Хождение по углям - Аполлинария Михайлова

Чуть темно-зеленый закат накрыл с головою слободу, жители побросали все свои дела и спрятались по домам. Существовал здесь негласный комендантский час. Ставни запирались наглухо, а двери припирали лавками. Анаис выглянула в окно и, увидев на улочке старую козу, блеющую на последнем издыхании, приподняла подол платья и сделала из него узел. Затем она ловко вылезла из окна, перекинула лук с колчаном, схватилась за конька и подтянулась на крышу. Закинув на спину колчан и взяв лук, она села, выставив вперед одну ногу и стала высматривать.

Долго ждать не пришлось. Откуда ни возьмись со скоростью ветра выбежал ни то зверь, ни то человек, издающий хлюпающие и рычащие звуки. Приметив козу, чудище кинулось на добычу и стало жадно сосать кровь, пока несчастное животное издавало жалобное блеяние. Анаис быстро достала железную стрелу, вложила в тетиву и выстрелила. Мимо. Она взяла новую железную стрелу, прицелилась получше и, выстрелив, попала упырю прямо в спину. Анаис испугалась, округлив глаза, однако чудище даже не заметило ничего подозрительного и всего лишь почесало спину. Тогда девушка снова прицелилась на этот раз единственной серебряной стрелой в ее колчане и выстрелила снова в спину. Чудовище заорало неестественно высоким голосом, тело заискрилось и задымилось. Упырь забегал на одном месте, пытаясь достать стрелу со спины, когда из-за угла выскочил Орион и ловкими руками мясника отрубил ему голову.

Анаис спрыгнула вниз и осторожно подошла. В слободе становилось неспокойно, люди повыглядывали из домов и вышли наружу, ведомые нездоровым любопытством. Вокруг мертвого чудовища собиралась толпа людей. Они охали, вздыхали и перешептывались. Голова упыря была красной, чудовище изрядно напилось крови. Лицо его было некогда симпатичным, но изуродованным гримасой мучения. Так оно и застыло посмертно. Из огромного рта его был высунут длинный язык и выпирали окровавленные клыки.

— Дак это ж Борька, — сказала женщина в толпе.

— Ах, Борька Ландышев который?

— Он жеж спился, вот и в упыря превратился.

К Анаис подошел не на шутку испугавшийся Орион и пробормотал:

— А неплохо мы его так.

— Да, — устало проговорила Анаис, всматриваясь в лицо упыря. — Я кстати выиграла пари.

— Да, — почесал затылок Орион. — Прости за то, что мы тебе наговорили.

Анаис лишь кивнула головой и посмотрела вверх — из окна купеческого дома выглядывала худенькая купчиха. Впервые за все это время она сменила выражение лица на жалостливое и опечаленное. Поймав взгляд Анаис, та испуганно спряталась и больше из окна не выглядывала.

— Надеюсь, Орион, что ты найдешь себе девицу, которая не умеет стрелять из лука, — задумчиво проговорила Анаис и вернулась в купеческий дом. И заснула крепким сном.

* * *

Чуть рассвело, а Анаис уже была в деннике, где готовила свою серенькую кобылку к долгому и изнуряющему возвращению домой. Пока Химира напивалась воды, Анаис нежно расчесывала ее черную гриву. В конюшню в этот момент зашли слободские мальчишки. Анаис обернулась в их сторону и устало улыбнулась, прислонившись к лошади. Самый главный замялся на месте и произнес:

— Прости нас, девица, за то, что мы сказали.

— Ребята, чего Вы смущаетесь, — хихикнула Анаис. — Вы же и не сказали ничего такого. Это всего лишь условие пари.

— Ну мы тебе не поверили…

— Я тоже до конца не верила, — пожала плечами Анаис.

— А все-таки круто вы отделали монстрягу! — восхищенно крикнул один из мальчишек.

— Да! Точно!

Анаис смущенно улыбнулась лишь на мгновенье. Потому что через секунду из дома послышался истерический визг служанки. На ее крик сбежалась вся прислуга и сам Маломир Ландышев.

— Что случилось? — послышался хриплый недовольный голос купца.

— Ой-ой-ой! — продолжала истерить служанка.

Анаис побежала в дом, когда ей навстречу вышел недоумевающий князь Анатрог. Стоя на крыльце, девушка попыталась разузнать, что же произошло.

— Жена у Маломира скончалась, — произнес князь.

— Как это скончалась? — удивилась Анаис.

— Да вот, — стоявший на крыльце дружинник Ждан, провел пальцем себе по горлу. — Чик-чик, и нет больше купчихи.

На улице возле дома все так же бегали и играли в салочки двое мальчишек, которые даже не подозревали о том, что их мамы больше нет.

* * *

Возвращаясь домой в деревню Ольх через степи и луга, Анаис пыталась в голове решить загадку. Кто такой этот Борька Ландышев? Почему его фамилия Ландышев? Почему он стал упырем? Почему он спился? Почему умерла купчиха? И почему Маломир Ландышев такой неприятный человек?

— Думаешь о том, почему жена Маломира такое с собой сделала? — будто прочитал мысли Анаис Анатрог.

— Я думаю о том, как ее смерть может быть связана с неким Борькой Ландышевым, — осторожно ответила девушка.

— Откуда ты… Долго ты видимо без меня по слободе гуляла, — вздохнул князь.

— Расскажешь мне? — умоляюще попросила Анаис.

— Что ж, — ухмыльнулся Анатрог. — Ты ж от меня не отстанешь. Маломир и Борис были родными братьями. Борька был старшим и должен был первым унаследовать слободу. У него также сыскалась самая красивая невеста. Они любили друг друга; Борька был еще тем романтиком. Писал ей письма, встречались они под покровом ночи. Маломир завидовал ему, конечно же. Наследства ему не видать, да и внешность совершенно не притягательная… А дальше история идет только в соответствии с местными слухами. Маломир как-то сыграл злую шутку над своим братом и передал ему ненастоящее похоронное письмо, где говорилось, что его невеста умерла. Борька ушел в самый настоящий запой. Но на наследство он все еще претендовал. Поэтому поговаривают, что Маломир отравил своего брата, отчего тот помер, а затем взял его невесту в жены.

— Какой мерзкий человек! — возмутилась Анаис.

— Это всего лишь слухи, Анюта.

Анаис ехала, отказываясь верить в услышанное. Неужели родные люди могут так подло друг друга предавать?

— Дядюшка, — нарушила недолгое молчание Анаис. — А ты вот как-то говорил про свою матушку. Ты же не злишься на моего отца за то, что он тогда не приехал?

— Анаис, ну неужели ты думаешь, что я способен на такую подлость? — Князь догадался, к чему клонит его племянница. — Разумеется, я давно простил Воймира. И принял его жизненный путь. Так что не бери в голову.

Анаис вздохнула. Главное, что на своего любимого дядюшку она может положиться. Однако на душе у нее все равно было неспокойно. Не было у нее внутри ощущения, что она поступила правильно…

Глава XXI

Время идет — горе затихает. Поездка в Ландышеву слободу далась Анаис непросто, но она взбодрила безнадежно влюбленную романтичную девчонку, оставив у нее в душе неизгладимое впечатление и много новых эмоций и размышлений. Думала Анаис о