Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

— Послушай, — торопливо прошептал Джимми, когда Джордж на минуту оставил их одних, — ты не обижайся на меня, но я рассказал обо всем Биллу.

— Биллу? — недовольно воскликнула Бандл.

— В конце концов, — ответил Джимми, — Билл — один из наших друзей. И Ронни был его другом, и Джерри тоже.

— Да, я знаю, — сказала Бандл.

— По-твоему, я зря это сделал? Извини.

— С Биллом все нормально, конечно! Не в том дело, — сказала Бандл. — Просто он, знаешь, невероятный путаник!

— Хочешь сказать, не очень сообразительный? — догадался Джимми. — Но ты забыла одну вещь: у Билла весьма тяжелый кулак. А у меня есть подозрения, что тяжелый кулак нам не помешает!

— Может, ты и прав. Как он это воспринял?

— Схватился за голову, то есть я хочу сказать, мне пришлось потрудиться, чтобы разжевать ему все. Потом я повторил ему свой рассказ односложными словами, и, надеюсь, до него дошло. И естественно, теперь он с нами, как говорится, до гроба.

Внезапно вернулся Джордж.

— Должен представить вас, Эйлин. Познакомьтесь: сэр Стенли Дигби — леди Эйлин Брент. Мистер О’Рурк. — Министр авиации оказался маленьким круглым человечком со счастливой улыбкой. Мистер О’Рурк, высокий молодой человек со смеющимися глазами на типично ирландском лице, с энтузиазмом приветствовал Бандл.

— Убежден, это будет ужасно скучный политический прием, — прошептал он с загадочной улыбкой.

— Тс-с, — ответила Бандл. — Я вся в политике, абсолютно вся!

— С сэром Освальдом и леди Кут ты знакома, — продолжал Джордж.

— Мы почти никогда не встречались, — улыбнулась Бандл.

Мысленно она аплодировала описательным способностям своего отца. Сэр Освальд сжал ее руку, как клещами, и она слегка поморщилась.

Леди Кут после печальных приветствий повернулась к Джимми Тесайгеру, и на ее лице отразилось что-то весьма похожее на удовольствие. Несмотря на его ужасную привычку опаздывать к завтраку, леди Кут была расположена к этому милому розовощекому молодому человеку. Ее привлекала его чистая, свободная натура. Она испытывала материнское желание излечить его от всех дурных привычек и воспитать беззаветным тружеником. А будет ли он таким же привлекательным, если ее воспитание принесет плоды, такой вопрос она себе никогда не задавала. Теперь она начала рассказывать ему об ужасной автомобильной катастрофе, которая произошла с одним из ее друзей.

— Мистер Бейтмен. — Джорджу будто не терпелось заняться чем-нибудь более достойным.

Серьезный бледный молодой человек поклонился.

— Представлю тебя графине Радской, — предложил ему Джордж.

Графиня Радская беседовала с мистером Бейтменом. Откинувшись далеко назад на спинку дивана, очаровательно скрестив ноги, она курила сигарету в чрезвычайно длинном бирюзовом мундштуке.

Бандл подумала, что перед ней одна из красивейших женщин, которых ей приходилось когда-либо видеть. У графини были большие синие глаза, угольно-черные волосы, бархатная кожа, чуть вздернутый славянский нос, подвижное, стройное тело. Ее губы были накрашены до того ярко, что, как была уверена Бандл, в аббатстве Вайверн ничего подобного прежде не видывали.

Бандл с воодушевлением спросила:

— Это миссис Макатта, да?

Стоило Джорджу ответить отрицательно и представить Бандл, как графиня безразлично кивнула и сразу же возобновила прерванную беседу с серьезным мистером Бейтменом.

Бандл услышала голос Джимми у своего уха.

— Орангутанг совершенно очарован милой славянкой, — сказал он. — Трогательно, не правда ли? Пойдем попьем чаю.

Опять они оказались по соседству с сэром Освальдом Кутом.

