Близкие враги - Владимир Михайлович Мясоедов

такие, что им грош цена и замену найти дело нехитрое. А вот земли мы не вывезем, производство алхимических полуфабрикатов от мест заготовки сырья не переместим, целый город не переселим, крепость в кармане не утащим....И все это не бросим. Не бросим ведь, правда?

— Дык...Ну...Да, — вынужденно признал Святослав. — Оно конечно того...Можем итъ мы...Теоретически сугубо ежели...Но, стал быть, на практике...

— Потеряем столько, словно проиграли кому-то войну, в результате чего одновременно вынуждены и отстраивать разрушенное, и выплачивать репарации. — Олег скривился как от зубной боли, но логику Стефана оспорить ему было нечем. — В общем, никуда уже из-под руки Саввы не денемся. Видимо поэтому он и решил, что в политике кнута и пряника по особому случаю без пряника вполне можно обойтись, тем более, раз уж в карманах остались лишь дырки от бубликов. Прямое давление нарушило бы обещания древнего волхва, который лишь недавно обещал мне едва ли не режим наибольшего благоприятствования...А слово свое он старается держать...Но вот зайти с другой стороны, надавив через Святослава и тем нарушив дух наших договоров, но не их букву, ему при удобном случае совесть ни капельки не помешала.

— Ой, а можно войти? — Входная дверь едва заметно скрипнула и в помещение попыталась прошмыгнуть невысокая темноволосая девушка с большими и словно бы подсвеченными изнутри белым светом белыми глазами в прозрачном пеньюаре на босу грудь четвертого размера...Но наткнувшись на удивленно-заинтересованные взгляды сразу троих мужчин замерла, мило запунцовела щечками, сделала шаг назад и словно бы невзначай оперлась о косяк таким образом, чтобы продемонстрировать себя в самом лучшем ракурсе. — А я ммм...Не вовремя, да? Или напротив... Как раз вовремя, да?

— Это...Это что?! — Олег ощутил, что его самоконтроль при виде сменившей позу красотки вот-вот помашет своему хозяину на прощание ручкой и учитывая, что последний раз он так волновался когда архимагистр грозил его другу формальным судом и неизбежной смертью на алтаре, это о многом говорило. Нет, если бы до него пришли домогаться, чародей бы не расстроился и не испугался, вежливо, но непреклонно выпроводив бы гостью восвояси несмотря на размолвку с женой и любовнице. Искательница острых ощущений, решившая одним махом совратить сразу весь командный состав «Тигрицы» удостоилась бы того же отношения, только еще более аккуратного, ибо опытный боевой маг не взялся бы предсказывать, в какой момент и каким образом способна рвануть подобная секс-бомба. Если бы произошла ошибка и навестить намеревались того офицера, которого капитан судна вынужденно подвинул с занимаемой жилплощади, они бы вдвоем еще и посмялись над инцидентом на прощание, в конце-концов, в личную жизнь подчиненных Олег не вмешивался. Вот только имелся во всем происходящим маленький такой нюанс, размером примерно с архимагистра раздувшегося до максимальных своих габаритов. Эту женщину в команду эрзац-крейсера никто не зачислял, но зато она точно входила в список случайных пассажиров летательного аппарата, которые к настоящему уже должны были осваиваться в России. — Откуда?! Почему не весь ханский гарем ушел через портал?!

— Гм, Олег, тут такое дело...- Неуверенный тон Стефана, смущенное лицо и отведенный в сторону взгляд зародили в душе чародея страшные подозрения...Которые уже в следующую секунду благодаря пророческому дару переросли в абсолютную уверенность, что на борту судна дела обстоят даже хуже, чем он предполагал. — Гарем вообще-то остался у нас. В полном составе...Они сразу же поняли, что мы их к Савве в гости отправить пытаемся, а после быстренько забаррикадировались и не хотели выходить, а когда сняли дверь и по одной стали вытаскивать, цеплялись ногтями за доски до выдираемых ногтей, вопили словно их режут, двое вскрыли себе горло одними и теми же ножницами, одна в глаз непонятно где свистнутый гвоздь загнала по самую шляпку, еле-еле её целители откачали...А ты разве этот цирк не слышал?

— Слышал, — пожал плечами чародей, который в тот момент вроде бы инспектировал нижний трюм и его главного обитателя, но какой-то шум уловил несмотря на расстояние и толстые палубные переборки. — Но думал, это спасенные дети и прочие гражданские пылающего портала испугались...

— Короче, пока провозились, архимагистр портал-то уже и закрыл... — Развел руками Стефан, старательно не встречаясь взглядом со своим другом и тем заставляя заподозрить, что в данной истории были и какие-то иные важные вехи, рассказывать о которых сибирский татарин даже друзьям не собирался. — Оно само так получилось...Нечаянно...Честно!

Интерлюдия. Притон.

Интерлюдия. Притон.

Капитан корабля стремительной походкой двигался по коридорам своего судна, иногда замирая на развилках узких коридоров, ведущих вниз, вверх или в стороны. Не то, чтобы он плохо знал собственное судно и мог бы внутри него заблудиться, вовсе нет! Просто ему требовалось как можно скорее попасть в одно конкретное место, но вот в какое именно — он пока не знал, хотя и чувствовал, что находится на верном пути. Частично за ощущения чародея отвечала его интуиция, давно уже развившаяся в дар оракула, частично острое обоняние, улавливающее нотки фруктов и цветов среди запахов пыли, гари, пота, железа и пороха. Блуждание боевого мага продолжались до тех пор, пока он не спустился в самую нижнюю часть принадлежащего ему корабля, где ходить приходилось буквально вдоль стеночки, ведь большую часть объема помещения занимала исполинская драконья туша. Исполинский ящер, покрытый избитой и оплавленной черной броней от стреловидного навершия на хвосте до кончиков крыльев, лежал абсолютно неподвижно и даже при большом желании пошевелиться бы не сумел — не могло у него возникнуть такого желания, ибо ни единой головы не было прицеплено к обрубкам всех трех имеющихся шей. Правда, к двум крепились самодельные приборы искусственной вентиляции легких, напоминающие большие кузнечные меха, однако заставить дальнего родственника Змея Горыныча пошевелиться не сумели бы ни они, ни контролирующий работу этих медицинских приборов техномаг первого ранга, при виде начальства вскочивший со стула, на котором молодой еще парень старательно пытался не уснуть.

— Вольно, — бросил чародей, своему подчиненному, что уставным жестом приложил руку к голове, на которой даже сейчас красовался шлем, решив не напоминать заспанному парню о необязательности подобных знаков в вольном отряде. А после внимательно присмотрелся к броне монстра, что была покрыта глубокими кавернами. В глубине большинства из них виднелся либо слой успевшего нарасти металла, либо блестящая чешуя, но несколько расположенных на крыльях глубоких каверн открывали вид на не успевшую до конца восстановиться розовую плоть или даже белеющие кости. Удар, принятый драконом на грудь, был предназначен для того, чтобы сшибать с неба парящие линкоры,