Цветок Грина - Алексей Мишуков

   - Я тоже, - пробасил Артего, - с условием, что дадут вдоволь помахать Хельгой. Гигант с улыбкой продемонстрировал всем обоюдоострую секиру.

   - Ну а кто я такой, чтобы отказывать миру в спасении? - сказал Бэнкси и тут же добавил: - Меткий глаз и арбалет к вашим услугам.

   - И рыжий ворчун в придачу, - подхватила эскритка, и все рассмеялись.

   - Да будет так! - торжественно объявил Эрду. - Грядут тяжкие времена, когда начнут сбываться пророчества и рождаться легенды. Отныне можете считать, что предсказания эскритов начали сбываться. Воздадим же должное древнему народу Соры, благо здесь присутствует его представительница и, как было предречено, назовемся защитниками последней надежды.

   Я хочу, чтобы все вы поклялись защищать алинтар до конца и если будет нужно отдать за его спасение жизнь.

   Обговорив текст и ритуал клятвы, гардемиец взял цветок и поставил на землю. Затем все пятеро встали вокруг него, взявшись за руки. Первым клятву начал произносить Грин:

   - Я клянусь нести надежду, чтобы вырастить ее   Затем продолжил Эрду:   - Я клянусь беречь надежду, отгонять клинками зло.   Пришла очередь Льяваллы:   - Охранять клянусь надежду чарами Салары.   Вступил Артего:   - Защищать клянусь надежду яростью и карой.   Закончил цепочку Бэнкси:   - Клянусь мудростью и делом сохранить надежду.   Заключительную часть клятвы произносили хором:   - Вардаримы до конца встанут тенью между   Мраком с Юга принесенным   Светом с северных высот   От несметных орд угренов   Алинтар весь мир спасет.

   Когда с церемонией было покончено, Эрду расстелил перед отрядом карту и вкратце обрисовал план, которому они первое время будут придерживаться.

   - Сначала нужно добраться до Клидарина, - говорил он, указывая пальцем на приграничный гардемийский город. - Сделать это незаметно вряд ли удастся. Враг бросит все силы на поиски, а потому в случае чего будьте готовы пробиваться с боем. В лесу нас обнаружить трудно, но как только выйдем за его пределы, погоня возобновится. Черные рыцари - полбеды. Больше меня беспокоит могущественный колдун, что напал на усадьбу Грина. Что ж, - Эрду задумчиво поморщился, - будем надеяться, что он потерял след.

   Бэнкси, внимательно изучив карту, произнес:

   - Если двигаться параллельно Южанке, это еще двести километров, а значит около четырех дней пути. Я думаю, погоня не ожидает, что мы до конца пойдем через Призрачный лес, рассказами о котором пугают трактирных зевак по всей Соре.

   - Верно. Если повезет, то к утру четвертого дня, выйдем в Кривополье, а там рукой подать до кейпширских городов. В Аколисе сделаем остановку, чтобы передохнуть и пополнить припасы, - подытожил гардемиец.

   Окружавший путников лес окутала темнота. Пламя потрескивающего костра стало ярче, озаряя сидящие вокруг фигуры багровым свечением.

   Бросив жребий кому стоять на часах, путники начали готовиться ко сну. Чтобы избежать ночной прохлады, они расположились ближе к огню и спустя некоторое время все кроме оставшейся на ночном посту Льяваллы забылись сном.

   Утром, когда было еще засветло, всех разбудил гардемиец. После непродолжительных сборов отряд двинулся в путь. Шли неспешно, безмятежно болтая и смеясь. Льявалла извлекла из сумки найденную в склепе свирель и принялась наигрывать незатейливую мелодию, веселую и легкую как пушинка. Гальмитл так увлекся задорной игрой, что начал насвистывать в такт мелодии.

   - Гляньте на них! Бродячие музыканты, да и только, - с улыбкой сказал Артего. - Вот сбежится всякая нечисть на ваш гам, поди, не отобьетесь одной дудкой и свистом.

   Эскритка оторвалась от свирели и показала великану язык. Впервые с момента побега из Флоуотера Грину даже начало нравиться это нежданно свалившееся на голову приключение. Конечно, ему не хватало уютных троп Солнцеречья, его домиков, мостков и ступенек, но вместе с тем он чувствовал нечто новое. Его жизнь в одночасье обрела важный смысл; впервые за много лет появилась цель, а вечные вопросы зачем и почему были исчерпаны. Мир вокруг изменился, расширились горизонты, а сам он как будто очутился на тонком канате, по которому предстояло пройти долгий путь в неизвестность. Новые друзья вызывали неподдельный интерес, казалось, еще чуть-чуть и сбудутся все детские мечты: Грин представлял себя отважным воителем в начищенных до блеска латах верхом на горделивом жеребце. Он ощутил в себе ту энергию, что вдохновляет людей на свершения и отважные поступки.

   Шагая в тени Артего, юноша горделиво выпрямил спину и расправил плечи, как вдруг уловил на себе пристальный, и будто бы изучающий, взгляд гардемийца. Всего через мгновение Эрду перестал хмуриться и весело подмигнул. Юный Коэл улыбнулся в ответ, но после этого еще долго размышлял над странным поведением северянина.

   Несколько часов пути сквозь густые заросли пролетели незаметно. К полудню они вышли на побережье узкой речки с быстрым течением. В чуть приглушенной облаками пелене солнца перед отрядом на много километров вдаль простерся удивительный по красоте пейзаж. Вплотную к воде подступали стволы исполинских деревьев; через пороги мчался бурливый поток, который, налетая на камни, взрывался прозрачными брызгами, шумел и пенился, уносясь прочь от возвышающихся вдали холмов, поросших густым лесом.

   - Один из рукавов Южанки, - объявил Эрду. - Сделаем привал.

   - Смотрите! - вскрикнула Льявалла, указывая посохом на группу купающихся в реке медведей.

   Проследив короткое время за грозными животными, друзья убедились, что косолапые ловят рыбу и никакой опасности не представляют.

   - Я бы тоже рыбки покушал, - мечтательно протянул Бэнкси.

   - Сходи и попроси, - тут же съязвил Артего. - Или есть удочка?

   - Есть лучше, - отозвался Эрду, указывая на остро заточенную палку, недавно служившую Грину оружием. - В этом месте рыба идет на нерест; нужна лишь хорошая реакция да твердая рука.

   - Отобедаем на том берегу, - предложила Льявалла. - Пока сидим у костра, согреемся, а там, глядишь, и одежда высохнет.

   Спустя четверть часа друзья вброд перебрались на другую сторону реки. К счастью, она оказалась мелкой, доходя в самом глубоком месте Грину до груди. Проблемы грозили лишь гальмитлу, который после долгих уговоров и заверений разрешил эфалу взять себя на руки и перенести на противоположный берег.

   - Никому не рассказывать, - сурово напомнил Бэнкси, оказавшись на земле.