Бухта надежды. Задача — выжить - Громова Галина

В подъезде было как обычно тихо – никаких посторонних шумов.

Парень позвонил несколько раз в соседскую квартиру, но никто не ответил и дверь не открыл. Может быть, девчонки еще не вернулись? Хорошо бы. Степан на всякий пожарный подергал ручку, но дверь была заперта. Мужчина потоптался немного на месте и, укоряя себя в излишней подозрительности, вернулся домой.

Весь оставшийся день Степан посвятил изучению происходящего в мире. И с каждым килобайтом информации ощущение, что мир катится в тартарары, усиливалось все больше и больше.

Около трех часов дня в городе завыла сирена Системы оповещения гражданской обороны. Голосила она около десяти минут. Потом так же неожиданно стихла. Что бы это значило, было не понятно. Дозвониться в милицию было невозможно – все время занято. Скорые, которые утром так и шныряли по Проспекту, больше не появлялись, а вот выстрелы слышались все чаще.

Власти города молчали. Никаких заявлений ни на официальных сайтах городской администрации, ни по телеканалам не давалось. Только домыслы и слухи, обмусоливающиеся на городских Интернет – ресурсах. В политической ветке СевИнфо всерьез обговаривался вариант создания отрядов самообороны. Эти ребята из «Политики» хоть и повернутые немного на УРА–патриотизме и украинофобии, но частенько общаются и в реальной жизни помимо виртуальных словесных баталий, поэтому им было легче договориться между своими. Но из общего потока информации полезной было около 30% – слишком много ругани и словесного поноса.

Было так же несколько прощальных тем. Вот уж никто бы и не подумал, что после укуса зомби кому‑то приспичит попрощаться со всеми на просторах родного СевИнфо. Но, как оказалось, нашлось три таких чудика.

Степан несколько раз выходил на балкон и пытался понять обстановку на улице. Первое, что бросалось в глаза – уменьшилось количество людей на улицах и машин на дорогах. Хотя кое–где были заметны спешащие люди. Но еще более заметными были медленно бредущие или же просто стоящие фигуры. С балкона второго этажа, конечно, обзор был не очень, но все же мужчине удалось разглядеть на противоположной стороне улицы несколько плетущихся дерганой походкой человек… вернее не человек – зомби. Так проще и, наверное, правильнее говорить. Спешащие люди с легкостью уворачивались и убегали от неторопливых покойничков.

Ну, хоть в чем‑то повезло. Если они настолько неповоротливы, то убежать от них не составит особого труда, а там, глядишь, и вояки с ментами подсуетятся и истребят этих граждан мертвяцкой наружности. Кстати, в интернете так же давались советы, как убивать этих беспокойных покойников. Собственно, от голливудских фильмов ужасов рекомендации ничем не отличались – фантазии хватало только на пробитие черепушки и разрушение головного мозга. Кое–где были споры о том, можно ли облить упыря бензином и поджечь. Но коллективным разумом пришли к выводу, что бензин нынче дорог и так расходовать его немного глупо.

В шесть часов вечера Степан увидел первый БТР на проспекте Генерала Острякова. Он лихо гнал в сторону 5–го километра. На броне, придерживаясь за поручни, сидело трое бойцов. Нашивок или погон Степан не успел рассмотреть – далековато было да и скорость была немалая. Хилый поток машин предусмотрительно пропускал восьмиколесное бронированное чудище, принимая вправо.

К семи часам город погрузился во тьму. Нет, свет на улицах был – и уличное освещение, и огни ситилайтов и билбордов отлично освещали улицы, но день уступил место ночи.

Степан все так же мониторил Интернет, сообщения в котором становились все более пугающими и безнадежными. Похоже, надежда, что военные и милиция быстро покончат с этой напастью, не оправдала себя.

С наступлением темноты улицы опустели. Только неподвижные фигуры как часовые торчали в нескольких местах в поле зрения парня – несколько на остановке, один возле здания городского архива и еще один забрел на автостоянку супермаркета, что располагался этажом ниже. И теперь мертвяк медленно брел между машин по ему одному известному маршруту.

Степан еще несколько раз подходил к двери соседа, пытаясь выяснить, как он там, но все оставалось без изменений – дверь была закрыта, а на звонки никто не реагировал. Только, то ли почудилось Степану, то ли, действительно, кто‑то ходил за дверью. Точно мужчина сказать не мог – не был уверен.

И вот теперь, выйдя на крышу супермаркета, служившую по совместительству балконом, парень невольно повернул голову влево – как раз туда, где были окна соседской квартиры. И снова Степан усомнился в себе. Ему показалось, что кто‑то прошел мимо окна. Мужчина зашел в комнату, взял табуретку и вновь вышел на балкон–крышу. Балкон Степана от участка балкона соседа разделяла натянутая на две вертикальные железные трубы рабица, по которой мирно вился плющ из кадушки, стоящей возле стены дома. Мужчина поставил табуретку и, вскочив на нее, перепрыгнул через ограждающую сетку.

Квартира у соседа была однокомнатная. Как они там размещались вчетвером, оставалось загадкой. Все‑таки, хрущевки не блистали квадратурой и улучшенной планировкой.

Степан сперва заглянул в окно кухни, но ничего не увидел в темноте. Чертыхнувшись, он достал из кармана ключи, где брелоком служил светодиодный фонарик. Света от него хватало как раз, чтобы осветить себе в темноте дорогу. Ну или для того чтобы подглядывать в закрытые темные соседские окна. Кухня была пуста. При тусклом свете синего светодиода можно было разглядеть кухоньку – небольшой кухонный стол с ящиками, холодильник, плита, мойка, навесные ящики. Более подробно рассмотреть было просто невозможно да и не к чему – то, что в кухне никого не было, было очевидно и так.

Парень, пригнувшись на всякий случай, подбежал ко второму окну. В отличие от хозяев квартиры, которую Степан снимал, сосед не вывел дверь на площадку, оставив трехстворчатое окно, в которое мужчина сейчас и пытался заглянуть.

Здесь не пришлось подсвечивать фонариком – в комнате был полумрак, но благодаря работающему телевизору, можно было легко увидеть комнату в деталях.

Телевизор, судя по всему, стоял в углу, возле окна, поэтому Степану и не было его видно, только свет от кинескопа обозначал присутствие «ящика» в комнате. На хорошо освещенном диване напротив телевизора полулежал хозяин квартиры.

«Фух! Все в порядке!» – выдохнул с облегчением Степан, глядя на спящего соседа.

В конце комнаты угадывался силуэт старшей дочери – она неподвижно стояла в проеме двери, ведущей в коридор.

«И чего она там застыла? Тоже телик смотрит, одновременно приглядывая за чем‑нибудь на кухне? Не исключено. Ну, вроде все нормально…» Степан мысленно обругал себя самыми крепкими словами, которые только знал и собрался уходить, но кое‑что привлекло его внимание. Наверное, на какое‑то мгновение картинка на телевизоре сменилась на более светлую, но Степану явно померещилось, что стоявшая в проеме девочка в крови. Было такое чувство, что желудок ухнул в пропасть, а ноги стали ватными. Мужчина негромко постучал в стекло – никакой реакции не последовало, Степан постучался снова, и чуть было не стал заикой.