Совсем не герой - Антон Хохлов

А впереди во всей своей сомнительной красе раскинулся город Трупов. Действительно, очень большой, с высотными домами о трех, а то и четырех этажах. Широкие улочки, статуи на перекрестках. В центре города рядом с весьма оригинальным домом губернатора (по форме он очень напоминал гроб) – огромный фонтан. Но все запущено, заброшено, забыто. Стены домов покрылись пылью, грязью и копотью. Витражи в витринах выбиты. Почти у каждой статуи не хватает какой-нибудь части – руки, ноги или головы. Фонтан без воды, а на улицах кучи хлама. Однако город не выглядел как более сотни лет простоявший без внимания. Здания грязные, но выглядят устойчивыми, и лишь некоторые ощерились дырами в стенах и разбитыми крышами.

Все это мы могли прекрасно рассмотреть со своей горушки, на которую и вывел нас ход из сто пятьдесят первого туннеля. А внизу, почти у стен города Трупов, раскинулся другой город. Палаточный. Военный лагерь, не иначе. Тут и там по нему сновали орки и гоблины. По краям его обитали тролли, а вокруг патрулями вышагивали небольшие отряды беленьких скелетиков. Похоже, что именно сюда и стягиваются силы нечисти для решающего удара по Синзалу.

– Там держат ваших друзей? – вопросил Эдмунд.

– Да, скорее всего, именно там, – не спеша ответил я, всматриваясь повнимательнее. – Слушай, а у тебя бинокля нет, чтоб все это поближе рассмотреть?

– Бинокля? Нет, бинокля нет, – поник парень. – Зато есть увеличительная труба! Подойдет?

«Ужас» порылся в сумке на плече и выудил на свет приличную трубу, как выяснилось, не менее чем двенадцатикратную. Я припал к окуляру и долго всматривался. Скорее всего, мою буйную команду держат вон в той, самой большой палатке. Недаром же у входа дежурят десять рослых орков в вороненых латах. Но это может быть и палатка местного генерала, хотя вряд ли. Начальничек наверняка проживает во-он в той палатке. Она поменьше, однако всячески украшена-разукрашена, и даже флаг развевается...

– Когда будем нападать? – поинтересовался парень, преданно глядя мне в глаза.

Я отлип от трубы. Внимательно на него посмотрел:

– Ты что, серьезно? Решил ворваться в лагерь с диким криком команчей, размахивая самодельным томагавком?

– Ну... – стушевался Эдмунд. – Вообще-то... Я... Это...

– Эх ты, салага, – незлобно сказал я. – Мы ж не берсерки и не крутые рейнджеры из боевиков, чтоб все трупами заваливать. Скорее уж нас самих... того... завалят. А будем мы как ниндзя, воины-тени. Проберемся тихонько, охрану дубиночкой по загривкам огреем, а там уж... по ситуации.

– Ага. Угу. Понятно, – только и успевал кивать мой попутчик.

– Только надо ночи дождаться. Мимо патрулей проберемся...

– Не проберемся, – перебил Эдмунд. – Нежить за версту живых чует.

– Да? Проблема... У тебя, случайно, святой воды в котомке не завалялось? – В тот миг я сильно пожалел об утрате «ША».

– Не завалялось, – хитро ответил парень. – Зато вот что есть...

Пред мои ясны очи предстал массивный приборчик, очень напоминающий магнитофон.

– А это еще что за бандура? Почему ты мне ее раньше не показывал?!

– Забыл, – развел плечами «ужас» (по его невинным глазам я понял, что он еще много чего «забыл»). – Положил уже под конец, в спешке. А делать она умеет много. Я тут, на досуге, исследовал чувствительность оживших мертвецов и определил, что вибрации, испускаемые кармой живого существа, улавливаются поднервной системой мертвяков, так как она является раздражителем структуры неживого сознания и...

– Короче!

– Короче, эта штучка испускает любые вибрации. На выбор. – Сказав это, парень примолк и так же хитро на меня посмотрел.

– Ага, – прозрел я. – Значит, прикрывшись этим излучателем, мы сможем сойти за зомбиков и спокойно пройдем мимо кордонов... Гениально!

– Спасибо, – потупился паренек.

– А как долго она может работать?

– Примерно минут двадцать. Мы же управимся за это время?

– Обязательно, – почти без сарказма заверил его я. Зачем огорчать бедняжку? Авторитет командира надо поддерживать, так что пусть паренек верит в мою уверенность и непобедимость. Тем более что я сам в нее почти верю.

