Разрушитель судеб - Виктория Авеярд

– Вы говорите об Эйде, леди Ковалинна.

Вальнир склонил голову и отступил на несколько шагов назад, давая Корэйн больше пространства.

– Да. О своей сестре, – сказал он. – Так уж вышло, что два отпрыска нашей великой семьи стали ее погибелью.

Корэйн вспомнила Эйду на берегу Зоркого моря, когда та вела за собой джидийский клан и армию Древних. «Прямо навстречу злому року», – горько подумала она. В глубине души ей хотелось обвинить Вальнира и заставить его признать ошибку. Отказавшись браться за оружие, он обрек на смерть как принцессу Рию, так и свою сестру.

Но в его глазах Корэйн увидела тоску и мучительное чувство стыда. «Он все прекрасно понимает и изо всех сил пытается исправить ошибки».

– В те времена Веретена горели не только в Оллварде, но и в Глориане. – Вальнир сложил руки на груди, меряя шагами тренировочную площадку. – Порталы вели в разные миры: в Ирридас, Миэр, Перепутье, Вард. Мы верили, что Веретена представляют угрозу для нашего мира и что их надо закрыть любой ценой.

Корэйн слышала в его ровном голосе нотки едва сдерживаемой ярости.

– Но ваш народ был с вами не согласен.

– Глориан несет свет всех миров, а свет необходимо распространять, – ответил он. – Так говорил наш король. Мы были обязаны странствовать по бесконечным мирам, озаряя их величием Глориана.

– В моих жилах тоже течет Веретенная кровь, – неуверенно произнесла Корэйн. В ее памяти всплыло лицо Таристана, и она поморщилась. – Я знаю, каково это – слышать зов странствий.

Взгляд Вальнира был затуманен. Корэйн сомневалась, что Древний услышал ее слова.

– Меня утешает лишь то, что я оказался прав насчет Веретен, – прошептал он. – В конечном итоге.

Сглотнув ком в горле, Корэйн взглянула на до боли знакомый меч на скамье. Иногда он казался ей тяжкой ношей, иногда – опорой. Сегодня он напоминал ей компас, стрелка которого указывала неизвестное направление.

Древний не сводил с клинка желтых глаз.

– Меч, выкованный в самом сердце Веретена, – выдохнул он и протянул руку к клинку. – Позволишь? – спросил он, указывая на рукоять.

Корэйн откуда-то знала, что он примет любой ответ. Она медленно кивнула.

Древний обхватил длинными пальцами рукоять. В следующее мгновение клинок вырвался из его рук, разрезав воздух стальной вспышкой, и указал острием на лес Сиранделя.

– Напротив молота и наковальни нить златая, а между ними – хладная сталь. Портал откроешь ты клинком и кровью, их сочетанье – ключ, чтобы умчаться вдаль.

Вальнир повернул лезвие, так что в нем отразилось солнце, и таинственные символы вспыхнули на фоне украшенной гравировкой сияющей стали.

– Так вот что написано на мече, – ахнула Корэйн, в очередной раз пытаясь прочесть слова, написанные изящными, непостижимыми для нее буквами. – Вы говорите на языке Древнего Кора?

Вальнир с мрачным видом вложил Веретенный клинок в ножны и осторожно положил его на скамью. Он относился к мечу с нежным благоговением, как родитель к собственному ребенку.

– Говорил немного, – ответил он. – Когда-то давно.

Корэйн обдумывала увиденное. Как только Вальнир взял меч в руки, его взгляд внезапно смягчился. Словно он смотрел на друга. Или на дитя.

– Их выковали вы, – выпалила Корэйн.

Улыбка Древнего походила на тонкий изгиб полумесяца, но не касалась его глаз.

– Вы изготовили меч моего отца. И меч Таристана тоже. – Голос Корэйн дрожал. – Вы выковали эти два Веретенных клинка.

– Их было гораздо больше. Но в этот мир попали лишь два. – Вальнир покачал головой. – С тех пор я ни разу не смотрел в сторону кузни.

Корэйн снова окинула взглядом блестящий рубец на горле Древнего.

– И по этой причине на вашу шею накинули петлю.

Вальнир пожал плечами.

– Петля была лишь угрозой.

«Ничего себе угроза», – подумала Корэйн, тяжело сглотнув.

– Смерть или изгнание. Вполне очевидно, какой выбор сделали мы с сестрой, – продолжил он, прикоснувшись пальцем к лезвию клинка. На его коже выступила одна-единственная капля крови. – Мы пришли в Вард после того, как нас отверг наш собственный народ. За нами последовало лишь несколько видэров, те, чей образ мысли походил на наш. Нас не приняли в Айоне, поэтому мы воздвигли Сирандель. А когда Веретена переместились… – Он отвел руку от меча, и его прекрасное лицо на мгновение исказилось от боли. – Глориан был утрачен, и изгнанниками стали все мы.

Корэйн чувствовала в своем сердце отзвуки той же боли, которая никогда не угасала до конца. Она знала, пусть и в незначительной степени, каково это – быть потерянным и не иметь надежды вернуться домой.

Обратив взгляд на деревья, Вальнир раздраженно вздохнул и щелкнул языком.

– Пойдем, в парадном зале какая-то суматоха, – произнес он, не сводя глаз с лабиринта каменных деревьев. Что он увидел среди них, Корэйн не знала: ее смертные глаза и уши, к сожалению, были здесь совершенно бесполезны.

– Хорошо, – сказала она и закинула Веретенный клинок на плечо.

Меч давил ей на спину подобно тяжелому якорю, пока она покорно следовала за Вальниром. Ее сапоги поскрипывали, касаясь каменных плит и палой листвы, в то время как Древний шагал абсолютно бесшумно.

Всю дорогу в ее голове бушевал ураган мыслей. «Вальнир отправляется в поход не потому, что считает это верным решением, – поняла Корэйн. – Он жаждет мести. И, возможно, хочет искупить хотя бы часть вины».

* * *

Парадный зал Вальнира так ярко выделялся на фоне леса, что Корэйн не понимала, как вообще могла не заметить его в первый раз. Она прошла под двумя изогнутыми в виде арки деревьями с цветами из золотистого стекла и обнаружила, что комната заполнена Древними воинами. Они стояли небольшими группами, переговариваясь между собой на мелодичном и загадочном языке. Корэйн с восхищением рассматривала их оружие – ножи, луки и копья, – начищенное до блеска и готовое к бою.

Толпа расступилась перед ними, освобождая проход к трону. Вальнир зашагал вперед, но Корэйн за ним не последовала – надеялась затеряться в толпе. В следующее мгновение ее взгляд упал на нечто странное, и сердце в груди замерло. Чувства сдавили грудь, и Корэйн показалось, что из легких выкачали весь воздух.

Перед троном находились две фигуры. Один из мужчин стоял на коленях и выглядел ужасно знакомо.

Корэйн попыталась позвать его по имени, но из горла вырвался лишь нелепый писк.

Тем не менее он ее услышал.

Преклонивший колени мужчина развернулся так быстро, как только мог. Он двигался неуклюже, и Корэйн опасалась худшего. Затем она поняла, что существует еще более пугающая вероятность.

– Ты настоящий? – выдавила она дрожащим голосом. – Или я вижу сон?

Ей казалось, что она вот-вот проснется, подскочив на