Душеприказчица Мерил Пери - Ева Финова

– Еще раз дотронешься…

– Джентльмены! – Я хлопнула в ладоши, чтобы отвлечь внимание. Как раз вовремя. Потому что Жутик успел близко подобраться к нам и теперь недовольно скалился, то и дело поглядывая назад, на ель.

Первым ожидаемо откликнулся Лупертино.

– Да-да?

– Хватит выяснять отношения! Думаю, у нас есть дела поважнее, – я кивнула вперед, вспоминая направление, по которому меня направила Сьюди, – управляющая нас ждет.

– Вряд ли, – вякнул Тгрум, ухмыляясь. – Но вам действительно стоит это увидеть. Может быть, успеете перехватить побольше конфет, пока какие-нибудь ушлые ребята не растащат всю повозку.

Я озадаченно моргнула один раз, второй. На третий не выдержала и переспросила:

– Растащат? В смысле своруют пришедший товар у управляющей? – Я нахмурилась, хоть и не хотела этого. А заодно вскликнула: – Ой! Так надо же ее спасти!

Схватив Алистера за локоть, я поспешила исполнить задуманное, не обращая никакого внимания на то, что Луперт и рыжий нахаленок остались стоять на крыльце.

* * *

Двадцать минут спустя

Площадь перед поместьем Виндоухардов наконец опустела, когда местные с завидным рвением оттащили на лесопилку в прошлом «праздничное дерево», а в нынешнем ничейную ель, чтобы пустить в дело каждый ее дюйм. А судя по достигнутой договоренности, кому-то достанутся опилки на растопку, кому-то дрова, кому-то разделочные доски, ножки от стульев и много чего еще.

А в том месте, где еще некогда произрастало высокое, несуразное по своей форме дерево, словно согнутое дугой, теперь зияла овальная глубокая воронка, из которой выглядывала кромешная темнота. Нечастые солнечные лучики, пробивающиеся сквозь большие кучевые облака, не высвечивали дна глубокой-глубокой ямы.

Но вот секунду спустя из абсолютной непроглядной темноты показался рубиновый жук. Он медленно семенил по грязи множеством тоненьких ног, то и дело останавливаясь. Брюшко его блеснуло ярко-алым светом, когда драгоценное насекомое медленно, опасливо поднялось выше, чтобы выглянуть наружу в поисках бдительного охранника, который и гонял кровавый артефакт по всему городу ранним утром.

Правда, собрату магического рубина, карбункулу, ночью закопанному под старой высокой елью в Винде, повезло больше. Потому что о нем все забыли, и он уже вновь освободился из земляных оков и медленно, перебежками, пробирался в сторону Виндоухарда. Братья-артефакты, разделенные многие десятилетия назад, мирно спали до тех пор, пока кое-кто их не разбудил, напитывая камни магией злобы и ненависти. Рубиновый жук заспешил в сторону ближайшего поместья дожидаться новую жертву, а заодно прибытия брата-артефакта.

Глава 13

Несчастный ковер

Волшебство стояло в воздухе. Не плавало, не чуялось, а именно стояло. А сам дом Виндоухардов словно дышал, скрипел и двигал стены внутри себя по мановению руки опытной ведьмы. Короба взялась за обустройство жилища, в котором планировала скоротать оставшиеся деньки – без малого еще пару-тройку сотен лет. А для этого ей и ее подруге требовалось очень и очень многое. Чем сейчас и были заняты обе чародейки.

Конюх, столь неподобающе встретивший гостей, теперь уже вновь обретался на конюшнях в одном из пустующих стойл. Малкуэл после недолгой перепалки наконец согласился помочь дамам навести в поместье порядок и отнес его туда, где и оставил. Ведь как издавна повелось, ведьмин порядок – это довольно сложная штука, требующая немалой концентрации, усилий и даже настроения. А какое может быть настроение, если на полу под ногами спит непробудным сном пьяница, источающий неподобающие случаю ароматы? Правильно, никакого. И это следовало исправить в первую очередь.

Магия обнимала стены волнами, поочередно окрашивая их в лиловые, аквамариновые, салатовые, голубые цвета, пока обе хозяйки положения не сошлись на лимонно-желтом. Кадки с цветами, в том числе и ядовитыми, используемыми в малых дозах при изготовлении настоев, образовали в углах холла настоящие зеленые островки. Густые деревья словно произрастали из пола, настолько гармонично был подобран его цвет под горшки и стволы комнатных деревьев.

Лестницу же обвивал темно-синий плющ. А окна украшали золотистые вязаные занавески с крупными буклями, пропускающие свет в достаточном количестве. Но главной достопримечательностью этого помещения можно было с уверенностью назвать люстру. Цветная конструкция из хрусталя и прочих магических накопителей радовала глаз, с непривычки – до легкого ощущения головокружения.

В прошлом темный, непрезентабельный дом Виндоухардов теперь значительно преобразился и буквально сиял магией, окружающей все вокруг. Оставался последний штрих, который мог бы закончить преображение холла, но увы, именно он и стал камнем преткновения, а заодно и пустил трещину в еще некогда прочной и нерушимой дружбе двух природных ведьм.

– А я говорю, именно здесь должен лежать наш ковер. – Голос Коробы неприятно дребезжал. Пальцы ее крючились, указывая на центр помещения.

– Нет! – упрямо возразила Шанра, подбоченившись. – Вот еще! Будет кто попало вытирать ноги о наш дорой коврик! Он ведь и в самом деле дорогой, ирвинтведский…

Сказав это, ведьма погладила беднягу, свернутого рулоном. Сейчас он послушно стоял у стеночки возле коридора, ведущего на кухню.

– А мы на входе табличку повесим: «Разувайтесь при входе», – поумничала Короба. – Иначе я не вижу здеся иного помещения, куда бы мы могли его поместить целиком. А то придется его обрезать или, что еще хуже, разделить на половины.

Услышав о нелегкой судьбе, которая его ждет, ковер затрясся. Крупная волна прошла по его поверхности, а Шанра поспешила успокоить своего любимчика:

– Ну-ну, чего ты, мой дорогой, боисся? Я тебя в обиду не дам. Вот только решу вопросик с одной ослицей упертой…

– Это я-то ослица? – изумилась Короба, топая ножкой. – Я-то?!

– Ага-ага, – согласилась вторая. – Скажи: «Иа», и будет точь-в-точь!

Казалось, еще немного – и случится страшное, настолько яростным выглядел взгляд колдуньи. Комнатные цветочки, как по команде, предчувствуя мощнейший выброс негативной энергии, свернули листья в трубочку, обернулись стволами к стене, будто не хотели стать свидетелями грядущих событий. А ковер еще больше затрясся под ладонью Шанры.

Но вот случилось неожиданное событие. Парадная дверь распахнулась, и на пороге появились сразу двое: патлатый красавец (как его окрестили обе колдуньи) и рыжий конопатый мальчуган, который ни одной из них не был известен ранее.

Еще более возмутительным событием стал крик, с которым вошедшие переступили порог, нещадно пачкая доски пола.

– Малк, ты где?

– Вот! – возликовала Шанра. – А я о чем!

– Дык нет же таблички, – отмахнулась Короба. Ее ярость, на радость всего дома Виндоухардов, вмиг поутихла. – А вот будет табличка…

– Нет, нет и нет! – наотрез отказалась ведьма. – Я уж лучше на втором этаже его постелю, а ежели надобна будет, снесу стеночку лишнюю, чтобы не кромсать нашего любимчика.

– Ла-а-адно, твоя взяла, – быстро сдалась вторая, переведя заинтригованный взгляд на Лупертино и