Фарисея. Послесталинская эпоха в преданиях и анекдотах - Юрий Борев

— Молодой человек, я хочу дать тебе один совет. Прежде чем жениться на Рае Рабинович…

— Откуда вы это узнали?

— Я тебя вычислил.

Рассказав этот анекдот, Ландау добавлял: «Теперь вы знаете, что такое теоретическая физика».

* * *

Академик Капица задал Лысенко коварный вопрос: «Вы утверждаете, что гена наследственности не существует и всё зависит от внешнего воздействия, которое и закрепляется как наследственный признак. Однако почему, несмотря на тысячелетия воздействия, женщины родятся девушками, а евреи необрезанными?»

* * *

Чтобы сотрудники НИИ не слонялись по коридору, туда выпустили двух львов. Вскоре их пришлось вернуть в зоопарк. Один лев упрекнул другого: «Я десять учёных и никто не заметил, а тебя угораздило съесть дворника!»

* * *

Чукча расписался — поставил три крестика.

— Так, это имя, это фамилия, а это что?

— Кандидата наук!

* * *

— Отчего умер Мичурин?

— С клубники упал.

ГОМО СОВЕТИКУС

Человек, прошедший через пустыню, выходит из неё другим.

Древнеарабская поговорка* * *

Однажды за рубежом на конгрессе по эстетике один из членов нашей делегации получил из дома телеграмму, что у него родился сын. Возглавлявший нас работник Отдела науки ЦК пожал счастливому отцу руку и сказал: «Поздравляю! Коммунист родился!»

Частушка

Меня мать родилаС куриное яичко.Развернула, посмотрела,А я большевичка.

Простой человек

Я тебя люблю не за то, что у тебя персональная машина, не за то, что тебе меньше десяти тысяч никто не даёт, не за то, что у тебя дача двухэтажная, а за то, что ты простой советский человек.

* * *

На международном конкурсе йогов первую премию получил советский йог: он не дышал семьдесят лет.

Счастливый человек

Советский человек самый счастливый в мире. Достал колбасу — счастлив, купил туалетную бумагу — счастлив, мыла оторвал — опять счастлив!

* * *

— Кто самый счастливый в нашей стране?

— Пенсионеры: ели до Продовольственной программы, пили до указа, любили до СПИДа.

Особая духовная структура

Особенность гомо советикус: говорит одно, думает другое, делает третье, обладает шестым чувством — «глубокого удовлетворения».

Работничек

Бич кричит с причала:

— Эй, боцман, тебе кок нужен?

— Нет.

— А матрос?

— Нет.

— А штурман?

— Нет.

— Твоё счастье, а то я бы тебе наработал!

Производственные отношения

Иностранные инженеры посещают завод в Челябинске. Один из них переводит: «Мастер просит рабочего выточить деталь и подчёркивает, что находится в интимных отношениях с его матерью. Рабочий говорит, что видел эту деталь в гробу, и утверждает, что спал с матерью мастера, с самим мастером, со всей дирекцией завода и со всем правительством».

Третий лишний

На улице двое рабочих с лопатами. Прохожий спрашивает:

— Почему один из вас роет ямы, а второй закапывает?

— Я не второй, я третий. Второй должен был сажать деревья, но он заболел.

* * *

Гомо советикус порядочный — это тот, который без необходимости подлости не сделает.

* * *

В годы перестройки у нас появились: гласные, согласные и шипящие.

МЫ РОЖДЕНЫ, ЧТОБ КАФКУ СДЕЛАТЬ БЫЛЬЮ

Когда я говорю о моральном разложении, я говорю о всех нас.

Вацлав ГавелСвято место пусто не бывает

Троцкий говорил, что даже если удастся устранить Сталина, его место займёт один из кагановичей, который будет объявлен великим и мудрым вождём.

* * *

От государственного пультаИдёт вовсю зараза культа.Ах, с этим пультом маета:Видать, конструкция не та.

Сталинизм — социальный беспредел

Сталинизм не Сталиным начался и со Сталиным не кончился. Сталинизм — закрытая, отгороженная от мира иерархическая система расширенного воспроизводства бюрократии и её благ, насилия над личностью и превращения её в винтик большого государственного механизма.

* * *

Илья Эренбург как-то сказал мне: историки ничего не поймут в сталинской эпохе — основные документы утрачены. Я возражал: как палеонтолог по одному зубу может восстановить полный облик ихтиозавра, так историку, чтобы воссоздать эпоху, достаточно будет одного документа вроде: «Передать швейную машину, принадлежащую пошивочной мастерской „Свободный труд“ фабрике „Заря коммунизма“. И. Сталин».

