Дочь Вороньего Короля (СИ) - "Sleepy Xoma"

Произнеся это, она пошла дальше — к Мислии и Вилнару, а Лариэс, совершенно сбитый с толку, остался стоять, пытаясь понять: что, черт побери, тут творится!

На помощь ему пришел, как ни странно, Ридгар.

Кающийся подошел к юноше и, склонившись к нему, прошептал на ухо:

— Она имела в виду совсем не то, о чем ты подумал. Катержина — не какая-нибудь избалованная стихийная магичка. Она почувствовала, что сможет провидеть для тебя.

— Почувствовала?

— Потом, — раздраженно отмахнулся Ридгар. — Поговорим, когда окончатся официальные мероприятия.

Эти самые мероприятия стали для Лариэса настоящей пыткой — он жаждал узнать, что же именно имел ввиду Древний, что значит «сможет провидеть», почему именно для него, зачем, какой в этом смысл? Тысячи мыслей роились в голове юноши, заставив того забыть обо всем, включая свою главную обязанность — безопасность принца. Пожелай кто-нибудь причинить его высочеству зло, и юноша просто не заметил бы, столь глубоко он был погружен в размышления.

Позже Лариэс не смог вспомнить, где же именно проводился пир в честь гостей, сколько там было людей, и какие блюда подавались. Он что-то ел, что-то пил, с кем-то разговаривал, но все его существо было поглощено лишь одним: грядущим вечером. Лариэс вновь ощутил себя ребенком. Ему вспомнились те далекие, полные счастья и радости времена, когда родители были живы, и когда он — пятилетний мальчик, никак не мог дождаться обещанного на день рождения игрушечного меча. Постоянными вопросами и просьбами побыстрее начать праздник, он изводил родных, наверное, с неделю. В конце концов, отец разозлился так сильно, что весь день рождения Лариэс не мог сидеть.

К счастью, пытка ожиданием наконец-то закончилась: Древний Ридгар подошел к нему и жестом приказал следовать за собой. Когда это произошло, Лариэс едва ли не пулей помчался вслед за Кающимся, сгорая от любопытства.

Они покинули зал, затем молчаливый Ступивший на Путь Вечности повел спутника по многочисленным коридорам и не останавливался до тех пор, пока вышел на небольшой балкон, отлично приспособленный для стрельбы из лука по противникам, пытающимся прорваться к воротам замка.

Видя нетерпение Лариэса, Древний не стал тянуть с объяснениями.

— Катержина может, как ты уже убедился, видеть, что произойдет в течении пары ближайших минут, что, кстати, делает ее поистине страшным бойцом. Иногда дар Видящей прорывается неожиданно, это называется неконтролируемым трансом. Когда подобное происходит, она успевает надиктовать увиденное и отключается. К сожалению, впасть в транс Катержина может в самый неподходящий момент и со стороны это выглядит, как приступ падучей. Сам понимаешь, такое не способствует частым отлучкам из дворца.

Лариэс слушал, не перебивая. Он не понимал, почему Древний так разоткровенничался, но не собирался упустить, ни единой крупицы мудрости.

«Хочет делиться — что ж, прекрасно, кто я такой, чтобы мешать?»

— Так вот, — продолжил Древний, — раз есть неконтролируемый транс, то может существовать и контролируемый. Иногда Катержина чувствует, что может сделать предсказание конкретному человеку. Впрочем, ты, наверное, это и так знаешь, но сомневаюсь, что тебе известно, как она понимает это.

— Слышал краем уха. Как-то связано с физическим контактом?

— Именно.

— И поэтому Видящая касалась каждого из нас? — на всякий случай уточнил Лариэс.

— Конечно. Пускай она и слепая, но благодаря своему дару видит получше многих зрячих.

— Стало быть, Катержина будет прорицать для меня и Непобедимого?

Ридгар скривился, точно выпил бокал уксуса.

— Да.

— А еще для кого?

Тонкие губы вновь изогнулись в гримасе презрения.

— Увы, никого. Нас с Ори она проверила в первую очередь, — Древний вздохнул. — И, как всегда, повезло оборотню. Никогда не понимал, почему они с Катержиной в столь хороших отношениях и почему ее дар так часто срабатывает на этом клыкастом ублюдке.

