Полюби лучшее в себе и худшее в других. Книга прощения, принятия и обретения спокойствия - Роберт Турман

осознанность. Когда мы осознаем свои негативные эмоции, мы можем восстановить равновесие, если увидим свои переживания в более широком контексте человеческой борьбы. Осознанность означает готовность наблюдать чувства и мысли такими, какие они есть, не пытаясь их изменить, отрицать или игнорировать. Как объясняет Нефф на своем сайте, «мы не можем игнорировать свою боль и одновременно сострадать ей».

Самосострадание учит нас тому, что, когда мы совершаем ошибки, у нас есть выбор, как относиться к себе после этого. Станем ли мы осуждать и обвинять себя, полностью отождествляя себя с ошибкой? («Какой же я дурак, раз совершил такую глупость!») Или мы можем использовать страдания как яркое напоминание о человеческой слабости? («Я думал, что получу то, чего хотел, но я ошибался. Если бы я только знал раньше!») Разница очевидна. Осуждение монолитно и близоруко. Сострадание – сложная и обширная развивающаяся часть живой системы. Оно учитывает реальность, в которой мы существуем в условиях ограниченности информации и собственного несовершенства практически в каждый момент времени.

Люди, которых мы называем героями, претерпевшие большие страдания, лишения или опасности ради спасения других, часто описывают экстаз, который они испытывают после того, как спасли кого-то. Подобные действия, направленные на спасение чужой жизни, оказываются сильнее страха. Конечно, проявлять самоотверженность не всегда безопасно. Можно утонуть самому, пытаясь спасти человека, если не обладаешь достаточными навыками. Мудрее приходить к самоотверженности постепенно. Но если можешь достичь такого состояния, когда тебе ничего не страшно, когда ты готов встретить любую опасность и броситься ей навстречу с полной самоотдачей, то и в менее драматичных ситуациях испытаешь подобные чувства. Нас всегда манит место назначения – великий океан блаженства просветления. А настоящей свободой мы можем наслаждаться только тогда, когда делимся ею с другими. Но какая может быть свобода, если мы отгородились от своих собратьев? Это было бы равносильно заключению в одиночную камеру.

Сострадание прежде всего реалистично. Альтруизм – это не какой-то невозможный идеал. Он возникает в результате прямого столкновения с истиной о нашей взаимосвязанности. Поэтому он расширяет наш взгляд на жизнь, заставляя нас увидеть, что боль других людей так же важна, как и наша собственная. Можно даже утверждать, что, поскольку других гораздо больше, значит, они важнее меня.

Почему бы мне не отождествлять себя с телами, жизнями и умами других людей, как если бы они были моими собственными? Именно это мы и должны делать, чтобы развить в себе более сострадательное отношение. Легко понять, насколько вредно погрязнуть в привычке оценивать себя. Зацикливаясь на себе, я упускаю очень многое: я не понимаю, чего хотят другие и что они чувствуют; я чувствую себя одиноким и обделенным вниманием. Когда я замкнут в своем собственном пузыре себялюбия, со мной может произойти очень мало хорошего. Но если я перейду к более космической перспективе и осознаю свои недостатки, то увижу, что их причина кроется в моих действиях, а не только в генах, и пойму, что привычка к самозацикленности всегда причиняла мне страдания. Когда я глубоко осознаю это, передо мной откроется целый мир.

И как же меняется мир, когда я постепенно, шаг за шагом, переключаю свое внимание на других людей, их желания и потребности. Я вижу, насколько отчужденными и безнадежными чувствуют себя многие из них, и начинаю заниматься тем, что пытаюсь достучаться до них, чтобы прорвать пузырь их зацикленности на себе и дать им возможность почувствовать связь со мной.

Когда другие чувствуют мое внимание, мою заботу о них, они реагируют по-разному. Кто-то радостно удивлен, кто-то испуган, кто-то подозрителен, а кто-то воспринимает меня с опаской. По мере того как я лопаю все больше пузырьков озабоченности собой, я осознаю, насколько сложно наладить связь с другими людьми. Нужно обладать большим мастерством, чтобы правильно установить контакт, и своего рода ясновидением, чтобы предугадать, как они воспримут мою заботу, мою речь, язык тела.

Чтобы научиться состраданию, необходим целый образовательный процесс. Первый шаг – выработка искренней мотивации, основанной на ощущении нашей бесконечной связи со всеми, Когда мы приступаем к этому процессу обучения, мы просто вырабатываем привычку, Чем больше мы сосредотачиваемся на других, тем более расширенным становится наше ощущение себя, тем более радостными и возвышенными мы себя чувствуем. Мы перестаем ждать, что другие будут суетиться вокруг нас или вознаграждать нас за внимание. Озабоченность судьбой других становится обыденностью, И как при уходе за ребенком мы внимательно следим за каждым его движением, чтобы он не навредил себе, так и внимательное отношение к другим направлено на то, чтобы они не причинили себе вред.

Чем больше мы сосредотачиваемся на других, тем более расширенным становится наше ощущение себя, тем более радостными и возвышенными мы себя чувствуем.

Поскольку при общении с другими людьми нас многое отвлекает, поначалу бывает трудно уделять им столь пристальное внимание. Поэтому обучение альтруизму требует от нас выполнения различных созерцательных упражнений, которые помогают нам стать более чувствительными к другим людям, чтобы лучше отождествлять себя с ними и глубже понимать, что им нужно и чего они хотят,

Ставим себя на место другого

Постепенно, шаг за шагом, мы можем экспериментировать с ощущением того, каково это – поставить себя на место другого человека, стараясь не показывать ему, что мы делаем, чтобы он не счел наше внимание навязчивым. Как удивительно и волнующе «быть» другим человеком, пусть даже со стороны, представлять себя им так, чтобы ощущать его восприятие как свое собственное. Подобная проекция помогает нам увидеть точку зрения других людей, независимо от того, согласны мы с ней или нет. Можно расширить эксперимент и представить себя сразу несколькими людьми, возможно, спокойно наблюдая со стороны за взаимодействием двух людей и представляя, что чувствует сначала один, а затем другой, как они подстраиваются друг под друга.

Именно так воспринимали мир великие бодхисаттвы из буддийских легенд: их сознание было настолько открыто для связи с другими, что они могли чувствовать себя живущими в каждом существе. Для нас эта бесконечная осознанность проявляется в том, что мы делаем, чтобы с любовью и состраданием понять других людей и направить их к осознанию собственной свободы и счастья, а не к тому, что они привычно воспринимают как ограничение и страдание.

Бодхисаттва Авалокитешвара, который, как считается, воплотился в нынешнего Далай-ламу, олицетворяет безграничный альтруизм просветленных существ. Считается, что Авалокитешвара дал торжественный обет, что каждый, кто просто услышит его имя, начнет чувствовать, что и он может обрести свободу и счастье. Став монахом, Шантидэва выбрал себе имя дхармы, которое