Узурпатор ниоткуда - Дмитрий Дубинин

— Это невозможно, — заявил Жоам, сделав небольшую паузу и поиграв гранатой. — Мистер Эндрю Маскаев — мой советник.

— В таком случае, — осклабился Джон Смит, — продолжения разговора не будет.

— Это я буду решать, когда заканчивать разговор, — объяснил ситуацию Алварес.

— Нет, сеньор командир… Это не тот случай. Вам ведь нужны наши корабли. Я полагаю, что очень нужны. Более того, я знаю, зачем они вам нужны. Если мы задержимся здесь на срок, больший, чем контрольный, транспорт с людьми вернется в Лагос, а второе судно останется. Только оно станет для вас не союзником, а противником. Притом серьезным противником.

Жоам молча признал весомость аргумента. И все же он не привык быстро сдаваться:

— Но ведь ваши суда уже почти здесь? Значит ли это, что данный факт оплачен?

— Совершенно верно. Мистер Кейдж уже перечислил определенные средства на счет нашего фонда. Их как раз хватило на аренду судов, топливо для них и провизию для людей… Чертовски прожорливых людей, надо сказать… Но за деликатную работу мистер Кейдж обещал и деликатную оплату. Мы здесь для того, чтобы получить окончательный расчет и выполнить окончательную работу, сеньор командир. Но нам нужна предоплата.

— Есть ли в этом соглашении особые условия? Например, такой вариант… Допустим, я откажусь от ваших услуг прямо сейчас и посоветую вам немедленно убраться ко всем чертям?

Нигерийцы переглянулись. Потом заговорил пигмей:

— Этот вариант будет означать только то, что мы не станем вам помогать. И не будем обещать, что не станем вам мешать.

Все было предельно ясно. Жоам повернулся ко мне и сказал по-русски:

— Выйди. И закрой за собой дверь.

Что было делать — я поднялся. Разумеется, я тут же вообразил, что мне представится возможность подслушивать под дверью, но я просчитался. Нигерийцы потребовали, чтобы дверь оставили открытой, а в проеме встал один из солдат и проследил, чтобы я торчал на достаточном расстоянии.

Пришлось мне идти курить на лестничную площадку. Я понимал, что как никогда близок к смерти от любопытства, но поделать ничего не мог. Жоам был моим командиром, а приказы не обсуждаются, к тому же я понимал целесообразность переговоров. Корабли и наемники из Нигерии были слишком крупным козырем, чтобы Жоам легко от него отказался.

Время шло. Я выкурил еще одну вонючую сигарету из неизвестно чьих запасов, найденных в помещениях аэропорта, а переговоры все никак не могли закончиться…

Внизу хлопнула дверь и послышались тяжелые шаги. Три солдата из Тонга-Со. Я в очередной раз спокойно затянулся, как вдруг какая-то сила вырвала из рук автомат, затем страшный удар заставил меня согнуться, а после этого мне завернули за спину обе руки и в два счета скрутили чем-то так, что я вскоре потерял в них чувствительность. И тут же меня поволокли в направлении штаб-квартиры. Вся операция заняла секунды три, наверное.

Сказать, что я был удивлен — значит не сказать ничего. Уж такой подлости я не ожидал от Жоама. Поскольку вряд ли кто-то из его подчиненных решил бы проявить подобное самоуправство. Значит, Алварес решил выполнить условия. Черт, как это все паршиво…

Так оно и оказалось. Когда меня втолкнули в комнату, на мордах нигерийцев светилось торжество. Жоам и Майк были мрачны.

— В чем дело? — спросил я по-русски.

— Ну вот, мистер Смит. Что вы просили, то и получили, — ледяным тоном объявил Жоам.

— Отлично, — сказал Смит. — И мы его забираем прямо сейчас.

— Нет, — возразил Жоам. — Вы его заберете, только когда я и мои люди посмотрят на ваши корабли и посчитают, НЕ БОЙСЯ, сколько боевиков вы прислали сюда.

«Не бойся» Жоам произнес по-русски, явно адресуя эти слова мне.

Нигерийцы, похоже, были раздосадованы таким поворотом событий.

— Мы так не договаривались, — зашипел пигмей.

— Верно. Но я повторяю — пока я не получу достоверной информации о предмете соглашения, РУГАЙСЯ, платы вы тоже не получите.

Я дернулся всем телом и выдал в воздух почти весь запас известных мне английских проклятий.

Жоам не спеша встал, подошел ко мне и вдруг резко вдарил кулаком прямо в солнечное сплетение. Второй раз за несколько минут, о боже!.. Пока я, хрипя, корчился на полу, Жоам вернулся на свое место и заявил:

— Завтра вы получите этого парня. А сегодня вечером ваши посудины пусть подойдут ближе к берегу, чтобы я мог рассмотреть их в бинокль. И чтобы я позже убедился, что мои люди отправятся именно к ним.

