Последняя легенда - Лена Александровна Обухова

вставший в горле ком и смахнув со щек все же выкатившиеся из глаз слезы, Диана шмыгнула носом и оттолкнулась от двери. На мгновение застыла, упорядочивая мысли, потом пересекла комнату, открыла шкаф и сунула руку в карман жакета. Визитка все еще лежала там. Она достала ее, другой рукой беря смартфон. Внимательно набрала номер и прочистила горло, надеясь, что голос не будет дрожать.

– Добрый вечер, Антон, – произнесла максимально деловым тоном, когда на том конце ответили. – Простите, если звоню поздно. Это Диана Стрелецкая, вы недавно были у меня.

– Да, Диана, добрый вечер, – радушно поприветствовал ее Рябин. – Чем могу быть вам полезен?

– Я подумала о том, что вы мне сказали… И решила принять наследство Кирилла. Что мне для этого нужно сделать?

* * *

Когда дверь захлопнулась прямо перед его носом, Карпатский непроизвольно вздрогнул. Оцепенение, на несколько секунд сковавшее его после резких слов, отпустило, и он занес руку, чтобы ударить по двери кулаком, одновременно потребовав, чтобы Диана немедленно открыла. Но в следующую секунду рука его опустилась, а сам он устало привалился спиной к стене, прикрыв глаза.

Вот, видимо, и все. Не то чтобы совсем неожиданно, но как-то внезапно и глупо. Когда ему казалось, что он поступает с Дианой отвратительно и ей стоит послать его подальше, она только улыбалась и приносила ему завтрак, демонстрируя чудеса выдержки, понимания и всепрощения. И вот теперь, когда он совершенно не чувствует за собой вины, она вдруг взъелась на него и дала от ворот поворот. Почему так? Наверное, ему никогда не понять женщин.

Впрочем, если анализировать ситуацию отстраненно, можно предположить, что он просто накопил критическую массу ошибок и дошел до предела, когда достаточно одной крошечной капли, чтобы переполнить чашу терпения. Можно, конечно, попытаться все исправить, но зачем?

Однако нелепость ситуации все же раздражала. Да и момент весьма и весьма неподходящий: именно сейчас Карпатскому хотелось бы, чтобы Диана прислушалась к нему. Спокойно, без истерик. И если не признала его правоту, то хотя бы согласилась с ним, чтобы сделать ему приятное и не заставлять волноваться.

– Не принимайте близко к сердцу, – прозвучал рядом утешающий голос. – Она отойдет. Если не к утру, то хотя бы через пару дней.

Карпатский открыл глаза и посмотрел на Юлию Федорову, замершую в двух шагах от него. Интересно, как давно она здесь? И сколько слышала из его разговора с Дианой?

– С чего вы взяли? – хмуро поинтересовался он.

Она сочувственно улыбнулась.

– Я знаю, что Диана чувствует. Проходила через нечто подобное. Неуверенность. Ей хочется гарантий, а вы ей их не даете. Но как только решитесь, все наладится.

– Гарантий? Каких гарантий?

– Того, что она любима. Сейчас ей кажется, что вы просто проводите с ней время, развлекаетесь, так сказать. Ее это расстраивает. Она злится и боится. Она хочет значить для вас все, видимо, потому что вы успели стать всем для нее. А вы… про какие-то там территории…

– Вы, Юлия Андреевна, семейным психологом, что ли, решили стать? – резко перебил Карпатский. Не хватало только, чтобы всякие соплячки ему лекции читали!

Федорова, как показалось, совсем не обиделась, только шире улыбнулась и покачала головой.

– Можно просто Юля. И на «ты». Мы ведь теперь в одной команде. Ну, как минимум, в одной лодке.

– Угу, и вообще все мы одна большая дружная семья, – фыркнул он. – Извините, Юлия Андреевна, но пока дело не закрыто, вы все для меня только его фигуранты.

– И Диана тоже? – насмешливо уточнила она. – Ладно, Вячеслав Витальевич, держите свои щиты поднятыми, если вам так удобнее, но хотя бы подумайте о том, что я вам сказала. Будет жаль, если вы вот так нелепо расстанетесь. А теперь идемте.

Федорова повернулась к выходу и поманила его за собой.

– Куда? – буркнул Карпатский, оставаясь на месте из глупой вредности.

– Я дам вам номер. В комнате Дианы вас, очевидно, сегодня не ждут. Или, – она остановилась и полуобернулась к нему, – предпочитаете поехать домой?

Карпатский, может, и поехал бы, но знал, что в таком случае не сможет уснуть, волнуясь о том, что здесь происходит, гадая, не нужны ли Диане его помощь и защита. Поэтому он лишь послушно оттолкнулся от стены и пошел за Федоровой в холл. Там она, отогнав от компьютера ночного администратора, сама выбрала ему номер и протянула ключ-карту.

– Вы еще успеете зайти в ресторан и поужинать. Он работает до одиннадцати, но кухня закрывается где-то через час, так что не затягивайте. Персонал предупрежден, ужин будет за наш счет.

– С чего постоянно такая щедрость? – с подозрением поинтересовался Карпатский, принимая из ее рук карту.

Федорова только пожала плечами и снова улыбнулась.

– Даже если мы для вас всего лишь фигуранты дела, вы для нас уже часть команды.

* * *

На ее последнюю фразу Карпатский ничего не ответил, только зыркнул еще раз и пошел прочь, на ходу уточняя номер комнаты, в которой Юля его поселила. Она вздохнула и покачала головой, провожая его взглядом.

Коротко переговорив с Романом, Юля направилась к подвальному помещению, в котором стоял тот самый шкаф, который она в свое время собиралась разрубить и выбросить, но руки так и не дошли. Теперь оставалось только гадать, к лучшему это или к худшему.

Влад сразу отправился сюда и сейчас, по всей видимости, находился где-то внизу, поскольку еще не возвращался, а принесенная в подвал лампа – горела. Слегка поморщившись и с трудом уняв охватившую ее дрожь, Юля принялась спускаться по лестнице.

– Влад? Ты здесь? – позвала она, подумав, что здесь как-то подозрительно тихо.

Она как раз повернула вместе с лестницей и едва не вскрикнула, обнаружив у ее подножия человека в черном балахоне, но тот достаточно проворно скинул капюшон.

– Не пугайся, это я!

– Боже, Влад! – Юля резко выдохнула, испытывая редкую потребность как следует выругаться. – Зачем ты это на себя напялил? Где ты вообще это взял?

– В шкафу, – спокойно сообщил муж, пожав плечами. – Решил сразу примерить, раз уж нам в этом ритуал проводить.

Она все-таки пробормотала себе под нос пару умеренно крепких словечек и продолжила спускаться, на ходу уточняя и без того очевидную вещь:

– Это и есть та самая ритуальная одежда?

– Угу. Черные свободные накидки с капюшонами, шесть штук, размер универсальный.

Влад подвел ее к открытому шкафу и указал на лежащую внутри аккуратную стопку одеяний.

– Теперь мы все своего рода «черный человек», – хмыкнул он, вероятно, пытаясь немного разрядить атмосферу.

– Знали бы раньше, могли бы тоже принять участие в том флешмобе, – в