Однако, забегая вперед, скажу, что мы не управились. Сперва все шло прямо-таки отлично. Машинка, уж не знаю от каких батареек она работала, успешно включилась, и мы благополучно прошли мимо пятерых полуистлевших мертвяков в кожаных доспехах. Тошнотворное, доложу вам, зрелище. Кожа синяя, местами облезла и являет миру мясо с гнильцой. Взгляд у всех бессмысленный, а у одного глаза и вовсе вылезли из орбит. Причем в прямом смысле этого слова. А уж запа-ах... Даже если бы какой-нибудь умалишенный расплескал на эти ходячие трупы пару бочек лучшего парфюма, его запах не побил бы вонь разлагающейся плоти. А ведь в Трупном городе все такие. Брр...

Короче говоря, мы их проскочили, дрожа, как зайцы, и стараясь поменьше дышать, однако, когда очередь дошла до беленьких аккуратненьких скелетиков, машинка забарахлила, а потом и совсем отрубилась. Скелетики мигом оживились, задвигали черепами и очень скоро устремили пустые глазницы в нашу сторону. А Эдмунд все возился со своим излучателем, шепча ругательства.

– Эй, студент, – тоже шепотом обратился я к нему. – Что с ней?

– Умерла, – обреченно произнес парень и выронил машинку на щебенку.

– Угу. И очень скоро мы к ней присоединимся, если не поторопимся...

Ходячие кости уже вовсю шагали к нам, вынимая из заржавевших ножен очень даже смазанные и острые мечи. Слава богу, хоть «караул» не кричали, а то б кирдык – набежали бы орки всей толпой и завалили бы нас общими усилиями. А так вроде не бегут.

Я уже научился быстро реагировать. Вот и сейчас за довольно короткий срок умудрился осознать сложившуюся ситуацию, схватить Эдмунда за руку и потащиться с ним подальше от лагеря, на ходу доставая «подрезчик травы».

Но скелеты нас догнали. Не сразу, а метров через пятьдесят. Эдмунд все еще находился в заступоренном состоянии, поэтому я отпихнул его в тылы и включил «подрезчик».

Пропустил я первый же выпад. Впереди идущий скелет – командир, видать, – не зря единственный из пятерки носил шлем и кольчугу (хотя зачем они ему?) – оказался отличным фехтовальщиком. Легко отстранившись от удара моей машинки, он попытался проткнуть меня мечом. И проткнул бы, однако чудо-кольчуга Эдмунда не подвела. Вместо полноценного удара в живот я почувствовал легонький укол, а скелета унесло назад. Собственный меч, как ракета, пробил несчастного насквозь, разбросав предводителя в радиусе десятка метров. Но четверо его подручных в панику не впали и пошли воевать. Идиоты. Это на сред нестатического средневекового жителя они могли произвести гнетущее впечатление, а на меня, человека, закаленного просмотром не одного десятка ужастиков... Нет, поначалу-то они немного пугали, но в момент схватки я не боялся совершенно. Пришел, что называется, боевой азарт – я уверовал в собственную неуязвимость, в такой кольчужке-то. Поэтому и бросился на врагов, нехорошо ухмыляясь и помахивая над головой жужжащим «подрезчиком». Несмотря на маленькие размеры, тот работал просто великолепно, и маленькие сдвоенные пилы без проблем снесли ближайший скалящийся череп. Потом кто-то попытался подло ударить меня в спину и повторил судьбу своего военачальника.

В общем, замогильных воинов я покромсал без излишнего напряжения и даже немного разочаровался, когда вокруг валялись лишь безжизненные кости. Как приятно побеждать!

Тут и мой новый попутчик от шока отошел. Покраснел весь, заикаться начал и со слезами на глазах стал просить у меня прошения за то, что не вмешался в, цитирую, «страшную битву с ордами нежити, где вы проявили себя истинным героем, а я – подлым трусом». Я парня сразу же простил и сказал, что его поведение – норма после двух долгих лет заточения, вдали от общества. Лицо Эдмунда вновь озарилось улыбкой, и он спросил, что же мы будем делать дальше. Я задумался.

А правда, что? В лагерь не попасть, а надо, так как там мои друзья, которым угрожает опасность. Как в таких случаях поступали настоящие герои? Врывались и крошили в капусту врагов, орошая землю кровью и спасая всех подряд. Нет, это не пойдет. Что там еще? Пробовали пробраться хитростью? Пробовали только что. А договориться со стражей не удастся – денег нет. Так-так... Чуда ждали? Да нет, не ждали – чудо всегда само приходит. Может, и ко мне придет? Ага, держи карман шире – прибежит...

Безысходность и неопределенность угнетали самым жутким образом. На Силу надеяться не стоит – в битве со скелетами она, как выяснилось, не пришла. Хотя если очень захотеть, как тогда, в тюрьме... Нет, не пойдет. Здесь и орки, и тролли, и нежить – завалят числом. Так что?

Решение пришло неожиданно, когда вспомнился ассортимент хитрых изобретений Эдмунда.

– Слушай, «ужас», – обратился я к парню, который в это время ходил вокруг останков скелетов и в задумчивости их разглядывал. – Помнится, была у тебя в коллекции такая машинка, которая делала копии с различных предметов.