Лариэс набрался смелости и задал достаточно опасный вопрос:

— О Ступивший на Путь Вечности, но почему вы рассказываете мне все это?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Честно? — Кающийся изогнул левую бровь и оценивающе посмотрел на юношу. — Потому что я хочу завладеть твоей душой.

Лариэс побледнел и отступил на шаг назад, упершись спиной в ограждение балкона.

«Черт, черт, черт!» — только и успел подумать он, пытаясь выхватить несуществующий меч. Как вдруг увидел нечто невероятное — губы Ридгара разошлись и тот расхохотался, запрокинув голову.

— Тебе бы сейчас в зеркало посмотреть на выражение собственного лица! — воскликнул Ступивший на Путь Вечности, отсмеявшись. — Неописуемое зрелище. Неужели у меня столь устрашающая репутация? Кажется, я никогда не хвалился умением вытягивать из людей души.

Краска стыда залила щеки юноши.

— Прошу меня простить, о Ступивший на Путь Вечности, — он ощутил, как кончики ушей пришли в движение, яростно дергаясь, — но я просто никак не могу понять, почему столь могущественный Древний, как вы, вообще общается с кем-то вроде меня.

— Виконт, скажи, тебе не надоело каждый раз начинать разговор со слов «О Ступивший на Путь Вечности» или «О Древний?» — напомнил Ридгар. — Будь попроще. Кажется, мы с Ори уже просили тебя об этом. Несколько раз.

— Да… господин.

Древний страдальчески закатил глаза.

— Сойдет, — он подошел к телохранителю, прислонившись к ограждению балкона рядом с ним. — Ты действительно хочешь знать, — почему я выделил тебя? Подумай хорошенько, прежде чем отвечать. Некоторые вопросы лучше оставлять незаданными.

На миг Лариэсу стало страшно, но уже спустя секунду его неуемное любопытство целиком и полностью взяло верх над здравым смыслом.

«Да ладно, что плохого может случиться от того, что я суну нос не в свое дело?» — подумал он, и произнес вслух:

— Я готов, господин.

— Свет твоей души слепит меня и притягивает, точно магнит.

На сей раз челюсть Лариэса отвисла.

— О Древний, я не понимаю, — с паническими нотками в голосе произнес он.

Ридгар вздохнул.

— Естественно, не понимаешь. Твоя королева знает, твой принц знает, думаю, что и первая Тень тоже в курсе, но тебя в подобные тайны никто не посвящал, верно?

— Да, О Ступивший на Путь Вечности.

— Да, Ридгар, — резко поправил его Древний. — Повтори.

— Да, господин Ридгар.

— Тебя не переделать. Ладно, господин, так господин, — сдался Кающийся. — Я уже говорил, что в моих ладонях смерть. А знаешь ли ты, что это значит?

— Что вы можете убить касанием?

— Очевидный вывод, — согласился его собеседник. — А почему так случилось?

— Нет, господин, — осторожно проговорил Лариэс.

— И не узнаешь — это к теме разговора не относится. Однако этот дар напрямую связан с моим проклятьем. Если кратко, то я вижу людские грехи. С тварями вроде твоей королевы или Мелиса мне физически неприятно находиться в одном помещении, сразу хочется отправить их на тот свет.

— Ее величество… — Лариэс хотел было возмутиться, но быстро передумал, посмотрев в глаза Кающегося, в которых читалось предостережение. — Я слышал, что вы можете говорить с душами невинно убиенных…

Перед глазами отчетливо встал недавний сон и вереница кошмарных образов за спиной у Древнего. Лариэс поежился, точно от холода, и постарался выкинуть странное воспоминание из головы. Все-таки сон — это всего лишь сон.

— Что-то в этом духе, — неопределенно ответил ему Ридгар. — Всех деталей тебе знать не обязательно. Так или иначе, но я сразу же распознаю людей, от которых неплохо бы очистить этот мир. Как следствие, я точно также вижу тех, чьи души не запятнаны злом. Их не так много, как хотелось бы, но с ними мне нравится общаться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Лариэсу сразу же вспомнилось, с какой теплотой и заботой Ридгар отзывался об Орелии.

«Возможно, это связано не только с их долгой дружбой, но и с тем, что она — святая», — мелькнуло у виконта мысль.

— Господин, не хотите ли вы сказать, что я достоин вашей дружбы?