Поместье любовных грез - Сильвия Торп

Сэр Хамфри женился на Сюзан Хоксуорт в Лондоне, вскоре после того, как они встретились в Бате, но он не осмелился открыть тайну этого брака кому бы то ни было, а в первую очередь дяде, своему опекуну, который устраивал для него брак на наследнице. Безнадежно погрязший в долгах, осаждаемый кредиторами и страшащийся гнева своего дяди, Хамфри – который, судя по всему, был обаятельным, но слабым молодым человеком – оказался в водовороте событий, которые ему не хватило мужества остановить. Он повторно вступил в брак с подобранной для него богатой невестой.

Со своей настоящей женой он был более счастлив, чем того заслуживал, поскольку она сильно любила его. Слишком сильно, чтобы погубить, предав огласке правду, когда, в конце концов, он ей во всем признался, и слишком сильно, чтобы с ним расстаться. Она выбрала единственный открытый для нее путь, невероятно трудный и мучительный, проведя всю оставшуюся жизнь в качестве «любовницы» своего мужа и видя другую женщину на месте, по праву принадлежащем ей.

Сэр Хамфри составил завещание в пользу Джейсона и спрятал его вместе с документами, подтверждающими его брак с Сюзан и законность рождения Джейсона, в надежном тайнике. Возможно, он бы рассказал правду и самому Джейсону по достижении им совершеннолетия, если бы юноша остался в Таррингтоне, но Джейсон, бесшабашный и заносчивый, ожесточенный насмешками, которые ему приходилось сносить всю свою жизнь, уехал, и правда осталась тайной, известной только сэру Хамфри и его жене.

Падение с лошади оборвало жизнь Хамфри в расцвете лет. Доктора Мередита пригласили на консультацию, и он сразу сказал, что страдания облегчит, но здоровье вернуть не в силах. Всем было ясно, что Хамфри умирает. В те минуты, когда он находился в сознании, он снова и снова умолял привести к нему Сюзан.

– Мы бы с готовностью это сделали, – произнесла няня, – потому что нельзя отказывать умирающему. Но миледи поклялась, что она не пустит миссис Хоксуорт на порог дома. И она не шутила! Она всегда ненавидела Сюзан Хоксуорт, потому что та была настоящая красавица и сэр Хамфри любил ее. А между ним и ее светлостью никогда не было ничего, кроме ненависти!

Памела вздохнула. Как же сильно Сюзан Таррингтон должна была любить своего мужа и каким мужеством обладать, чтобы хранить верность и молчание своему единственному на протяжении тридцати лет.

– Помню, дело близилось к вечеру, – рассказывала няня. – Я ухаживала за сэром Хамфри в большой спальне. Не один раз я думала, что он уже покинул этот мир, так неподвижно и тихо он лежал, но вдруг однажды глаза у него открылись. «Няня, – говорит он мне своим несчастным, слабым голосом, – ты должна мне помочь. Прежде чем я умру, нужно исправить величайшую несправедливость». Потом он рассказал мне про то, что они с Сюзан – муж и жена, а их мальчик – наследник Тарриштона, и умолял меня найти бумаги, которые это подтверждают, и принести ему. «Где они? – спрашиваю я. – Расскажите мне, где они спрятаны». А он вместо этого глядит на что-то у меня за спиной с таким лицом, которого я прежде никогда не видела и, дай бог, уже не увижу.

Я оглянулась, а там, позади меня, в полумраке, стояла ее светлость. Как долго она там находилась, не знаю, но достаточно долго, чтобы услышать правду. Она постояла там еще немного, лицо ее было белое как смерть, а глаза пылали, а потом оттолкнула меня и наклонилась над ним. «Где они? – спрашивает она со свирепым видом. – Где эти лживые бумаги?» Он не отвечает, тогда она берет его за плечи и начинает трясти, прости ее Господи, и он отдает Богу душу! «Где? – твердит она. – Где?» – но он молчит, и она, в конце концов, отпускает его. «Он умер! – говорит она, а потом поворачивается ко мне и добавляет: – Ты никому об этом не расскажешь! Джейсон Хоксуорт вот уже десять лет как уехал из Таррингтона, и, может статься, он уже мертв, и я не допущу, чтобы мой внук лишился наследства, а я сама подверглась позору из-за этой женщины. Помалкивай, и я позабочусь о том, чтобы за тобой как следует ухаживали до конца твоих дней».

Слабый старческий голос смолк, и на какое-то время установилась тишина. Памела думала о Джейcоне и о том, что эта тайна для него значила. Ведь раз доказательств нет, не станут ли откровения няни скорее проклятием, чем благом. Не испытает ли он лишь еще большую горечь, узнав, что, хотя клеймо, которое он носит всю свою жизнь, незаслуженно, ему придется носить его вечно? Рассказать ему или умолчать?

– И вот я ничего не рассказала, – спустя какое-то время продолжила няня. – Не столько из страха перед миледи, сколько из-за малютки. Она искала бумаги – да и меня тоже заставляла искать, – но так никогда их и не нашла. И все не давала покоя бедняжке Сюзан. Казалось, вся ее ненависть обрушивалась на эту несчастную женщину. Она ее травила, поносила, и в конце концов та не выдержала и наложила на себя руки. Наверное, решила, что ей больше незачем жить, когда ее муж умер и сын тоже – так она думала.

– Но он вернулся, – произнесла Памела приглушенным голосом. – И если бы не мстительность леди Таррингтон, он застал бы свою мать живой!

– Зло порождает зло, – обреченно сказала няня. – Я умоляла миледи рассказать правду, нo она скорее умрет, чем это сделает. Она думает – я слишком старая и слабая, чтобы пойти против нее, но ошибается. Теперь вы знаете правду и должны предать ее огласке. Вы здесь единственная, кто не побежит к миледи доносить о том, о чем я рассказала.

– Да, я не стану этого делать, – сдержанно согласилась Памела. – Но даже если я расскажу эту историю, в нее не поверят без доказательств.

– Вы получите доказательства, дорогая моя! Завещание сэра Хамфри и другие бумаги, которые он спрятал вместе с ним.

– Но вы сказали, что их не сумели найти!

– Я сказала миледи, что так и не нашла их, хотя я знаю, где они! – Няня через силу улыбнулась.

– Где они? – Голос Памелы уже срывался от волнения. – Где они сейчас?

– Все там где, где сэр Хамфри их спрятал, – в тайнике детской комнаты, которую вы называете комнатой для занятий. Он случайно обнаружил его, когда ему не было и шести лет, и только мы с ним знали об этом. Вот он и прятал там все свои сокровища, а я догадалась, что он положил туда и бумаги. А теперь внимательно слушайте – я расскажу, как их найти. Тайник находится за средней панелью в нижнем ряду, между окном и камином. Вам следует посильнее нажать на верхний левый угол этой панели и в то же самое время на середину той, что соседствует с ней справа. Она сдвинется, вот увидите, и за ней откроется шкафчик. Учтите: вам нужно забрать бумаги оттуда и отнести их молодому Джейсону до завтра, прежде чем вы отправитесь в путь.

– Обещаю, что я это сделаю, – с дрожью в голосе сказала Памела. – Он будет очень вам благодарен, няня!