Карибский кризис. 50 лет спустя - Дмитрий Язов

Несмотря на трудность обстановки, кубинские воины цепко держали оборону. Противник несколько раз пытался сбить их, но безуспешно.

Раненые оставались в строю. Пример мужества показывали молодые офицеры, преподаватели школы, революционные инструкторы.

23-летний Ибраим Риберо был ранен в горло осколком бомбы. Но он отказался идти в тыл. И пока товарищи перевязывали рану, перед мысленным взором Ибраима прошла вся его прежняя жизнь. Он родился в семье рабочего-поденщика сахарного завода. Семья большая – 13 человек. Во время батистовского режима нужда не покидала старой хижины бедняка, единственным богатством которой была высокая королевская пальма. В жаркие дни она давала жидкую тень. А вокруг домика стеной стояли тростниковые плантации, принадлежавшие американской компании.

Сейчас завод, земля, тростник стали народными. Семья получила постоянную работу, уверенность в завтрашнем дне. Дети пошли в школу.

Семь братьев Ибраима взяли оружие для защиты революции. Ибраим Риберо поклялся не уходить с поля боя до тех пор, пока не будет разгромлен враг, пришедший возвратить проклятое прошлое.

Вскоре по цепи передали – в район битвы с интервентами прибыл Фидель Кастро. Это еще больше воодушевило защитников Острова свободы. «Фидель с нами. Мы победим!»

Вокруг горел лес. Эхо разрывов снарядов, треск пулеметных очередей, одиночные выстрелы из карабинов – все это сливалось в протяжный непрерывный гул. Казалось, стонет окутанная дымом земля.

К этому времени появились танки и артиллерия кубинской революционной армии. Они сразу вступили в бой. Вместе с ними перешли в наступление и курсанты Матансасской школы. Молодые бойцы с честью выполнили поставленную перед ними задачу – не дали наемникам блокировать дорогу через сапатские болота и продвинуться в глубь острова.

Бой у развилки дорог длился около суток. Интервенты всю ночь оказывали упорное сопротивление, простреливали темную ленту шоссе. Кубинские танки вынуждены были сползать на обочину, мять кустарник, рискуя засесть в вязком болотистом грунте. Одна из бронированных машин, оказавшись ближе всего к противнику, получила тяжелое повреждение. Экипаж превратил танк в долговременную огневую точку. Кубинские танкисты начали дуэль с артиллерией интервентов. А тем временем скапливались силы для решительного броска к развилке дорог.

Утро второго дня боев было решающим. Интервенты не выдержали стремительной атаки защитников острова – были отброшены к Плайя-Ларга. Днем 18 апреля противник, прижатый к берегу бухты Кочинос, оставил поселок. Его попытка удержать дорогу к Плайя-Хирон не увенчалась успехом…

В течение 19 апреля интервенты были полностью разгромлены. Всего 72 часа понадобилось революционной Кубе, чтобы уничтожить наемников. 1100 пленных, много военной техники осталось в руках победителей. А вблизи Плайя-Хирон догорали остатки американского бомбардировщика, сбитого кубинскими зенитчиками.

… От каменных ворот, охраняющих въезд в Матансасскую военную школу, к зеленому зданию казармы ведет прямая стометровая дорога. В конце ее открывается взору невысокий обелиск с красной звездой на взметнувшейся ввысь стреле. Это памятник курсантам, павшим в боях с контрреволюцией в апреле 1961 года. На сером мраморе высечены имена тех, кто погиб у деревушки Пальпити. Здесь же слова Фиделя Кастро: «Они не стали офицерами милиции, но они стали вечными героями своей родины».

Мы едем по следам боев Матансасской школы командиров революционной милиции. Нашим спутником вызвался быть Умберто Моралес. Во время нападения на Кубу американских наемников он был курсантом, сражался с интервентами. Сейчас Умберто – офицер, преподаватель тактики в Матансасской военной школе, которая в настоящее время готовит кадры для кубинской армии.

Первая остановка у сахарного завода «Аустралия». Плантации тростника вплотную подошли к заводским воротам и, кажется, вот-вот хлынут в них зеленой массой.

Умберто Моралес некоторое время смотрит на большие серые корпуса цехов. Затем с гордостью говорит:

– Скоро начнется сафра – горячая пора уборки тростника. Завод даст тысячи тонн сахара. И доход от него пойдет народу. Контрреволюции и ее хозяевам не удалось отобрать у Кубы богатство. Мы защитили его от врагов.

Деревушка Пальпити… Доносится горьковатый запах дыма, сизыми струйками обволакивающего угольные курганы. А вот памятник героям боев – мраморный артиллерийский снаряд. На срезе высечены слова кубинского поэта-революционера Хосе Марти: «Умереть за родину – значит жить».

На этом месте погиб Клавдио Аргуэлес Камехо. Его убил осколок бомбы. Рядом стоит небольшой домик. На его стенах тоже следы войны. Их часто можно встретить в этих местах. Но больше всего они запечатлены в памяти народной. Об этом нам рассказывает хозяин домика семидесятидвухлетний Альваро Фернандо.

– Русо?

Морщинистое лицо старика освещает улыбка.

– Муй бьен, муй бьен! Очень хорошо, очень хорошо! – дружески пожимая нам руки, говорит Фернандо.

Он приглашает выпить традиционную чашечку кубинского кофе, рассказывает о своей жизни. Старик, несмотря на свой возраст, трудится в угольном кооперативе. «Фидель сказал не оставлять своих рабочих мест. Труд каждого кубинца нужен революции». При этих словах Альваро Фернандо поднимает в жилистой руке мачете – нож для рубки тростника, с которым он шел на работу. И этот жест дополняет словами:

– Куба – непобедима! У нее надежные и сильные друзья. Спасибо вам! – и опять крепко жмет наши руки.

Да, Куба – непобедима! Ее мужество – неиссякаемо, ее люди, познавшие счастье свободной жизни, готовы сражаться до победы за дело революции.

Конференция

Российская делегация задает тон

Первая сессия международной конференции в Гаване, проходившая в первой половине дня 11 октября 2002 года, вылилась в диалог кубинских и американских ученых и ветеранов-политиков. Российская сторона практически была лишь гостем. Отчасти это объяснялось тем, что утренняя сессия конференции была посвящена обсуждению американо-кубинских отношений и подрывной политики США в отношении революционной Кубы. Главные докладчики с обеих сторон были высокопоставленными политическими и военными деятелями, стоявшими у истоков кризисных явлений начала 60-х годов.

И все же завершить обсуждение проблемы причин и источников Карибского кризиса без учета мнения российской делегации было бы неправильно. Финальным аккордом первой сессии стали выступления двух членов российской делегации – Н. С. Леонова и Г. М. Корниенко.

Николай Сергеевич Леонов, доктор исторических наук, профессор МГИМО, один из ведущих российских специалистов по странам Латинской Америки и личный друг Фиделя Кастро – уникальная фигура нашей эпохи. Талантливейший ученый и публицист, автор многих книг, опытнейший дипломат и разведчик. Забегая вперед, хотел бы отметить, что в 2003 году он был избран депутатом Государственной думы Российской Федерации. Но тогда, на конференции в Гаване в октябре 2002 года, именно он первым выступил от лица российских участников.