Целитель - Gezenshaft

и приторно улыбаясь, сложив руки перед собой. В правой была палочка, стоит отметить.

Ответили ей всего несколько человек — у нас такое не практикуется. Если Амбридж решит, что мы должны её приветствовать вообще на японский манер — это будет катастрофа среди учеников. Я так и вижу: «Встать. Поклон. Сесть». Ну или что-то в этом роде… Хм… А ведь было бы забавно.

— Стоп-стоп-стоп, — она продолжала улыбаться, хоть и покачала головой в знак неодобрения. — Ну нет, друзья мои, это никуда не годится. Я бы просила вас отвечать так: «Здравствуйте, профессор Амбридж». Ещё раз, пожалуйста. Здравствуйте, учащиеся!

— Здравствуйте, профессор Амбридж! — ответили уже все, или почти все. Я, например, просто из лёгкой юношеской вредности, просто «пел под фонограмму». Как и Дафна.

— Вот и хорошо, — чуть ли не пропела она. — Ведь совсем нетрудно, правда? Волшебные палочки уберём, перья вынем.

— Приехали, — я тихо шепнул, констатируя факт всеобщего недовольства, но палочку убрал в кобуру на предплечье.

Амбридж подошла к меловой доске и постучала по ней палочкой. Миг, и появился текст, отражающий суть этого курса. «Защита от Тёмных Искусств. Возвращение к основополагающим принципам».

— Отмечу для начала, что до сих пор ваше обучение этому предмету было довольно-таки отрывочным и фрагментарным. Не правда ли? — Амбридж льстиво улыбалась, но держалась с пренебрежением и превосходством. — Постоянно менялись учителя, и не все они считали нужным следовать какой-либо одобренной Министерством программе. Результатом, к сожалению, явилось то, что вы находитесь гораздо ниже уровня, которого мы вправе ожидать от вас в год, предшествующий сдаче СОВ. Вам, однако, приятно будет узнать, что эти недостатки мы теперь исправим. В нынешнем учебном году вы будете изучать защитную магию по тщательно составленной, теоретически выверенной, одобренной Министерством программе. Запишите, пожалуйста, цели курса.

Она вновь постучала по доске, а прошлая запись изменилась на новую, суть которой мне, как любителю практиковать магию, не очень-то и понравилась. Хотя, какая мне разница? Учебники за прошлые годы есть в библиотеке, и я по ним изучал ЗоТИ в том числе. Практика заклинаний у меня есть, причём по нескольким программам. Но проблемы могут быть у меня, как у старосты, ведь ученикам однозначно уже не нравится подобное. Что именно? Цели: уяснение принципов, лежащих в основе защитной магии; Умение распознавать ситуации, в которых применение защитной магии допустимо и не противоречит закону; включение защитной магии в общую систему представлений для практического использования.

Я в этих целях вижу полное отсутствие практики, и очень, очень много теории о том, что, когда и почему можно применять. Оно, с одной стороны, понятно, ведь «Защитная» магия в большинстве своём больше является атакующей или контратакующей, и слово «Защита» мало уместно в этом контексте. Очевидно, что министерство в лице Амбридж хочет, чтобы мы не защищались вообще, ну или, как было замечено на пиру — взбесились и сами вручили ей какой-нибудь компромат, ведь со стороны законности, я уверен, надо сначала стать жертвой или умереть, а защиту своих прав, расследование и прочее отдать на откуп «профессионалам», которые защищать-то тебя будут постфактум, так сказать. Неприятно.

Ребята в классе беспрекословно записывали текст с доски, и как только последний из нас покончил с этим делом, Амбридж спросила:

— У всех ли есть экземпляры «Теории защитной магии» Уилберта Слинкхарда?

Отвечать никто не спешил, и Амбридж спросила вновь, желая услышать ответ сразу ото всех.

В общем, мы начали не чтение, не разбор текста, а банальное переписывание в тетради того, что написано в учебнике. Должен отметить, что пока что этот учебник производил впечатление самой «водной» воды, которую я когда-либо встречал в книгах по магии, а начало было о таких примитивных, да ещё и палочковых основах, что аж блевать тянет, честное пионерское…

Я, конечно, писал, глядя в текст одним глазом. Небрежный почерк — хотя для некоторых это был бы верх каллиграфического искусства — размеренно и быстро ложился на страницы тетради. Основное моё внимание было приковано к Гермионе, которая даже учебник не открыла — сидела, подняв руку и спокойно ждала, когда Амбридж её спросит. Амбридж терпела долго. Очень долго. У неё даже глаз, казалось, начал дёргаться. В конце концов, когда большая часть учеников переписала заданный отрывок, профессор сподобилась обратить своё внимание на Гермиону.

— Вы хотите задать вопрос по поводу главы, милая моя?

— Вопрос, но не по поводу главы.

— Видите ли, сейчас мы читаем, — улыбнулась Амбридж. — Все прочие неясности мы можем разрешить с вами в конце урока.

— Мне неясны цели вашего курса, — продолжила свою мысль сестрёнка.

— Ох, зря, — вздохнула Дафна. — Хотя, Гриффиндор.

— Что поделать, — тихо ответил я, пожав плечами. — Она такая.

— Ваше имя, будьте добры.

— Гермиона Грейнджер.

— Видите ли, мисс Грейнджер, цели курса, как мне кажется, должны быть совершенно понятны, если прочесть их внимательно, — нарочито ласково сказала Амбридж.

— Мне они непонятны, — сурово отрезала Гермиона. — Там ничего не говорится об использовании защитных заклинаний.

— Использовании защитных заклинаний? — усмехнулась Амбридж. — Что-то я не могу представить себе ситуацию в этом классе, мисс Грейнджер, когда вам понадобилось бы прибегнуть к защитному заклинанию. Или вы думаете, что во время урока на вас кто-то может напасть?

— Мы что, не будем применять магию?

Разумеется, обладателем столь громкого голоса был Рон, а я, чуть склонившись над ухом Дафны, прошептал:

— Может, мне на неё напасть? Чтобы у неё не возникало подобных мыслей?

— А ты можешь это сделать и себя не выдать?

— Могу. Я вообще… могучий, — чуть дёрнул я уголком губ, изображая улыбку.

— Мои родители сказали бы, что нужно учиться игнорировать идиотов, — ухмыльнулась Дафна, а сидевший спереди нас Малфой вдруг тихо хмыкнул — он мог различить наши слова. — Но знаешь, я бы подождала следующего урока. Сейчас стоит как можно больше узнать о ней и её мыслях. Уверена, грифы с этим справятся, беря огонь на себя.

Пока мы перешептывались, спор гриффиндорцев с Амбридж, в который включились ещё и Поттер с Дином Томасом, набирал обороты.

— …повториться, — говорила Амбридж строго, без лишних улыбок. — Вы что, ожидаете нападения во время моего урока?

— Нет, но…

Вокруг меня были, в основном, слизеринцы и вороны, и все мы молчали, смотрели, как наиболее неспокойные продолжали спор, пытаясь приводить аргументы, но Амбридж усугубляла ситуацию, упоминая то плохую программу, то опасных оборотней на роли преподавателя, то психа… Забавно было то, что она права — это сомнительные преподаватели, но они были хороши именно как… Наставники. Не преподаватели, что следуют инструкциям, и сами по себе должны являться этаким эталоном этих инструкций свыше, а именно наставники.

Разговор перешёл от опасностей в классе, до опасностей во внешнем мире, но и тут Амбридж парировала, что, мол, в современном обществе нет места опасностям, тем более есть специалисты, которые обеспечивают безопасность. Ага, как же, держи карман шире. Даже самый недалёкий