— Но вы же сами можете подняться на борт, — сказал Смит.

— Нет. Я не могу так рисковать. Пойдет мой помощник. И если вы с этим согласны, то и я согласен на все условия. Повторяю, этот человек — ваш. Но только после того, как мой помощник побывает на посудинах. Вы же понимаете, что я должен убедиться, годятся ли они для моих целей.

Толстый задумался. Роджер Буш встал, гримасничая.

— У нас заканчивается время, — сказал пигмей.

— И что? — спросил Алварес.

— Вашему помощнику придется отправиться с нами сейчас, — потребовал он.

— Нет, — твердо ответил Жоам. — Сейчас у него масса неотложных дел. А мне достаточно будет того, что сегодня вечером смогу увидеть ваши суда в бинокль.

— Но где гарантия, что вы не освободите этого парня, когда мы уйдем? — спросил Смит.

— Но ведь если я его освобожу, я не получу от вас помощи, — презрительно произнес Жоам, всем своим видом показывая, что его тошнит от тупости собеседников.

Нигерийцы перебросились между собой несколькими фразами на неизвестном мне языке.

— Придется вам поверить, — сказал Джон Смит. — Завтра утром мы снова придем сюда, и с нами на борт отправятся ваш помощник и этот человек.

— Согласен, — сказал Жоам. — и еще два солдата из моей охраны. Ваш катер, насколько я успел его разглядеть, легко возьмет на борт шестерых человек.

— Пятерых, — возразил пигмей.

— Это значит, что достаточно будет одного телохранителя, — добавил толстяк. — И то много. Мы не собираемся причинять вред вашим людям.

— Если я правильно понял, мы договорились? — спросил Жоам, вставая. Как бы там ни было, спеси у него поубавилось.

— Да. Ждите нас завтра в девять утра по местному времени.

— Нормально.

— Тогда до завтра. — Толстый встал и показал зубы.

Алварес тоже показал зубы.

— Проводи гостей, — обратился он к солдату.

Никто даже и не подумал протягивать руки для пожатия. Черные люди решили, что нет места для подобного лицемерия. Видимо, и та, и другая сторона пришла к выводу, что условия договора оказались в определенной степени кабальными для каждой из них.

Но какова же роль Андрея Маскаева в договоре между нигерийцами и моим бывшим шефом? Судя по моему плачевному положению, я все-таки стал «слепым крокодилом».

Пока Жоам и Майк провожали нигерийцев, которые добились-таки своего (но почему, черт возьми, я им так понадобился??) я с трудом встал и перебрался на стул. Солдаты внимательно следили за мной, наверняка готовые ко всему. Но что я мог сейчас сделать? Тем более что не прошло и минуты, как в комнату вернулись Жоам и Майк.

— Ну что, в подвал его? — спросил Жоам.

— Тебе виднее, командир, — ухмыльнулся Майк.

Вот тоже скотина! И чего он так злорадствует? Неужели увидел во мне конкурента на престол? Кретин… Вот уж чего мне никогда не было нужно, так это сомнительной славы главы государства… Тем более несуществующего.

Меня вывели на лестницу, и Жоам с Майком принялись ржать. Мне, естественно, было не до смеха, и даже когда Алварес достал нож и разрезал веревки на моих руках, я не увидел в этом особого юмора.

Зато я был свободен! Руки, конечно, не слушались, но я изловчился и стукнул своим тяжелым ботинком Жоама по голени. Тот охнул, но потом принялся хохотать пуще прежнего.

Я ничего толком не понимал.

— Пошли, парень, — сквозь смех проговорил Алварес. — Тебе надо выпить чего-нибудь.

— Да и я не откажусь, — заявил Майк.

— Подсыплете мне чего-нибудь, и в подвал? — зло спросил я.

Этот вопрос вызвал у Жоама и Майка новый приступ смеха. К этому моменту мы уже вышли из здания. К нам подошел солдат и что-то доложил.

— Отлично, — сообщил Жоам. — Нигерийцы отправились восвояси.

— У нас ведь нет никаких электронных устройств для обнаружения «клопов»? — спросил Майк.

— Не думаю, что мне подложили микрофоны, но я отправлю двух толковых парней пошарить под стульями, — ответил Алварес. — Хотя мне придется на некоторое время все равно поменять штаб… Ладно, это не проблема… Андрей, пошли, сейчас выпьем… Немного. Боюсь, спать тебе сегодня не придется. Готовься.

— К чему? — Я все еще ничего не понимал.

— Мы с тобой отправимся в море. Только не к этим мерзавцам, конечно же.