Фаэтон: Планета аномалий 3 - Вячеслав Иванович Соколов

левая… Ну, попытался он схватить пистолет, чтобы выстрелить в меня, такого хорошего, но, увы. Как говорится, не фартануло, не повезло. Дёрнул я за верёвочку, которая была привязана к его шее, как только башку дурную не оторвал!

Сил нет, одни слюни. До чего же он тупой! Реально, может, действительно проще прибить, чтобы не мучился? А теперь у него две сломанных руки, кому от этого легче, не понимаю.

Вот только прошу, не задавайте мне глупых вопросов, почему у него вторая рука оказалась сломана. Заслужил!

Хотя, если честно, даже в некоторой степени восхищаюсь этим мужиком. Люди после такой обработки, которую я ему обеспечил, ещё пока он был привязан, ломаются. А этот, смотри-ка, то пристрелить меня пытается, то ещё раз пристрелить. А нет, что-то всё восхищение прошло. Это не мужественный характер, это тупость.

— Больно тебе, девица? Больно тебе, красная? — с наглой усмешкой смотрю ему в лицо.

— Я не девица, — огрызается.

— Ещё пара таких выходок, и станешь.

Ловким движением выхватываю нож, лезвие щелчком выскакивает наружу, и я подношу острую, как бритва, сталь к его колокольчикам, которые, наверняка, от страха сбежали куда-то в район желудка, и даже динь-динь не сделали.

— Ты меня понял? — интересуюсь с угрозой в голосе.

Молчит, зараза, и сверлит ненавидящим взглядом. Приходится для ускорения мыслительного процесса выписать звонкую пощёчину.

— Я спрашиваю, ты меня понял?

— Да, — сплёвывает сквозь зубы.

— Тогда вперёд! Зачем сидим, куда ждём?

Закинув бандитские стволы в рюкзак, взваливаю его на плечи. Нет, не потому что я добрый и не хочу нагружать раненого бандита, просто так надёжней. Так скромней. От этого гада всего можно ожидать. Будем проходить мимо какой-нибудь ямы, он возьмёт и сбросит туда всё, честно нажитое имущество. В смысле, мной честно нажитое, а не им.

К выходу из подземелья мы добрались как раз где-то около полуночи. Я даже на всякий случай уточнил, точно ли продолжается ещё пьянка бандитская. На что Плешивый заверил меня, что гулять будут до утра.

Выбравшись на поверхность, оказались вполне себе в целой комнате. Ну, как в целой… Потолок и стены на месте, окон нет в принципе, да и помещение такое, два на два, скорее всего, кладовка когда-то была. Ещё и перепачкались все, пока выбирались. Сверху на люке, были навалены какие-то пыльные тряпки, видимо, для маскировки.

— Где выход? — интересуюсь.

— Там, — сипит, указывая на дверь.

— Это понятно. Где выход из дома и в какой стороне аномалия?

— Если повернуть налево, то там будет аномалия. А если свернуть направо, там за поворотом и прямо по коридору будет выход.

— Ну, веди, — подталкиваю в спину.

Идёт вперёд, сворачивает направо он выхода и спустя четыре метра останавливается возле угла, обернувшись ко мне, сглатывает.

— Иди, иди, — усмехаюсь.

— Там надо балку отодвинуть, специально поставил, чтобы чужие не шастали, — разводит руками и морщится от боли.

— Ну, так отодвигай.

— Я не смогу, — демонстрирует повреждённые конечности.

— Отойди-ка, — отодвигаю его за плечо и выглядываю за угол.

Действительно, поперёк коридора лежит упавшая одним концом балка. Вот только сомневаюсь, что он её двигал. Да её вообще можно либо перешагнуть, либо пролезть под ней.

Тут другой вопрос. Неужели я похож на идиота по мнению Плешивого? Видимо да. Но мы-то с вами знаем, что это не так. Этот дурачок рванул вперёд, пытается толкнуть меня плечом в спину, но, увы, эту белочку возле орешков я не оставлю.

Прикручиваюсь вокруг своей оси, ещё и подталкиваю в спину этот дурной локомотив. И, вы знаете, никакая балка не помешала. Даже верёвку из рук выпустил, чтобы не мешалась. Лишь свой пистолет выхватил, направив на супостата, мало ли, вдруг решит в бега податься, а тут я, дикий фаэтонский ковбой.

А нет, стрелять не пришлось, захрипел и в шейку сломанными клешнями вцепился, завыл, то ли от боли в руках, то ли от воздействия газа. Вот оно как бывает. Попытался рвануть обратно, даже перескочил через балку, но получил удар ногой в грудь.

Хорошо пошёл, ему бы на Олимпиаду, прыжки вокруг шеста осуществлять. Грохнулся на пол и давай там кататься. Может, пристрелить, чтобы не мучился? Фу, как можно стрелять в живого человека? Я же не из таких, поэтому постоял, подождал минутку, пока он кончится.

Как говорили классики, «Мрази сдохнуть не мешай, а если мучается, не помогай. Пусть сдохнет в судорогах». И это не классики, или это был Рогожин? Хотя, чем вам Рогожин не классик?

Пш… Металлическая пуля пробивает висок. Тело дёргается и больше уже не двигается. Контрольный в голову. А это тоже по классике.

Ну что ж, я так понимаю, выход в другой стороне. Развернувшись, отправляюсь по коридору обратно. Там такой же поворот, но никакой балки не было. И вот ведь жук какой, наколоть меня хотел, балочку он приспособил. Ага, как же.

Хех, так и вижу лицо моего любимого хейтера в засаленной маечке, что соизволил оторвать голову от подушки и удивлённо поинтересоваться:

— А с чего ты, Тунгус, решил, что здесь нет газа? Вдруг та балка была всего лишь поводом поставить тебя впереди себя?

А я отвечу, мне нетрудно. И вообще, дайте мне другого хейтера. Можно вместо этого пузана с лицом, на котором засохла помидорка от пиццы, какую-нибудь симпатичную девчулю в лифчике на размер меньше, чем надо… и сиськи ей побольше! Ещё побольше! Вот, нормально! Даже настроение поднялось. А что поделаешь, я эстет.

Так вот, моя новая милая хейтерша, что я тебе скажу по этому поводу. Есть такая штука, как логика. Не понимаешь? Ну, хорошо. Представь себе… Тьфу… Ну вот что мне для примера логики привести?

И вообще, кто мне подсунул эту тупую куклу? Кстати, а что у неё с губами? Как будто аллергия на меня, или стая пчёл их покусала. Фу-фу, уберите её нафиг. Верните моего милого хейтера в засаленной футболочке.

— Ну, здравствуй, друг. Не обижайся. Неужели ты думаешь, что я мог променять такого парня, как ты, на большие сиськи? Что? Ты бы променял? Ну, кто бы сомневался…

Однако вернёмся к нашим баранам. То есть, к логике. Если бы тут в обоих коридорах был опасный газ, то Плешивый позаботился бы о противогазах. Он же не самоубийца.

Ну и немножко наблюдательности, конечно. Яд явно не кислотный, потому что тушка осталась целой, он лишь