил кусок прозрачного хрусталя в форме яйца.

‑ Наполни его светом, ‑ приказал он, протягивая камень Эвви.

Она не сказала «Ох, это» — она просто коснулась его пальцем. В глубине хрусталя появилось зерно света, начавшее расти, пока весь камень не начал испускать устойчивый свет.

Джебилу сомкнул ладонь вокруг хрусталя. К тому времени, как он вернул его в свой поясной кошель, камень снова стал тёмным. Он протянул ей маленький коричнево-золотой шарик с чёрными отметинами.

‑ Наполни его теплом, ‑ приказал он.

Эвви взяла шарик, затем вернула обратно.

‑ Это не настоящий камень, ‑ возразила она. ‑ Он твёрдый, но не камень.

Джебилу фыркнул.

‑ Окаменелое дерево, ‑ проворчал он.

‑ Можно мне взглянуть? ‑ спросил Браяр.

Уголь, как он знал, состоял из растений, но он и не представлял, что можно превратить дерево в камень.

Джебилу хмуро поглядел на него.

‑ Это — тонкий магический инструмент, Па́хан Мосс, ‑ огрызнулся он. ‑ Не какая-то там игрушка для любопытствующих.

Браяр прикусил внутреннюю сторону щеки. Он начал считать про себя до пятидесяти на имперском, чтобы не дать себе сказать магу засунуть шарик кое-какое неудобное место.

Джебилу вернул окаменелую древесину в кошель и вытащил грязно-белый камень.

‑ Используй это. Как тебя зовут?

‑ Эвумэймэй, ‑ ответила девочка, принимая из его рук камень. ‑ Эвумэймэй Дингзай, из Янджинга, ‑ она повертела камень в руках. ‑ В нём есть трещины. Он у меня может сломаться.

‑ Никто не способен сломать алмазные камни, Эвумэймэй Дингзай из Янджинга, ‑ в устах Джебилу её имя прозвучало как оскорбление. ‑ Нагрей его. Па́хан Мосс сказал, что ты это можешь.

Эвви вздохнула и закрыла глаза. Браяр увидел бледное свечение её магии, возникшее в центре её лба и плотным потоком метнувшееся в камень. Она упражнялась прошлым вечером, догадался он. Она вернулась домой и упражнялась, и дела пошли в гору. И она всё ещё была жива, значит она сумела удержать свою силу под контролем. Он ощутил, как его грудь наполнило абсурдное чувство гордости.