— Какое замечательное у вас поместье Чимниз, — заметил тот.

— Очень рада, что вам там понравилось, — ответила Бандл.

— Ему нужна новая оросительная система, — добавил сэр Освальд. — Она придаст ему современный вид, знаете ли.

Минуту-другую он размышлял.

— Я покупаю поместье герцога Олтона. Три года. Столько лет я выбирал себе поместье. Вашему отцу не удалось бы продать его, если бы он и захотел, я полагаю.

Бандл затаила дыхание. Ее посетило кошмарное видение Англии с неисчислимыми Кутами в неисчислимых поместьях, как Чимниз, и, разумеется, с совершенными новыми оросительными системами.

Она ощутила внезапное острое чувство обиды, которое, как она понимала, конечно, было нелепым. Все-таки, при сравнении лорда Катерхэма и сэра Освальда Кута, не было сомнения, кто из них разорится. Сэр Освальд был настолько мощной личностью, что затмевал всех, с кем ему приходилось общаться. Он был, как выразился лорд Катерхэм, живым паровозом. И тем не менее, несомненно, во многих отношениях сэр Освальд был просто глуп. Несмотря на все свои специальные знания и необыкновенную мощь, он был абсолютно несведущ во всех остальных вопросах. Сотни прелестей жизни, которыми лорд Катерхэм мог пользоваться и пользовался, были для сэра Освальда книгой за семью печатями.

Размышляя над этим, Бандл продолжала непринужденную беседу. Она услышала, что герр Эберхард уже приехал, но лежит с головной болью. Об этом ей сказал мистер О’Рурк, которому удалось занять место рядом с ней и не оставлять его.

В общем, Бандл отправилась переодеваться в приятном настроении ожидания, к которому примешивался легкий ужас перед скорым приездом миссис Макатты. Бандл чувствовала, что ее общение с миссис Макаттой не будет безоблачным.

Первое потрясение она испытала, когда, одетая в скромное черное кружевное платье, шла через холл. В дверях стоял лакей, по крайней мере человек, одетый лакеем. Но его квадратная, крепкая фигура была плохим подспорьем для затеянного им маскарада. Бандл остановилась и уставилась на него.

— Суперинтендант Баттл! — выдохнула она.

— Он самый, леди Эйлин.

— О, — неуверенно сказала Бандл, — вы здесь для того, чтобы…

— Чтобы присматривать за происходящим.

— Понятно.

— То предупреждающее письмо, помните? — объяснил суперинтендант. — Оно нагнало такого страху на мистера Ломакса! Ничто не могло успокоить его, кроме моего личного присутствия здесь.

— А вам не кажется… — начала Бандл и замолчала. Ей не хотелось говорить суперинтенданту, что его маскировка выглядела не слишком убедительной. Все в его облике говорило о том, что он офицер полиции, и Бандл вряд ли могла представить себе самого беспечного преступника, которого бы этот «лакей» застал врасплох.

— Вы считаете, — вяло спросил суперинтендант, — что меня могут узнать?

— Именно так я и думаю, — призналась Бандл.

То, что при известном воображении можно было принять за улыбку, осветило каменные черты лица суперинтенданта Баттла.

— Дать им узнать меня, а? А почему бы и нет, леди Эйлин?

— Почему бы и нет? — эхом отозвалась Бандл, как ей показалось, довольно глупо.

Суперинтендант Баттл медленно кивал.

— Мы ведь не хотим неприятностей, правда? — спросил он. — Не надо быть слишком активным, нужно просто показать ловкачам, которые могут крутиться здесь, ну, дать им понять, что кое-кто начеку, так сказать.

Бандл смотрела на него в восхищении. Она могла представить, каким разочарованием для заговорщиков явится внезапное появление такой известной личности, как суперинтендант Баттл.

— Большой ошибкой было бы проявлять излишнюю активность, — повторил Баттл. — Главное сегодня