Жизнь замечательных времен. 1970-1974 гг. Время, события, люди - Фёдор Раззаков

Супов 7 наименований. От домашнего рассольника с мясом и сметаной за 30 копеек до борща черниговского на мясном бульоне со сметаной за 11 копеек.

Вторых горячих блюд 14. Среди них: форель отварная с грибным соусом — 55 копеек, утка тушеная с яблоками — 44, плов из кролика — 41, ромштекс — 37.

Кроме того, 5 видов гарниров, 5 сортов хлеба, 14 сладких блюд. Вот как жили "слуги народа". Впрочем, в наши дни они живут не хуже, а даже лучше, чем их предшественники. Севрюгой с хреном их не удивишь.

В среду, 8 августа, в Москве погиб заместитель главного прокурора города Николай Скворцов. Он спешил на служебном автомобиле по делам, но не справился с управлением и выскочил на встречную полосу. Смерть прокурора была мгновенной. Погибший был близким другом и собутыльником родного брата генсека Якова Брежнева. Когда вечером того же дня тот узнал о гибели Скворцова, первое, что он сделал, — с горя напился.

9 августа в Москве было пасмурно, из-за чего съемочная группа фильма "Романс о влюбленных" была вынуждена целый день проторчать без дела в ожидании солнца. Но светило так и не объявилось. В тот день должны были снимать один из эпизодов на объекте "двор Тани". Двор был не искусственный, а самый настоящий, находящийся недалеко от улицы Воровского.

В тот же день в "Вечерней Москве" была опубликована заметка о смелом поступке водителя 3-го автобусного парка К. Петрова, который в результате грамотных действий несколько дней назад сумел предотвратить серьезную аварию в самом центре Москвы. Дело было так. Петров вел автобус с площади Свердлова на площадь Дзержинского. При подъезде к последней внезапно услышал под автобусом сухой треск. Понял: отказала трансмиссия. Машина стала терять скорость и поползла вниз. Петров хотел было остановить ее ручным тормозом, но из-за обрыва карданного вала, который перебил воздушную магистраль, из тормозной системы вышел весь воздух. Автобус стал неуправляемым и, набирая скорость, катился назад навстречу шестирядному потоку транспорта, с каждой секундой увеличивая скорость. А в салоне находилось десятка два пассажиров. Петров объявил по громкой связи: "Отойдите от окон! Держитесь крепче за поручни! Сейчас будет сильный удар".

Единственным шансом остановить автобус мог стать маневр с прижатием его к бортику тротуара. Однако с первого раза это сделать не удалось — подвела скорость. Автобус откинуло влево, почти поперек проезжей части. Только по счастливой случайности ни одна из машин, проезжавших мимо, не ударилась об автобус. А Петров не оставлял попыток прижаться к тротуару. Направил автобус на осветительную мачту, чтобы погасить скорость, но машину вновь отбросило в сторону. И тогда он направил машину к приступу лесенки, ведущей на улицу 25 Октября. Этот маневр удался — автобус на несколько секунд замер. Этих мгновений Петрову хватило, чтобы выскочить из кабины и подсунуть под колеса противооткатный башмак. За свои умелые действия, которые предотвратили аварию и гибель людей, Петров был награжден почетной грамотой и ценным подарком. Каким именно, в газете не сообщалось, но, вполне вероятно, это были часы, которые в таких случаях обычно вручались героям.

Тем временем Эльдар Рязанов находится в Ульяновске, куда он вместе со съемочной группой фильма "Невероятные приключения итальянцев в России" прибыл 5 августа. В течение восьми дней им предстояло отснять один из самых сложных эпизодов фильма: приземление пассажирского самолета на автомобильное шоссе. Чтобы снять его, киношникам требовалась бумага из Министерства гражданской авиации, разрешающая ульяновским асам приземлить самолет с нарушением инструкции. Однако такого документа им не дали: сказали, что это смертельно опасно, что они своим служебным креслом рисковать не намерены. Тогда Рязанов отправился в Ульяновск без всякого разрешения.

Самолетная "эпопея" снималась на Ульяновском аэродроме, в школе пилотов гражданской авиации. Заместитель начальника школы Иван Таращан, узнав, что киношники приехали к нему без разрешения, наотрез отказался посадить самолет на взлетную полосу, по которой будут ехать автомобили. Но затем, когда Рязанов сумел задеть его профессиональные струны, сказав, что ни один летчик в мире до этого еще не выполнял подобного трюка, Таращан согласился. Но потребовал, чтобы машины на полосе были только легковые, а за рулем — только летчики. Ему, естественно, пошли навстречу.