На вершине пирамиды

К Сталин был человеком ночной жизни. Вставал в 12–13 часов дня, ложился в 3–4 утра. До этого просматривал бумаги, звонил по телефону, ходил из комнаты в комнату. В каждой из комнат его дачи стояли белые телефоны. Телефоны выходили на коммутатор, который мог соединить абонента с любым городом страны. Ночные звонки вождя держали в готовности весь партийный и государственный аппарат.

Аппарат при Сталине жил в страхе, благодаря чему не распускался, не местничал, соблюдал не только свои, но и некоторые государственные интересы. При этом он создавался из исполнителей, а не из инициативных людей. Инициатива поощрялась только в пределах того коридора, который прокладывало указание свыше.

Сталин создал централизованное общество — платоновкую пирамиду. На её вершине был базилевс — Генсек. В высшем слое пирамиды, там, где у Платона помещались философы, находилась бюрократия, хорошо знавшая философию сталинизма — четвёртую главу «Краткого курса» — «О диалектическом и историческом материализме». Ниже располагались рабочие, крестьяне и интеллигенция. Подножием пирамиды служили рабы — миллионы заключённых. На шестом году перестройки в этой структуре многое изменилось, но общая конструкция осталась.

Логика и власть

Ансельм Кентерберийский логически обосновал существование бога: мы видим в боге самое совершенное существо; понятие совершенства включает бытие — следовательно, бог существует. Изъян силлогизма в том, что бытие бога выводится из посылки, в которой это бытие уже допущено. А вообще вера не нуждается в логических доказательствах.

Нелепо логическое доказательство правомерности абсолютной власти Сталина: рабочий класс — самый передовой и выражает интересы всех трудящихся; глава партии рабочего класса — вождь всего народа. Чем больше власть вождя, тем полнее выражены интересы трудящихся.

Эта софистика оказалась действенной, и тысячи граждан голосовали за расстрел врагов народа, которые были по совместительству врагами вождя. Нельзя не признать: в тоталитарной системе вождь, партия и народ — едины.

Троцкий предвосхищал в 1904 году: «Аппарат партии замещает партию, ЦК замещает аппарат и, наконец, диктатор замещает ЦК». Здесь не учтено первое звено — партия замещает народ — и не хватает «всемирного масштаба». Сталин утвердил пост вождя пролетариата и назначил себя на этот пост, и поскольку пролетариат выражает общечеловеческие интересы, Сталин оказался вождём всего «передового и прогрессивного человечества».

Ансельм Кентерберийский обосновал бытие бога. Большевики обосновали небытие народа, заменителем которого стал вождь. Абсолютный монарх сказал: «Государство — это я», абсолютный вождь мог сказать: «Народ — это я». Как писал Твардовский, «и стал народ врагом народа, и он один народом стал».

* * *

— Ты кто?

— Сантехник.

— За что сидишь?

— Пришёл по заявке в райком и говорю: «Здесь всю систему менять надо».

Апории Зенона

Нет безработицы, но никто не работает.

Никто не работает, но все получают зарплату.

Все получают зарплату, но на неё нечего купить.

Купить нечего, но у всех всё есть.

У всех всё есть, но все недовольны.

Все недовольны, но все голосуют «за».

Передовой опыт

Наша система взяла: от первобытного общества — способ производства, от рабовладельческого — принцип свободы, от феодального — сословные привилегии, от капитализма — неразрешимые противоречия.

Строители Вавилонской башни

Начало 30-х годов. Мне пять лет. Я сижу посередине отцовского кабинета, отец — за письменным столом, и у стола в кресле — зам Председателя Совнаркома Украины, член Политбюро КП(б)У Шлихтер — белобрысый полный добряк, обрусевший любитель пива и сосисок. Я вывалил на ковёр плетёную корзину игрушек и стал строить из кубиков башню, прислушиваясь к разговору, из которого до меня доходили слова: коллективизация, голод, Сталин, строительство коммунизма. Когда моя башня достигла приличной высоты, я попытался увенчать её волком, но башня зашаталась и рассыпалась. Я соорудил новую и водрузил на неё медведя. Она опять рухнула. И кого бы я ни сажал сверху: лису, крокодила, даже льва — она всё равно разваливалась. Так мы ничего и не построили.