Бухта надежды. Задача — выжить - Громова Галина

Вот, интересно, откуда взялась эта напасть? Новая форма бешенства? Вроде, оно передается через укус… Или умники–ученые что‑то начудили? Хотя какая теперь‑то разница?

«Ниссан» мягко скользил по не шибко качественному дорожному покрытию, лавируя между редкими машинами. Почему редкими? Да потому что основная масса авто двигалась к пятому километру, стараясь выбраться за город, но были и такие, которым было с Андреем по пути.

Впереди замаячила вывеска заправочной станции с расценками. Хм… здесь цены оказались не меньше, чем возле «Омеги–моторс», но очередь все равно была. А еще была охрана, состоявшая из трех бойцов внутренних войск, которые отсвечивали своими малиновыми беретами как светофоры посреди улицы. Парни держали под контролем каждый свой сектор, водя стволами автоматов вправо–влево.

Интересно, это они от зомбей охраняют или же попытки экспроприации были?

А то, что попытки будут, капитан не сомневался – не в той стране живем. Да и не тот народ русские, чтобы не подобрать то, что плохо лежит… Особенно, если можно на халяву отхватить что‑нибудь ценное.

Андрей вспомнил одного прапорщика, еще со времен срочной службы. Так тот ходил вечно глядя себе под ноги. И если удавалось засечь на земле проволочку или железячку бесхозную, то тут же оно поднималось и складировалось в карман. За неделю такого крохоборства прапор столько всякого металлолома собирал, что ему хватало денег в конце трудовой недели хорошо нарезаться, опохмелиться и с чистой совестью и не очень свежей головой снова выйти на службу.

Хотя нет… Никого они не охраняли, просто дожидались, пока служебная «Нива–Шевроле», в народе именуемая Шнивой, заправится горючкой.

А вот площадь имени адмирала Ушакова встретила жуткой пробкой. Как всегда виной тому были узкие улицы и несколько аварий в районе кольца. Аварии, судя по всему, были свеженькие – вчерашние и утрешние покоцанные машины распихали на пешеходные дорожки два БТРа, которые сейчас беспардонно заехали на центральную клумбу кольца, посреди которой высилась старая–престарая сосна со срезанной верхушкой, подмяв колесами розовую клумбу и свежевысаженные кустики петуний. Возле брони стояла ГАИ–шная машина, а прибывшие на ней гаишники махали полосатыми жезлами в качестве регулировщиков, пытаясь как можно скорее разобраться с этой пробкой. Возле каждого регулировщика так же маячило двое бойцов в «брониках», касках и с «калашами».

Водители нервничали, везде стоял шум, крики вперемешку с матами и гудки автомобилей, кое–где кричали дети, уставшие сидеть на одном месте. Впереди выскочивший из машины мужик что‑то орал, тыча пальцем в сторону гостиницы «Украина». Андрей глянул через зеркало заднего вида на сиденье позади себя – автомат мирно покоился там, где его оставили. Только куртка сползла, оголяя немного цевье. Хотя этого бы хватило, если бы какой‑нибудь ГАИ–шник додумался бы тормознуть машину. Доронин чертыхнулся и полез поправлять куртку, как взгляд зацепился за дергано двигающиеся фигуры, бредущие в сторону застрявших автомашин. Зато впереди них истошно вопя бежало пять человек – трое мужчин и двое женщин. Один из мужчин тащил на руках дико орущего ребенка, остальные же были навьючены рюкзаками.

Было видно, что ребята уже выдохлись, потому что быстро бежать с оттягивающими плечи пожитками было сложновато, особенно если до этого бегал только в компьютерных стрелялках. Ребенок на руках довольно‑таки плотного мужчины верещал, хоть звука и не было слышно, но было видно раскрасневшееся личико и искривленный рот. Испуганный происходящим, он ерзал и вертелся, перекрывая весь обзор несущему его мужчине.

Андрей несколько раз надавил на клаксон, пытаясь привлечь внимание военных, но сигнал утонул в море шума. А мертвяки догоняли… Это сперва они показались неуклюжими, теперь же Доронин четко различил среди толпы зомби довольно шустро передвигающихся. Вот эти то и выбились вперед, грозясь вот–вот сцапать убегающих людей.

Андрей плюнул на предосторожность и схватил свой автомат. Передернув затвор и переключив рычаг предохранителя на положение одиночной стрельбы, капитан приоткрыл дверь автомобиля и проворно выскочил из него, беря на прицел самого шустрого из мертвяков.

Ба–бах!

Плечо ощутило отдачу, а чемпион свалился на землю с дыркой в башке.

Патроны следовало экономить – их всего лишь один рожок и где брать пополнение оставалось пока загадкой. Андрей снял еще троих, прежде чем над площадью раскатилась автоматная очередь – это уже вояки вступили в дело. Вот только отстреливали они не только упырей, бредущих со стороны Исторического бульвара, но и с другой стороны кольца. Видать, именно об этом и пытался сообщить тот мужик, размахивающий руками.

Ребята–беглецы, проворно петляя между машинами, прорывались к БТРам, инстинктивно чувствуя, что там защита. А вот стрельба не умолкала. Краем глаза Андрей заметил новые цели – двое ковыляли со стороны обзорной площадки подле Матросского клуба, а еще несколько выбрели из парка, что чуть дальше по улице. Подпустив двоих ценителей прекрасного на достаточное для точной стрельбы расстояние, Андрей несколько раз выстрелил и, убедившись, что попал, решил оглядеться.

В толпе назревала паника. Заслышав автоматную стрельбу, люди как ошалели – были готовы оставить машины и бежать куда попало. А вот этого делать не следовало бы – ведь, не смотря на стрельбу, регулировщик исправно махал своей волшебной палочкой и потихоньку затор рассасывался. А если водители разбегутся, то пробка рискует превратиться в капитальную, ведь просто некому будет растаскивать брошенные машины.

Андрей почувствовал на себе чей‑то взгляд, огляделся и заметил, что один из морпехов смотрит на неизвестного стрелка. Тот внимательно оглядел Доронина и благодарно кивнул.

Ого! Даже документы не потребовали и разрешение на ношение оружия! Ни фига ж себе землетрясение! Как говорил матюкливый попугай в детском бородатом анекдоте.

Впереди, наконец, началось более–менее продвижение по Ленина, как раз и маневр сделать можно было, чтобы выскочить на тротуар, а там проскочив по нему, пытаясь не врезаться в столб или дерево, несколько десятков метров, вынырнуть на дорогу. Что, собственно, Андрей и сделал, получив вслед себе сигналы от оторопевших от такой наглости собратьев по несчастью.

А позади снова послышался треск автоматных очередей.

«А ведь теперь весь центр рискует встать в пробках,» – промелькнуло в голове. Центральные улицы были довольно узкими, как и все старые улицы Севастополя… Конечно, не считая городского кольца, но и эту четырехполоску только номинально можно назвать таковой – никто ведь не отменял припаркованных с обеих сторон дороги машин – парковочных мест в черте центра было ой как не много. Поэтому, случись хоть одна авария и все – движение встанет, как сейчас, на Ушакова. Только тут хоть народ прикрывали от мертвяков военные, а будут ли вояки в центре? Разве что на площади Суворова на пятачке разместятся да на Нахимова, где есть место развернуться. Но опять‑таки огромная парковка, в которую превратили центральную площадь города…