Обратный отсчет: Распад - Токацин

всё это с Куэннами. Они имели дело с ирренцием и не вымерли. Должны что-то понимать…»

11 мая 18 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

Электрическая ловушка сработала. Летающая «рыба», едва коснувшись водной глади, с плеском упала на бок. Когда дрон донёс её, завёрнутую в прозрачную плёнку, до холма, с которого Вепуат и Гедимин наблюдали за озером, она уже не дёргалась, только воздух, заходя через открытое ротовое отверстие, раздувал тело изнутри, пока не превратил в шар с нелепо торчащими плавниками.

— Это для лаборатории? — спросил Гедимин, глядя, как Вепуат с довольным видом засовывает «рыбу» в герметичный пакет.

— Не, им уже не надо, — отозвался разведчик, пристраивая раздутый пакет в свободную ячейку рюкзака. — Это Ренгеру для коллекции. А лаборатория уже всё решила…

Он отдал рюкзак Гедимину и выбрался из временного укрытия на пригорок. Стая «рыб», заметив его, взметнулась над заросшим озером и замелькала над гнездовой скалой. Из воды донёсся треск — какое-то хищное растение разрядило «аккумулятор» впустую.

— Передышка, а потом выставим по периметру вешки, — сказал Вепуат, задумчиво глядя на озеро. — И пойдём дальше. Через пару недель здесь запечатают портал, а потом будут чистить. Но это уже без нас.

— Чистить… — Гедимин недовольно сощурился. — Весь участок?

Вепуат кивнул.

— Угрожает биостабильности… Через пару недель тут будет голый базальт.

Гедимин угрюмо кивнул — методы зачистки «биологически опасных» местностей были подробно прописаны в справочнике, и после них обычно требовалась дезактивация.

— Зачем? Эти существа вроде не опасны… — он посмотрел на копошащиеся пласты водяной травы, растянувшиеся от берега до берега. — Я думал, макаки любят дикую фауну.

Вепуат еле слышно хмыкнул.

— Для нас тут вообще мало что опасно. Особенно для тебя. А так — тут нашли несколько потенциально опасных бактерий… Ладно, пойдём. Тут, за городом, много интересной фауны — найдётся ещё, на что посмотреть.

13 мая 18 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

В воскресенье Скегги с отрядом спускался в шахту «распугать фауну» — с одним инфразвуковым генератором, как говорил он Гедимину после возвращения. Верилось в это с трудом даже тогда — уж очень довольный у ликвидаторов был вид. Сейчас Гедимин, разглядывая стену забоя, легко находил характерные потёки — следы плазменных брызг: одного генератора, как видно, оказалось недостаточно.

Фауна, живая или мёртвая, вела себя тихо — ни странных шорохов, ни бликов по стенам, ни скачущих цифр на экране дозиметра. Ликвидаторы — вся пятёрка, выделенная на сопровождение — тоже не привлекали к себе внимания, бесшумно рассредоточившись в неосвещённой части забоя. Бортовые огни «пассажирского глайдера» — комбайна-проходчика, в который вместо контейнера для руды засунули пассажирский модуль — выхватывали из темноты гору нералита, наломанную ночной сменой, и неподвижный проходчик, остановившийся поодаль от неё. Работу с утра не начинали, опасаясь, что случайный обвал накроет приезжих «макак». Гедимин из своего тёмного угла видел их всех — пять «Рузвельтов» последней модификации, в белой обшивке с синей буквой «W» на «затылке» — широком щитке между верхними турелями. «В каждом — проверяльщик и пилот, всего десять „мартышек“,» — машинально подсчитал сармат. «Вон тот, кажется, геолог.»

Один из экзоскелетов стоял у стены забоя, и Гедимин видел, как в его расставленной правой «клешне» шевелятся антенны сигма-сканера. Рядом что-то объяснял ему сармат в ярко-красном комбинезоне. Поблизости держался филк — бригадир смены, которой «макаки» из «Вестингауза» мешали сейчас работать. Он молчал, лишь изредка кивал или качал головой — или, возможно, передатчик Гедимина улавливал звуки только изнутри экзоскелетов. Подумав об этом, сармат тронул наушник и поддел пальцем пластину на рукаве — настройки, если дело было в них, следовало исправить.

— «Полярная Звезда», — услышал он чей-то приглушённый голос и прибавил громкости. Передатчик «подслушивал» двоих экзоскелетчиков, остановившихся у «пассажирского глайдера». Они держались там с тех пор, как их выгрузили посреди забоя, в стороне и от геолога, и от пары чужаков, осматривающих проходчик и чего-то добивающихся от машиниста.

— Была образцовой для северных территорий. Да и, пожалуй, для всех АЭС на территориях. Минимум нареканий.

— Покойный Мартинес умел организовать работу, — донеслось из другого экзоскелета. — Этого у него не отнимешь.

— Умел, — первый шумно вздохнул. — Тут за все годы не было ни одного приглашённого специалиста. Одни тески. И станция работала без нареканий. Хотя как на неё копали… так мало кому доставалось.

— Зависть, — отозвался второй. — Ничего, кроме зависти. Зато — помните речи на поминках? Весь директорат, вся СБ — сплошные друзья и ученики… М-да. Человек старой закалки, таких сейчас не делают.

Геолог, отключив сканер, посигналил поднятой рукой, и Гедимин услышал со всех сторон облегчённые вздохи — всем проверяющим не терпелось выбраться из шахты. Передатчик на его запястье трижды мигнул — ликвидаторам тоже пора было выдвигаться. Гедимин огляделся по сторонам и сделал несколько быстрых шагов. «Рузвельты», как и следовало ожидать, замешкались на погрузке — сармат успел подойти к замыкающему почти вплотную.

— Фюльбер умер? — спросил он, глядя в сопло направленной на него турели — пилот среагировал довольно быстро для «макаки». «Без гранатомётов — всё ерунда,» — мелькнуло у Гедимина в мозгу. «А гранатомёты наверху. Ладно, пусть не боится,» — он показал пустые ладони в знак мирных намерений.

— Фюльбер… мистер Мартинес? — человек внутри экзоскелета быстро справился с испугом. — Увы, это так. Вам знакомо это имя?

— Видимо, из охраны «Полярной Звезды», — вмешался второй. — Здесь был местный корпус…

Гедимин качнул головой.

— Я механик. Жаль, что он умер.

Он отошёл к свирепо глядящему на него Ренгеру — командиру отряда сильно не нравились разговоры с охраняемыми. Ренгер сердито фыркнул и указал на свободную приступку — пора было ехать.

— Вот видите, — донеслось из пассажирского модуля. — Яркий пример. Тески даже после войны не говорят о нём плохого. Он умел с ними работать. Человек старой закалки, как я и говорил. Таких теперь поискать.

Проходчик, лязгая приподнятой бронёй вдоль