Последняя легенда - Лена Александровна Обухова

20 августа, пятница

Медвежье озеро

В тишине общей кухни сначала снова послышались шорохи и треск, а потом зазвучал женский голос. Очень печальный, как будто немного уставший, но при этом довольно твердый и уверенный.

– Раз уж вы нашли мой дом, не вижу смысла и дальше играть с вами в кошки-мышки. Не так должен был сложиться финал этой истории, но мы достаточно близки к цели, чтобы я могла без риска для результата вскрыть карты.

Юля в беспокойстве посмотрела на Савина. В отличие от большинства присутствующих он не сел за один из маленьких столиков, а остался стоять, привалившись к кухонному гарнитуру и опираясь на трость. Услышав голос, он крепче сжал рукоятку и стиснул зубы. Поймав Юлин вопросительный взгляд, едва заметно кивнул, как бы подтверждая: да, это голос Софии. Впрочем, она и сама это знала.

– Думаю, вы уже знаете, что я делаю и почему. Должно быть, осуждаете и считаете меня каким-то чудовищем. Но когда дело доходит до спасения любимого человека, все средства становятся хороши. Правда, Влад? Уверена, ты меня понимаешь, как никто.

Юля покосилась на мужа, сидевшего рядом с ней за одним столиком. У того на лице не дрогнул ни один мускул, а если какие-то эмоции и промелькнули во взгляде, то это скрыли темные очки. Но она и так знала, что слова попали в точку: совсем недавно Влад был готов пойти на убийство трех человек, чтобы спасти ее и свою сестру.

София на записи тем временем продолжала:

– А скоро вы все поймете, я вас уверяю. Потому что бо́льшая часть работы проделана, осталось совсем немного. По сути – всего один крошечный, но в то же время очень важный пунктик. Ритуал, который должны провести шесть отобранных мной человек. Вы их знаете: они получили от меня шесть медальонов. Думаю, схема вам знакома: пентаграмма, формирующая круг силы, и финальная точка внутри, она же ключ, открывающий дверь. Не бойтесь, я не потребую от вас жертв, мне не нужны ваши жизни. Жертвы уже принесены, медальоны напитаны их кровью.

Юля заметила, как на этих словах Соболев и Карпатский переглянулись, явно что-то друг другу сказав одними взглядами.

– От вас нужно следующее, – уверенно вещала София. – Во-первых, спуститься в подвал, где стоит старый шкаф. В нем вы найдете ритуальную одежду и кинжал. Крайне желательно, чтобы вы использовали их. Во-вторых, на внутренней стороне дверцы вы обнаружите шесть углублений, в которые нужно будет вставить медальоны. Во время проведения ритуала можете взять с собой свечи, ибо там темно, но только не фонарики. В-третьих, вам нужно будет добавить немного свежей крови, чтобы активировать медальоны. Вашей крови. Достаточно кольнуть ритуальным кинжалом указательный палец, ничего смертельного. По одной капле от каждого из вас на установленные на свои места медальоны. Порядок в целом не важен, значение имеет только кровь Дианы. Она ключ, поэтому ее кровь должна быть на медальоне в центре.

Не удержавшись, Юля посмотрела на Диану, как и многие в тот момент. Диана в свою очередь неловко кашлянула и скрестила руки на груди, словно закрываясь.

– Далее вам нужно будет закрыть дверь шкафа, встать как вам будет удобно и хором произнести: «Мы собрались здесь и заплатили кровавую дань, чтобы открыть тебе дверь». Когда услышите, как с той стороны трижды постучат, вы так же хором должны будете произнести: «Входи, входи, входи». После этого вам лучше отойти подальше и погасить свечи. Не двигайтесь и не произносите ни звука, пока не услышите, как откроется и закроется дверь шкафа, а потом – дверь подвала. Вы сможете безопасно покинуть подвал, когда Артем уйдет. Не пытайтесь его остановить или арестовать, иначе вам же будет хуже. Позаботьтесь о том, чтобы в гостинице и на озере в момент ритуала не было посторонних и никто вообще не попался Артему на пути к свободе. Каждый, кто окажется на этом пути, умрет.

Соболев, сидевший вместе с Кристиной за соседним столиком, в этом месте тихо фыркнул и, кажется, даже выругался, качая головой. Карпатский, которому, как Савину, не сиделось, недовольно посмотрел на него.

– Вы, наверное, сейчас спрашиваете себя, с какой стати вам все это делать. Я отвечу: если не сделаете, мой убийца, которого вы так любезно помогли вывести из лабиринта, придет за вашими близкими. На что он способен, можете спросить у ваших приятелей-полицейских. Первую жертву мы с ним уже наметили, о чем вы также уже знаете, раз она прибежала в гостиницу к вам за помощью. Вы, конечно, можете попытаться спрятать ее, но убийца способен прийти за кем угодно. Всех не спрячете. Вас шестеро, и у всех есть родители, братья или сестры, дети или племянники, возлюбленные и близкие друзья… Он будет убивать их по одному. И не думайте, что у каждой новой жертвы в запасе будет десять дней. Эта полночь станет последней бескровной. Как видите, я великодушна и даю вам немного времени, чтобы принять неизбежное, а также соответствующим образом подготовиться, в частности, освободить гостиницу от посторонних. Но если ритуал не будет проведен до следующей полночи, польется кровь. Много крови. Она будет литься каждую полночь, пока вы не освободите Артема. Жизни ваших любимых за жизнь моего – это честная сделка, согласитесь. А после мы оставим вас в покое. Федоровы освободятся от Медвежьего озера, как и все остальные.

На этом запись оборвалась, и в помещении повисла тишина, нарушаемая только дыханием и скрипом стульев, когда кто-то нервно менял позу.

– Кто что думает? – наконец поинтересовался Карпатский, окидывая собравшихся вопросительным взглядом.

– Патовая ситуация, – первым отреагировал Савин.

А Юля только теперь поняла, почему ее попросили прийти сюда без Галки: чтобы та не впала в панику раньше времени, осознав, что стала заложницей.

– Это даже не пат, – возразил Соболев мрачно. – Это шах и гребаный мат! Не сделаем, как эта психичка велит, начнем хоронить близких. Сначала Юлину подружку, а потом… кто знает, в каком порядке пойдет… И Нурейтдинов недоступен, когда так нужен! А когда он вернется, неизвестно…

– Если убийца добирается до жертв через зеркала, можно попытаться спрятать тех, кому может грозить опасность, в месте, где их нет, – предложила Кристина напряженно.

– Как и отражающих поверхностей, – добавила Юля. – Для верности.

– София права: всех мы не спрячем, – возразил Велесов. – Нас шестеро. Какой список каждый из вас может составить? Сколько там будет человек? В моем немало… Где мы их всех спрячем? Как надолго? Да и как мы им это объясним, чтобы они нас послушали?

– Вот именно, –