Подземелье - Ваня Мордорский

культиватора приложили ладони к начинавшей светится Жиле. Она аж загудела от обилия энергии, которая рванула откуда-то из глубин гор ввысь. Несмотря на то, что стенки ее были плотно запечатаны, и не должны были пропускать энергию, при таком мощном толчке обязательно оставался повышенный энергетический фон, который тут же и начали всасывать Тара и Лин.

Их вместилища очень быстро заполнялись.

Однако прежде чем они успели их наполнить полностью, поток энергии иссяк. Ушел ввысь, в другой мир.

— Гадство! Не успела до конца заполнить! А ты?

— Тоже самое, примерно две трети успел.

Они сошлись во мнении, что в подобной ситуации и это неплохо.

Подождав еще неделю, во время которой они проверили возможности своих тел и стабильность техник, — они двинулись дальше. Больше оставаться на одном месте смысла не было. Не менее важным было и проверить крепость тел. Их тела, как и у любых культиваторов высокого ранга, подвергались Закалке Ци, и менялись, по крепости мало напоминая человеческие. Они ослабли, — это несомненно, но вот насколько?

Это проверила Тара, когда они спустились на несколько тысяч шагов вниз и там начали появляться первые живые существа, которых они встретили в этом мире.

Стая черных волков наивно решила, что хрупкая с виду девушка им по силам.

— Не вмешивайся! — крикнула девушка, — Я сама!

Лин пожал плечами и приготовился рвануть на помощь.

Тара справилась. Клыки тварей банально не смогли прогрызть ее кожу, а кулаки девушки в ответ отшвыривали каждую тварь шагов на пять-шесть.

— Закаленное Тело осталось со мной! Печати его почти не тронули! — радостно воскликнула девушка в пылу боя.

Как мало нам надо…Еще неделю назад мы были подавлены тем, что наши силы запечатаны, а теперь радуемся, что наши тела по-прежнему крепки, — подумал парень.

— Ей, трусло! Доставай этот сраный шарик, пора начать и закончить задание этого ублюдка. Посмотрим на этот мир, и на ту тварь, которую нам надо убить.

Лин вздохнул и выпустил из сумки Сферу Поиска. Они светилась чуть ярче. Теперь, когда пределы их собственных сил были более менее понятны, — пора было приступать к заданию. Как бы они не ругали учителя, ослушаться они его ни за что не посмели бы. В них внутри жил вполне обоснованный страх, что Зара Бессмертный, из под земли, или, если точнее, из любого мира их достанет, если ему понадобится.

Глава 121

Пещера Предка

Тархан восстанавливался и размышлял. Поглощенных в пещере жизней хватило лишь на то, чтобы восстановить тело полностью, а вот на то, чтоб полностью восполнить энергетический запас — нет. Но это было некритично. В этом месте ничто не представляло ему опасности. Тело было гладким, молодым, без единой морщинки, ранки или другого недостатка, — только мертвым. Нет, мертвецом в буквальном смысле он не был. Ритуал, который он использовал, консервировал тело в промежуточном состоянии, удерживающем его от распада, но, увы, и подлинной жизни в теле не было. Стихия льда, — его родная стихия, — сделала этот рискованный ритуал возможным; обладание ею и было одним из ключевых условий успеха.

На завершающем этапе консервации Ядро Стихии Льда разрушалось и распространялось по всему телу, замораживая его на длительный период Преобразования Тела, в чем помогали заранее нанесенные вокруг Печати. А дальше начинал работать Ритуал, суть которого Тархан конечно же полностью не понимал — он был создан культиваторами другого уровня, которых, он надеялся, и в живых давным-давно не было. Создатели Темных Практик — так они себя называли в свитках, которые он нашел.

Но даже на такую не-жизнь Тархан было готов променять неизбежно грозящую ему смерть. Такой вариант ему тогда казался счастьем. Теперь же счастья Тархан не чувствовал, впрочем, как всего спектра остальных эмоций.

Выйдя из спячки и высосав всю жизнь из пещеры, он погрузился в медитацию. Ритуал был так или иначе прерван, но всё равно свою функцию он выполнил более чем. Его сознанию требовалось определенное время, чтобы переосознать, переварить частицы сознания, которые были отколоты от него, и стать по-настоящему цельным.

И когда это произошло, Тархан ощутил нечто вроде внезапно вспыхнувшего Озарения. Непонятные прежде вещи стали вдруг очевидными, скрытое стало явным, а в совершенных поступках вдруг высветились очевидные признаки манипуляций. Он не мог бы понять всего этого во время Ритуала — только сейчас, став Цельным.

Да, — констатировал он, — Когда я был смертен мной манипулировали.

Вспоминая жизнь, миг за мигом, он убеждался в этом, и теперь он легко отыскивал эти незаметные следы вмешательства.

Его подталкивали именно к этому Ритуалу Преобразования, ему в юности привили стихию Льда, чтобы он сумел пережить именно этот Ритуал. Его развитие специально застопорили, чтобы он не смог перерасти стадию смертности и, дряхлея, с каждым годом стал отчаянно желать жизни любой ценой. Они просчитали всё. Невидимые кукловоды. Это был кто-то, стоявший над их уничтоженной Сектой, и не только над ней — мелкие всегда служили топливом для более крупных и уничтожались десятками. Вот они и подкинули ему свитки с подробным Ритуалом становления Нетленным. Случайные находки в мире культиваторов — не случайны.

Тархан прокручивал, разбирал на мелкие подробности каждый фрагмент жизни, каждое воспоминание, анализировал — ведь эмоций больше не было и ничто больше не мешало анализу. Сожалений не было и не могло быть: если бы не эти манипуляции,то он не смог бы стать тем, кем стал. Но цели подсунувших ему Ритуал, а теперь он был уверен в этом, пока были для него непонятны.

Он продолжил размышления. Истинная суть Ритуала Преобразования всё еще от него ускользала. Он стал Нетленным, стал так называемым Темным Практиком и это несомненно. Но что-то не давало ему покоя. Какая-то деталь, мелкие несостыковки.

Взяв кровь ближайшего гоблина он один за другим нарисовал на полу перед собой символы, которые наносил перед Спячкой. Символы, которые тогда он наносил на камни, на ложе, на собственное тело. Память его теперь была кристальной — это раньше он бы не смог воспроизвести сотни и