Руссо и Революция - Уильям Джеймс Дюрант

Я благословляю и славлю Твою несравненную мощь, Когда тысячи Ты оставил в ночи, Что я здесь перед Твоим взором, За дары и милость Горящий и сияющий свет В это место. О Господи! Ты знаешь, что в прошлом году с Мэг… Я искренне прошу у тебя прощения… Пусть никогда не будет чумы. К моему стыду, Я никогда не подниму беззаконную ногу. Снова на нее. Кроме того, я могу* Но, Господи, в ту пятницу я был в отключке.† Когда я подхожу к ней, Иначе, Ты знаешь, раб Твой верный Я никогда не хотел ее учить…. Господи, вспомни о заслугах Гауна Гамильтона, Он пьет и ругается, и играет в карты, Но при этом много берет искусства. Великолепно и великолепно, Божий священник — сердца людей. Он крадется. Господи, в день возмездия Твоего суди его; Господи, посети тех, кто нанял его, и не минуй их в милости Твоей, И не слышать их молитв; Но, ради народа Твоего, уничтожь их, Не жалейте. Но, Господи, помни меня и мою милость, Милость временную и божественную, Чтоб я за милость и передачу* мог сиять Превосходно, И слава будет Твоей. Аминь, аминь!

Бернс не решился опубликовать это стихотворение; оно появилось в печати через три года после его смерти.

Тем временем он давал кирхе множество поводов для упреков. Он называл себя «блудником по профессии».66 Каждая вторая дева волновала его: «очаровательная Хлоя, спотыкающаяся на жемчужной лужайке», Джин Армур, Хайленд Мэри Кэмпбелл, Пегги Чалмерс, «Кларинда», Дженни Крукшенк, Дженни из Дэйри, «приходящая во ржи», «милашка» Дебора Дейвис, Агнес Флеминг, Джини Джаффри, Пегги Кеннеди из «Бонни Дун», Джесси Леварс, Джин Лоример («Хлорис»), Мэри Морисон, Анна Парк, Анна и Полли Стюарт, Пегги Томсон — и многие другие.67 Только их яркие и смеющиеся глаза, мягкие руки и грудь из «набитого силка» примиряли его с тяготами и горестями жизни. Он оправдывал свои сексуальные блуждания тем, что все в природе меняется, и почему человек должен быть исключением?68 Но он предупреждал женщин, чтобы они никогда не доверяли обещаниям мужчин.69 Нам известно о пяти детях, рожденных им в браке, и еще девяти вне его. «У меня гений отцовства», — говорил он и полагал, что излечить его может только эмаскуляция.70 Что касается упреков священнослужителей и законов Шотландии…

Кирк и штат могут присоединиться и рассказать, Делать глупости я не умею;† Кирк и государство могут отправиться в ад, А я пойду к моей Анне.71

Когда Бетти Патон родила ему ребенка (22 мая 1785 года), Бернс предложил жениться на ней; ее родители отвергли это предложение. Тогда он обратился к Джин Армур и дал ей письменное обещание жениться; вскоре она забеременела. 25 июня 1786 года он явился на заседание кирка и признал свою вину; по его словам, он считал себя женатым на Джин и будет держаться своего обещания, но ее отец не позволил ей выйти замуж за семнадцатилетнего фермера, уже обремененного незаконнорожденным ребенком. 9 июля, сидя на своей скамье в церкви, Бернс смиренно принял публичное порицание. 3 августа Джин родила близнецов. 6 августа он и Джин приняли обличение перед прихожанами и были «освобождены от скандала». Отец выписал ордер на арест Бернса; поэт скрывался и планировал уплыть на корабле на Ямайку. Ордер не был исполнен, и Роберт вернулся на свою ферму. Тем же летом он пообещал жениться на Мэри Кэмпбелл и увезти ее в Америку; она умерла прежде, чем они успели осуществить задуманное; Бернс прославил ее в «Highland Mary» и «To Mary in Heaven».72

В том же плодовитом 1786 году он опубликовал в Килмарноке по подписке свой первый том стихов. Он опустил стихи, которые могли бы оскорбить Кирк или нравы народа; он радовал своих читателей шотландским диалектом и описаниями знакомых пейзажей; он