Портрет Ласточки - Константин Константинович Романов

Ласточка? — поинтересовался Паристо, посматривая в окно. — Найти два оставшихся осколка, а потом что?..

— В первую очередь, мессир архимаг, — отвечала она, — мне нужно поговорить с двумя оставшимися подозреваемыми. Я уверена, что это не они устроили преступление, их хочет подставить настоящий злодей. Но есть ещё один важный… — она переглянулась с Кенцилем, тот, кажется, понял, о чём речь, — факт, о котором бы я хотела умолчать до окончания расследования.

— Твоё право, — спокойно отчеканил седовласый чародей. — Три подозреваемых скажут, что ничего не знают о заказчиках оружия, мозаичное панно в подземелье ты восстановишь. Что дальше?

— Есть ещё улики, — сказала Ови. — У меня три месяца назад пропали туфли, а в день убийства — запасные перчатки.

— Это не улики, их могла выкрасть любая сокурсница, — поглядывая на песочные часы, заявила великанша.

— Я видела следы в подземелье, такие же, как у меня, — продолжала девушка. — Злодей целенаправленно подставляет меня, если раньше об этом можно было только догадываться, то сейчас я уверена в этом. А про перчатки мне рассказал раненый стражник, убийца совершал преступление именно в моих!..

— Не повышай голос, сколько можно повторять, — флегматично заявила Альцира.

Овроллия развела руками, тяжело выдохнула и взглянула на потолок. Узорчатая лепнина отражала название академии во всей красе: раскрытые пергаменты и пишущие перья в снежинках и имитирующих ветра волнах напоминали о призвании тех, кто находился в стенах Белопергаментной. Ректор повернулся от окна и, стукнув тростью по ножке кресла своего заместителя, начал говорить:

— Преступление нужно раскрыть как можно быстрее, Ласточка. Поэтому я не буду препятствовать тебе, пусть твои доводы и кажутся мне необоснованными.

— Она проверяет их, Паристо… — тихо проговорил Кенциль, но старец остановил его жестом и продолжал:

— Мы уже поговорили с госпожой Лёдериц, поверь, разговор был не из приятных. Пришлось вовлечь её в суть нашего плана, ибо проницательности этого прекрасного холодного куска мрамора позавидуют в префектуре. Ты помнишь? У тебя осталось несколько дней до того, как сюда прибудет верховный юстициар.

— Помню, нессир, — отчаявшись, отвечала Ови. — Если он приедет сюда, даже вы не защитите меня. Никто не защитит.

— Разве что посольство вашего королевства, — сказала великанша, — ведь фактически ты остаёшься подданной Вайндуола, имеющей право на временное проживание здесь из-за статуса студентки.

— Так ли страшен тот юстициар? — поинтересовалась молодая чародейка. — Неужели он судья, царь и бог в одном лице?

Архимаг Паристо в два долгих шага подошёл к столу Альциры, отложил трость и опёрся на поверхность ладонями, наклонившись к девушке. В его глазах не было ни магии, ни эмоций, однако она прочувствовала серьёзность ситуации из напоминающего бьющееся стекло голоса старца:

— Коннерат Вильцеар может запытать самого миролюбивого ангела, чтобы тот сознался в том, что является демоном. Учти это и готовься к худшему. Если расследование не будет завершено вовремя, ты должна понимать, чего ожидать.

— Неделя, нессир архимаг? — справляясь с дрожью в голосе, спросила Ови.

— По моей информации, ему на стол уже начали поступать документы о произошедшем в стенах академии. Скоро юстициары Квольцетара найдут что-то в изымаемых ценностях и передадут в префектуру. Неделя, Ласточка. А тебе ещё предстоит найти третий осколок и допросить последнего подозреваемого, который, как я понял, должен находиться где-то на границе доминиона, — он взглянул на Альциру. Та мельком поглядывала на свои песочные часы, держа пальцы сцепленными. — Но у всего есть своя цена. То, что ты сейчас услышишь, не понравится тебе. Да, тебя будет сопровождать Альцира, но не только она решила быть рядом с тобой…

* * *

Проверив провиант и вооружение своих подчинённых, старшина юстициаров Лёдериц дала команду на выход из стен академии. Овроллия, которая ещё не могла прийти в себя из-за того, что ей запретили брать с собой Илеса, проводила его тоскливым взглядом. Полурослик, укутываясь плотнее в накидку и поправляя худ на голове, в знак прощания поднял вверх ладонь. Девушка нашла в себе силы и ответила тем же. Однако Илес, когда перед его лицом проехала могучая телом магистресса, пугливо съежился и вложил руки в карманы.

Дюжина всадников спустилась с западного холма, на котором стояла Белопергаментная, в низину, к перекрёстку. Дальше по прямой дорога вела в сам Квольцетар, а перпендикулярно ей шёл безымянный тракт, огибающий город и отделяющий от него академию и ратушу. Конные направились налево, на восток, быстро проехали академию и чуть задержались у подъёма, ведущего к городской ратуше. Старшина юстициаров о чём-то переговорила с каким-то офицером, патрулирующим округу с двумя конными напарниками, и дала команду ехать дальше.

К вечеру, когда отряд проезжал по тракту, разрезающему огромный еловый лес, поднялась метель. Понимая, что дальше дорогу занесёт и даже чудодейственная магическая технология акадари по поддержанию тракта в относительно чистом и не заледенелом состоянии не поможет им, Лёдериц приказала разбивать лагерь. По её взгляду Овроллия понимала, что она до сих пор не откажет себе в удовольствии как-то уязвить юную чародейку, потому девушка старалась даже не смотреть в сторону ледяной девы.

После постановки лагеря в овраге и розжига нескольких костров с помощью притороченных к лошадям юстициаров резонаторов, Кресци и Рицент подозвали Ласточку к себе. Весь вечер, вплоть до появления среди крон цветного марева полярного сияния, выпускники неторопливо обсуждали своё, изредка прерываемые допросами от сопровождающих стражников. К удивлению молодых, магистресса Альцира быстро нашла общий язык с Лёдериц. Они расположились в стороне от остального лагеря, и чуткий на манер орла красноносый Рицент обрывками слышал, как зрелые чародейки обсуждают историю и вступление в должность какого-то нового префекта в одной из префектур запада.

К утру буря стихла. Когда свет начал пробиваться через еловые ветви и очередной дозорный юстициар приготовился к смене караула, Лёдериц приказала всем собираться.

По изгибающейся змеёй дороге на север отряд съехал в сторону. Показался выход из ельника, но с той стороны приближалась жуткая на вид метель. Вздымая клубы ночного снега, по тракту двигался тяжело вооружённый отряд. Овроллия и её друзья в изумлении осмотрели идущих рысью конных в роскошных боевых мантиях и с сияющими перламутром, обсидианом и багрянцем навершиями посохов. Магистресса Альцира, расположившись рядом с выпускниками, вполголоса заявила, что для укрепления границы с землями мёртвых идёт сторожевое войско. Кресци спросила:

— Неужели дела плохи, мессира?

— Всё в порядке, — отвечала великанша, поправляя меховой воротник, — армии разных префектур сменяют друг друга по расписанию. Те, кто сейчас на границе, уйдут в месячный отпуск. Да, дорогие мои, на стражу границы призывают даже из тех префектур, что не граничат с землями Апалаи, землями мёртвых.

Следом за конными ехали телеги с вооружёнными пращами