Трюк с приземлением самолета на "шоссе" Таращан проделал по просьбе киношников шесть (!) раз и ни разу не выразил недовольства по этому поводу. Он же рулил самолетом, когда тот ехал по "шоссе" (этот эпизод снимали на резервной полосе аэродрома, где построили декорации домов, установили светофоры, посадили деревья, привезли киоски "Союзпечати" и даже бочку с квасом).

Тем временем 5-е Управление КГБ СССР предпринимает огромные усилия к тому, чтобы обнаружить и изъять рукопись книги Александра Солженицына "Архипелаг ГУЛАГ". Меры принимались действительно серьезные. Например, было установлено негласное наблюдение не только за самим писателем, но и за его родственниками и ближайшим окружением. На квартирах некоторых из них (к примеру, неродного сына Солженицына Дмитрия) были установлены подслушивающие устройства. Особый интерес Комитет проявлял к знакомым писателя в Ленинграде: литературоведу Ефиму Эткинду, пенсионерке Е. Воронянской. Последняя была под наиболее пристальным вниманием, поскольку КГБ обнаружил, что она очень хорошо знает текст "Архипелага", а значит, вполне могла вывести чекистов на рукопись. Но квартира ее пока не обыскивалась. Вместо нее в начале августа комитетчики нагрянули к еще одной знакомой писателя Н. Пахтусовой, где нашли краткие конспекты "Архипелага", сделанные хозяйкой дома и Воронянской. Только после этого квартиру последней тоже обыскали. Затем начались изнурительные допросы обеих женщин. Выдержать их они не смогли и стали давать показания. Начались новые обыски, которые принесли КГБ удачу — в одном из домов была-таки найдена хотя и не рукопись, но полная фотокопия "Архипелага ГУЛАГа". Узнав об этом, Воронянская, которую чекисты отпустили домой, совершила попытку самоубийства. Но соседям удалось ее вовремя вытащить из петли. По настоянию КГБ, женщину поместили в больницу для приведения ее в нормальное физическое состояние. Что из этого получилось, мы узнаем чуть позже, а пока вернемся к знакомству с другими событиями.

В субботу, 11 августа, в 19.30 по первой программе ЦТ начался показ 12-серийного телевизионного фильма Татьяны Лиозновой "Семнадцать мгновений весны". Миллионы советских телезрителей, усаживаясь перед своими телевизорами в тот день, даже не могли себе представить, свидетелями чего они будут. Нет, кое-какая реклама накануне премьеры, конечно, была: говорилось, что фильм посвящен работе советской разведки в годы войны, что многие, события в нем имеют под собой реальную историческую основу. Однако мало ли за эти годы выходило фильмов про разведчиков? Поэтому в тот субботний день никто из зрителей не мог предположить, какой переворот в умах произведет этот, снятый на черно-белую пленку, фильм. Между тем первая серия, казалось бы, не несла в себе ничего сверхординарного: в ней зрители увидели Гитлера (того же актера Фрица Дица, знакомого по эпопее "Освобождение") на совещании в своем бункере, познакомились с советским разведчиком Исаевым-Штирлицем (он бродил в весеннем лесу с фрау Бользен, прощупывал пастора Шлага) и т. д.

12 августа родной брат генсека Яков Брежнев пришел к своей дочери Любови в ее московскую квартиру, чтобы поздравить с днем рождения ее сына и своего внука. Выглядел Яков неважнецки: опухшее лицо, растрепанная одежда. Как мы помним, четыре дня назад трагически погиб его лучший друг Николай Скворцов, с тех пор Яков никак не мог прийти в себя. Устало опустившись на диван, поздний гость закурил, после чего внезапно стал жаловаться на свою судьбу:

— Вот кто я такой? Я бабский добытчик. А на кой мне деньги? Во всем доме есть только одна вещь, бесспорно принадлежащая мне, — зубная щетка. Красная, с отломленным кончиком, наполовину облезлая. Она служит мне со времен царя Гороха.

— Что же ты не купишь новую? — полюбопытствовала дочь.

— Все жду, когда жена или дочери позаботятся. Видно, не дождусь.

Любовь вышла из комнаты, а когда через минуту вернулась обратно, положила на колени отцу новую зубную щетку, причем тоже красную. Увидев ее, Яков расплакался. Потом, утирая слезы, сказал:

— Коля мой погиб, разбился четыре дня назад.

Пока отец плакал, дочь сходила в другую комнату и позвонила своей матери — предупредила, чтобы она не беспокоилась. Та попросила: "Не давай ему пить". Когда дочь вернулась в комнату, отец уже спал. Однако через полчаса он вдруг проснулся и стал уговаривать дочь дать ему выпить. Но та, памятуя о наказе матери, сказала, что все спиртное выпили гости. Отец стал ругаться, а потом махнул на дочь рукой и ушел. Любовь послала за ним своего мужа, чтобы тот на своей машине отвез его домой. Как пишет Л. Брежнева: