Подземелье - Ваня Мордорский

бросила Тара, присматриваясь, — Я знаю столько же, сколько и ты. Но раз мы стоим тут и место отмечено на карте — очевидно, что это оно! Да и выглядит это как типичный стык миров.

— Что-то не припомню подобных пленок в других мирах. — нахмурился Лин.

— Ну этот-то называется Закрытым. Не зря же.

Они еще раз бросили взгляд вниз. На далекую-далекую и огромную горную гряду. От взгляда вниз дух захватывало, настолько далеко казались те горы и такая большая пропасть отделяла их утес от хребта внизу.

— Страшновато… — заметил Лин, прицеливаясь прыгнуть на скалу, соединяющую миры. Ждать было нечего.

— Если страшно иди поищи мамочку.

Лин зло сплюнул. Характер Тары он считал отвратительным.

— Десять гребанных лет мы сюда добирались! Десять! Мать его! Если не больше! А учитель сколько говорил? — справитесь за шесть… — передразнила девушка оставшегося где-то далеко учителя, — Тьфу!

Тут Лин был полностью согласен — они не укладывались в сроки, указанные учителем. Но быстрее добраться до этого места было просто невозможно. Впрочем, он не жалел об этом затянувшемся путешествии, потому что в отличии от Тары он хотел повидать другие миры. Пусть и мельком. В спешке. Потому что всё время до этого им приходилось жить и существовать в стерильном мире Бессмертных, изредка спускаясь на примыкающие к нему земли Смертных и Монстров, выполняя задания учителя. А теперь же они отправились в такой далекий путь, который многим и не снился. Однако они прекрасно осознавали, что десять лет, которые могли быть потрачены на культивацию и самосовершенствование в мире Бессмертных, или других насыщенных энергией мирах, они потратили на петляние по мирам и дырам, через которые в эти миры можно попасть. Они выпали из бесконечной гонки силы культиваторов.

И кроме того, они ослабели в самом прямом смысле. Каждый последующий мир накладывал свои ограничения на высокоранговых культиваторов. И сейчас от их силы едва ли осталась треть. Вот только…Тара чувствовала, что это еще не конец. Да, учитель предупреждал их о таком эффекте от спуска в Нижние миры, но предупреждение предупреждением, а ощутить всю боль ограничений на своей шкуре, — совсем другое.

Вдруг всё пространство, весь воздух в промежутке между мирами вспыхнул ярко-голубым. Глаза ослепило. Лин едва успел зажмуриться. Громыхнуло.

— Твою мать! — вздрогнула Тара, — Что это?

Лин распахнул глаза, и теперь заметил тысячи молний, будто застывших во времени и рассекавших небо — они прорезали всё пространство, сколько хватало взгляда вправо и влево, и буквально вкручивались в основание стоящего выше мира, исчезая в толще гор, на которых стояли оба ученика. Они соединяли миры. Через десяток секунд он вернулись к своему серому цвету, из-за чего их невозможно было различить в серой межмировой хмари.

— Это же…

— Да, Жилы Дракона…

— Я вижу что это, почему их так много? Такого количества хватило бы на десяток миров.

Лин пожал плечами.

Даже до первой жилы было не одна тысяча шагов. По воздуху.

— Из мира внизу высасывают всю энергию. И видимо не одну тысячу лет.

— Но кто мог создать таки Жилы? Это же не природные жилы! Это титаническая работа по силам только…

— Бессмертным? — ухмыльнулся Лин.

— Им.

— Какая нам разница, Тара, — вздохнул Лин, — Хотим мы этого или нет, мы должны спустится вниз. Хватит тянуть время.

— Ну, чего тогда ждешь?

Лин пожал плечами и прыгнул. Расстояние до скалы было пустяковым — десяток метров. Тара последовала за ним. Теперь им предстоял длинный спуск до пленки, разделяющей миры.

Тут было подобие полустершихся ступенек, поэтому до пленки Лин и Тара добрались за пару часов. И застыли перед ней в нерешительности.

— Чего застыл, ты лезть дальше будешь?

Лин не успел ответить, потому что в тот же миг Тара его толкнула и он, сорвавшись и беспомощно цепляясь за выступы скалы, врезался в преграду. Несколько мгновений преграда под его весом растягивалась, он даже подумал что она вышвырнет его вверх, обратно, как батут, однако натянув ее до предела, он просто проскользнул в нее. Ощущения были не из приятных, будто всего тело прокрутили через мясорубку, а потом еще и в молотилку бросили.

Судорожно цепляясь за скалу он сумел удержаться и не свалиться в пропасть. Упав с такой огромной высоты он не выживет. Он это знал. Лин тяжело задышал.

Через пару мгновений появилась Тара. Спокойной и медленно спускаясь. На ней была гримаса боли. Впрочем, неудивительно. Лин до сих пор не отошел от ощущения, будто тебе сдирают заживо кожу.

Сверху тускло поблескивала завеса.

— Вот дерьмо! Больно! — выдохнула Тара, спустившись к соученику.

Он тем временем попробовал использовать базовую технику передвижения и…понял что не может. Техника сбоила, энергия будто сошла с ума. Одна нога окуталась Ци, а вторая — нет.

— Что за хрень…

— Ну… — вдруг сказала Тара, — Если это все тог…

Она не успела договорить. Лин тоже. Потому что в тот же миг их накрыла огромная Печать.

Их тела будто растянули в воздухе во всей стороны, натянув до предела. Казалось кости сейчас треснут, а сухожилия порвутся. Сдвинуться было невозможно. Нечто незримое зафиксировало их надежно. Из воздуха вынырнули сотни более маленьких печатей. На мгновение они зависли, а потом рванули внутрь тел обоих учеников. Ни один из защитных артефактов на их телах не сработал, молчали и запасные артефакты в сумках.

Пиздец! — подумал Лин.

— Срань! — вскрикнула Тара, — Отстаньте! Прочь!

Лин тихо зарычал. Боль была неимоверная. Каждый символ мало того, что вонзался в Средоточие, — основу существования любого Практика, — так еще и забивал один за другим меридианы, делая невозможным нормальный ток энергии Ци. Средоточие вспыхивало болью, одновременно с которой по всему телу проходила судорога. На счете сорок Лин просто сбился.

— Сука… — выдавил Лин.

Конечно, — подумал он, — глупо