Наемник - Денис Мухин

– Все, выступаем, – замахала руками Миррива, подождав, пока викаэлки облачатся обратно в доспехи.

И мы опять побежали по каменным плитам древней дороги. Эх, сюда бы ящера, и можно было бы почитать, а то однообразие утомляет. Восстановив потраченные плетения, я опять отослал духа вперед с разведкой, но, несмотря на некоторое количество тварей вокруг, нас больше никто не побеспокоил до самого вечера. Интересно, это защитная система дороги? Недаром же я чувствовал едва заметные вспышки магии, когда ланши пытались до нас добраться. Но истинным зрением ничего не заметно… Точечное воздействие с мгновенной активацией ауры, отличной от разумных? Вполне возможно, надо будет собратьев поспрашивать – вдруг знают что интересное, а если нет, то точно полезут исследовать под воздействием неуемного любопытства. Я бы и сам занялся, но времени нет, а обратно мы здесь уже не пойдем.

Как и в прошлый раз, к концу дня люди стали выбиваться из сил, и стоянку пришлось делать после захода солнца, а не тогда, когда уже совсем стемнеет. Расположились мы прямо на дороге, решив не рисковать и не останавливаться слишком близко к лесу. Вот только в этот раз поставить защитный круг мне не удалось – камень был слишком крепок даже для кинжала, чтобы начертить на нем линию подходящей глубины и ширины. Не думал, что такое возможно. Хотя структура плит наверняка укреплялась магически, обеспечив сохранность на тысячи циклов. И ничего красящего, кроме крови, у меня нет, но и ее потребуется слишком много для замкнутого круга. И пока все ужинали, я размышлял, чем же заменить полноценную защиту.

– Зэл, чего ты там застрял, иди ужинать, – помахала мне Шинва.

– Сейчас.

Так ничего особо и не придумав, я решил не ломать голову, а обойтись простейшими рунами барьера. Будет не круг, а квадрат. Прямо в воздухе начертив пальцем тускло засветившуюся руну, я отошел к противоположной стороне стоянки и под заинтересованными взглядами викаэлок – люди уже спали – выполнил то же самое действие. Еще две руны – и образовался квадрат, в середине каждой «стены» которого тускло мерцала непонятная (для остальных) закорючка. И только тогда я отправился ужинать.

– Что это ты тут навесил? – полюбопытствовала Элия, как только я дожевал последний бутерброд с мясом.

– Рунные барьеры, круг здесь начертить нельзя, вот и пришлось обойтись ими, – ответил я, доставая флягу с водой и делая большой глоток.

Переглянувшись и решив не вдаваться в подробности (им все равно не понять), наемницы принялись укладываться спать. Ирили, бросившая свой плащ с мешком почти рядом со мной, скорчила умоляющую гримаску.

– Опять? – Сплести простенькое заклинание мне не составило труда.

– Да, не так сильно, как вчера, но все равно больно, – тихо вздохнула девушка, расплываясь в улыбке. – Спасибо.

– Обращайся, если что, – кивнул я, снимая с пояса оружие и откладывая его немного в сторону.

Проинструктировав духа насчет охраны, я улегся и, подложив под голову котомку, укрылся полой плаща. Этой ночью надо бы просто поспать, поскольку хоть раз в три дня следует дать телу полностью отдохнуть. Интересно, как викаэлки умудряются спать почти на голой земле в металлических доспехах и быть после этого утром свежими как огурчики, в отличие от людей.

Немного полежав, я отбросил лишние мысли, расслабился и заснул.

Глава 8

Третья ночь в пути прошла спокойно, и никто нас не побеспокоил. От духа я узнал, что недалеко у кромки леса кто-то бродил, но приблизиться так и не решился. Ну и хорошо, нам же меньше проблем. В это утро сборы оказались более долгими – барон, явно не привыкший к таким ночевкам, вставал с трудом и некоторое время разминал затекшее тело наравне с мастерами меча (что меня удивило – не думал, что он почти не уступает в мастерстве своим телохранителям, хоть и не готов к лишениям походной жизни), прежде чем приступить к завтраку. После приема зелья он изрядно взбодрился, и, сделав все дела, мы привычно побежали по дороге. Если, передвигаясь по лесу, мы постоянно были в напряжении, то сейчас все невольно расслабились, и дорога стала просто скучной. Даже поболтать не получалось, поскольку викаэлки берегли во время бега силы, чтобы не сбилось дыхание, а с людьми я не знаком и общих тем у нас нет, к тому же они меня немного побаиваются, пусть и не показывают, хотя причин я вроде не давал. Впрочем, возможно, это естественное отношение ко всем одаренным. В академии не заостряли на этом внимание, упомянув, что такая боязнь существует в основном в неразвитых местах континента, где из представителей магической братии бывают только слабенькие колдуны, ведьмы и самоучки, способные навредить обычным жителям просто от недостатка образования, а не в силу злого умысла. Спасался я от скуки только с помощью духа, который продолжал обшаривать окрестности как спереди отряда, так и позади просто потому, что передвигался в десятки раз быстрее нас и успевал везде. Так что кроме равномерной работы ногами и поддерживания поискового заклинания – просто на всякий случай – и дел не оказалось.

Вообще, мне было над чем подумать – чем дальше, тем больше меня удивлял мой миньон. Он уже такую кучу энергии поглотил, что давно должен был бы восстановиться полностью, да еще и стать сильнее за счет излишков! А Воин… ладно, все по порядку. Благодаря постоянной перекачке силы от меня, наша связь изрядно окрепла в последнее время, и у меня появилась возможность более подробно отслеживать процессы, происходящие внутри моего слуги. В результате смены неблагоприятных условий существования, когда искра творца почти зачахла из-за простой невозможности поддержания жизни Воина, сейчас она изрядно разгорелась и уже больше напоминала маленький костерок, чем почти прогоревшую свечу, как было вначале. Это ясно указывало на исключительную личность бывшего владельца, перешедшего в мертвое состояние. Я бы даже предположил, что раньше это был могучий маг, вот только сомневаюсь, что он не смог бы отразить или снять проклятие. Следующая странность касалась слоя разума – пусть я и не большой специалист в ментальной магии, но структура почти восстановившегося слоя у духа была слишком уж плотная. Из тех ошметков, которые оставались у него при самой первой нашей встрече, столь сложная структура никогда не образовалась бы без посторонней помощи. Если это дух простого существа, конечно. На разум бывшего человека это точно не походит. Еще одна странность заключалась в слое памяти, на данный момент представлявшем все ту же мешанину из обрывков воспоминаний, что и раньше. Хотя назвать это мешаниной – польстить. На самом деле, имеющиеся воспоминания были больше похожи на полотно, из которого вдруг исчезли девяносто девять нитей из каждых ста, а оставшиеся эпизодично рассказывали в большинстве своем о существовании после смерти. Причем они не стерлись, как можно было бы ожидать, а оказались просто неощутимы как для меня, так и для моего миньона. Недаром же он говорил, что вся память «как в тумане». Интересно, это последствие смерти или работа проклятия? Я знаком только с теорией, а практических примеров нам не приводили. Лучше подождать окончательного восстановления слоя памяти, а потом уж пытаться что-то предпринять. На фоне уже перечисленного образование ауры совершенно не удивляет, кроме того факта, что и в ней происходят изменения – грязно-белесая аура, присущая самопроизвольно восставшим мертвецам, духам и призракам, становится похожей на ауру живых существ. Во всяком случае, появление единичных мазков цвета настойчиво об этом свидетельствует. И это без живого тела, к которому обычно такая аура привязана.