Тэтчер: неизвестная Мэгги - Дмитрий Медведев

В 14:00 Марк был выведен из дома. Через десять минут кортеж полицейских машин с характерными надписями «Справедливость в действии» доставил Марка в четырехэтажный особняк Винберг, где располагалось полицейское отделение Кейптауна.

Спустя два часа состоялось судебное заседание. Марк был выпущен под залог в 167 тысяч фунтов, с подпиской о невыезде и конфискацией паспорта. Кроме того, каждый день в период с 8:00 до 16:00 он должен был выходить на связь с представителями местного полицейского участка.[327]

Фактически Тэтчер попал под домашний арест, впереди его ждала борьба не за деньги, а за собственную свободу. Теперь самое время вернуться в прошлое и ответить на вопрос – что же произошло на самом деле?

В 2003 году бывший офицер парашютно-десантных частей особого назначения Саймон Манн приступил к планированию операции по свержению президента-диктатора Экваториальной Гвинеи Теодора Обиянга. Делал он это не по своей воле, а с подачи главного оппозиционера Обиянга Северо Мото, находившегося в этот момент в изгнании за пределами страны. При успешном осуществлении задуманного Манн и его люди должны были получить выгодные правительственные контракты, а также хорошую долю в нефтяном бизнесе Экваториальной Гвинеи.

Среди друзей Манна был Марк, согласившийся частично спонсировать военную операцию. Так на деньги сына баронессы Тэтчер было решено приобрести вертолеты для доставки военного контингента в Экваториальную Гвинею. 16 января 2004 года он подписал бумаги о передаче средств фирме Triple Aviation, принадлежавшей одному из главных участников переворота – Краузу Стейлу.

Первая сумма в 20 тысяч долларов была переведена с нью-йоркского счета Тэтчера еще 8 января. Спустя неделю 255 тысяч долларов были переведены с другого счета Марка из банка «HSBC». Бюджет на покупку вертолетов составлял полмиллиона долларов, однако оставшиеся 225 тысяч так и не были получены оппозиционерами.[328] По неизвестным причинам Тэтчер решил оборвать финансирование, надеясь, что кто-то это сделает за него[329].

Нехватка наличности стала настоящим бедствием для претворения в жизнь проекта Манна. Из необходимых 5 миллионов долларов на руках было только 2,75 миллиона. К тому же до начала операции оставалось слишком мало времени, что вынудило Манна форсировать события. В конце февраля 2004 года он совершает секретную поездку на авиабазу Маньяма в Зимбабве, где закупает 10 пистолетов, 61 ружье, 20 автоматов, 100 противотанковых ракет, 150 гранат и свыше 75 тысяч боевых патронов.[330]

Приобретя все необходимое, он приступает к осуществлению задуманного. 6 марта Манн встречается в Зимбабве с Мото и двумя его ближайшими помощниками, специально прилетевшими из своего убежища на Канарских островах. Затем все вместе они перелетают в столицу Мали, город Бамако. После чего Саймон отправляется в международный аэропорт Зимбабве – Хараре.

Тем временем на купленном за деньги Тэтчера «боинге» в Хараре приземляются основные силы заговорщиков, состоявшие из 64 наемников. Здесь они должны были встретиться с Манном, загрузиться всем необходимым и отправиться в Экваториальную Гвинею. Стейл остался с Мото в Бамако и продолжил следить за развитием операции по SMS-сообщениям, приходившим на его сотовый телефон:

«Саймон Манн пропал. Я не знаю, что делать!»

Поступило первое сообщение от брата Стейла, пилота злополучного «боинга». Спустя четыре часа пришло второе электронное письмо:

«Нас арестовывают».

Все было кончено. Манн и его люди были схвачены в Хараре. Операция провалилась.[331]

В экстренном порядке Мото вернулся обратно на Канарские острова, где его тут же арестовали и передали иммиграционным властям. Обо всех подробностях Стейл узнал на следующий день из Интернета.

А что же с Тэтчером?

– Пишут ли газеты что-нибудь о «травяной крыше»? – осведомился он у своего старшего брата, находившегося в этот момент в Йоханнесбурге.

– Кто такой этот «травяная крыша»?

– Марк Тэтчер.

– Нет, ничего нет.

– Но он по-прежнему должен мне 225 тысяч долларов, – не к месту вспомнил Крауз.[332]

Стейл считал, что Марку лучше всего больше не появляться в Южной Африке, однако тот пренебрег его советом, и хорошо известно, чем все это закончилось. Тэтчеру грозило тюремное заключение сроком на десять лет. Теперь его мог спасти только один человек.

В момент ареста сына Маргарет мирно спала в номере своего отеля в Вирджинии (США), где она отдыхала на импровизированных каникулах. Услышав все новости по телефону от одного из своих доверенных лиц, она тут же согласилась выплатить необходимые 167 тысяч фунтов в качестве залога и на следующий день вылетела в Лондон. Окруженная пятью внушительного вида телохранителями, Маргарет отказалась давать какие-либо комментарии, быстро проследовав в свой дом на Честер-сквер. Весь последующий день она провела в телефонных разговорах со своим сыном, пытливо расспрашивая его о том, что же на самом деле произошло.

– Я чувствую себя трупом, который спускается вниз по реке Колорадо и ничего не может с собой поделать, – признался Тэтчер.[333]

Марк не лукавил: теперь он был бессилен. От тюремного заключения его могло спасти только влияние Маргарет. Тут же были приглашены доверенные адвокаты, сделаны необходимые звонки, задействованы старые связи.

В ходе судебного разбирательства Марк признал себя виновным в нарушении закона о борьбе с наемничеством и «непреднамеренной»[334] помощи заговорщикам для организации государственного переворота в Экваториальной Гвинее. В англосаксонском праве подобное «непреднамеренное» участие трактуется как dolus eventualis, или «преступное безразличие». Другими словами, Тэтчер предполагал, что приобретенный на его деньги самолет может быть использован в криминальных целях, но тем не менее отказался предпринять какие-либо действия, препятствующие совершению преступления.

В результате активной помощи своей матери Марк отделался штрафом в размере 3 миллионов рандов[335] и тюремным заключением на четыре года с отсрочкой исполнения на пять лет. Ему был возвращен паспорт, после чего он тут же покинул пределы ЮАР.

Глава 5. Ломая стереотипы

Thatcher – milk snatcher

[336]

Если в освобождении Марка Тэтчера вряд ли кто-то сомневался, то история успеха его матери уже давно не дает покоя историкам и исследователям ее жизни. Как из простого парламентария, не имеющего ни нужных связей, ни крупной поддержки со стороны финансовых кругов, Маргарет удалось сначала возглавить консервативную партию, а уже затем стать первой женщиной премьер-министром в истории Соединенного Королевства?