С/С том 29. Никто ничего не заподозрит. Спокойной ночи. Игра в гольф - Джеймс Чейз

Фуентес! Он знает, что полиция разыскивает его. Теперь он вынужден скрываться.

Анита много месяцев прожила в Сикомбе. Она была частью кубинской общины. Знала друзей Педро. Знала, что Фуентес часто говорил о своем богатом друге Мануэле Торресе, у которого был рыбацкий бот на западном причале.

Она многое слышала о Мануэле Торресе. Говорили, что этот человек пользуется огромным влиянием. Более того, община считала его «крестным отцом» всех кубинцев, проживающих в городе. Если у кого-нибудь возникала проблема, шли к Мануэлю, и тот помогал решить ее. Его называли господином своего слова. Если он говорил, что сможет помочь, все решалось. Конечно, за это он брал деньги, однако это не удивляло и не волновало ни одного человека в квартале Сикомб, потому что совет Мануэля всегда был хорошим. Если Торрес не рыбачил, он стоял за прилавком у пирса и успешно продавал туристам сувениры.

Фуентес и Педро часто развлекались дешевым вином, Анита часто сидела вместе с ними и слушала, как хвастал Фуенттес.

«Мануэль мой друг, — говорил он Педро. — Если у меня возникнут трудности, я пойду к нему. Он мне всегда поможет».

Больше часа она просидела неподвижно, напряженно обдумывая создавшееся положение.

«Педро нужно спасти. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы он получил большой срок! Это невыносимо! Это просто невозможно». Но она очень хорошо знала цену дружбы. Ни Мануэль, ни Фуентес не пошевелят пальцем, чтобы спасти Педро, если, конечно, не будет соответствующего стимула.

Через час напряженных размышлений она наконец нашла решение. Она медлила, потому что совсем не была умерена, что удастся осуществить задуманное, потом решала, что другой возможности просто нет. Надо приложить все усилия, чтобы осуществить задуманное.

Она пойдет в гавань. Она была уверена, что если до них дойдет, какие большие деньги они смогут получить, они сделают все, чтобы освободить мужа.

И вот она стоит перед рыбацким ботом Мануэля и видит движущуюся тень за занавесками каюты.

Она внимательно присмотрелась, нашла мелкий камешек и бросила его в окно каюты.

Она ждала. Дверь каюты наконец открылась, и на пороге, как тень на стене, обрисовалась фигура огромного человека.

— Это я, Анита Цертес, — прочти прошептала она.

3

Майк Бенион оплатил такси, которое доставило его из аэропорта Майами к отелю «Сивью». Он ненадолго задержался около входа, окинув быстрым привычным взглядом украшенные балконы. Он пришел к выводу, что этот отель скорее всего предназначен для пенсионеров, имеющих не очень много денег. Ну да ладно. Майк поднялся по ступенькам в холл, который украшали карликовые пальмы в кадках, и подошел к окошку администратора.

Аккуратно одетый пожилой мужчина с улыбкой поздоровался с ним.

— Мистер Ванце ожидает меня, — сказал ему Майк.

— Мистер Лукас?

— Да.

Брат сказал Майку, что он постоянно должен помнить, что теперь его зовут Тэд Лукас и что номер в отеле забронирован на это имя.

— Подождите, пожалуйста. — Мужчина поднял трубку и что-то невнятно пробормотал, выслушал ответ и с почтением положил трубку на рычаг.

— Мистер Ванце примет вас, мистер Лукас. Второй этаж, номер два. Ваш номер двенадцать, это на пятом этаже. Если вы хотите оставить чемодан здесь, я прикажу отнести его в номер.

Майк на лифте поднялся на второй этаж. Последнее время он избегал тратить силы без особой нужды. Даже от небольшого подъема по лестнице у него возникала резкая боль в боку. Сегодня был тяжелый день. Возможно, виной тому был полет, да еще этот багаж, который ему пришлось таскать весь день. Он надеялся, что от того смертельного нечто, что его пожирает, завтра останется только воспоминание. Боль приходила и уходила. Выпадали дни, когда он начинал убеждать себя, что не умрет через несколько месяцев. Но сегодня, когда он покидал аэропорт, боль кинжальным ударом снова напомнила о себе, и он понял, что все его надежды напрасны.

Он постучал в дверь номера. Низкий голос пригласил его войти.

Он открыл дверь и прошел в маленькую, бедно обставленную, но уютную комнатку, в которой глубокие старики спокойно могли дожидаться своего последнего часа.

Лу Бреди сидел в кресле-каталке. Майк увидел перед собой маленького худого старика, которому было где-то под восемьдесят: грим Бреди был большим искусством, он представлял собой нечто большее, чем можно встретить в обыденной повседневной жизни. Пучки седых волос, длинные белые усы, тонкие ноздри, морщинистая кожа… полностью ввели в заблуждение Мегги. Бреди предупредил ее, что она должна приехать в «Сивью», где для нее на имя Стеллы Дженс заказан номер, и спросить мистера Ванце.

Когда Мегги накануне вечером зашла в его номер и увидела этого старика в кресле-каталке, она, заикаясь, проговорила:

— О, прошу извинить! Я, кажется, ошибалась номером.

И она быстро повернулась, чтобы выйти. На это Бреди заявил самым обычным голосом:

— Входи же поскорей, сердечко, и снимай клипсы.

Мегги так перепугалась, что не смогла найти в этом хоть что-нибудь смешное.

Бреди потребовалось немало времени, чтобы убедить ее, что этот старый калека, который так страстно оглаживал ее, и есть та самая большая любовь в ее жизни, о чем она всегда не уставала повторять.

Наконец они перешли к делу, и Бреди сообщил ей, что завтра приезжает человек, который будет иметь номер в этом отеле и которому отводится важное место в ограблении.

— Мне хотелось бы, чтобы ты осталась в спальне и все внимательно прослушала. Ты должна убедиться, что сможешь работать с этим человеком. Необходимо, чтобы гнои выводы совпали с моими. Я должен быть абсолютно уверен в этом человеке. Хеддон сказал, что с ним все в порядке, ко он не профессионал. У него нет судимостей и он не понимает, что такое срок, а таким любителям я не доверяю. Если он бросит нас, когда станет горячо, мы сядем… в такую лужу! Прошу, прислушайся к его голосу и к тому, что он будет говорить. Потом войди, как бы случайно, и не своди с него глаз. Если он будет действовать тебе на нервы, проведи рукой по волосам. Если убедишься, что сможешь с ним работать, скажи об этом.

Мегги удивленно кивнула.

— Это что, такая крупная игра, Лу? Да? Я немного волнуюсь. У меня нет особого желания загреметь в тюрьму, по если ты скажешь, что все в порядке, тогда я спокойна.

— Ты не попадешь в тюрьму, бэби. Я ведь тоже не горю желанием попасть туда.

Мегги стала гладить его руку.

— Знаешь что? Мне как-то не приходилось спать с восьмидесятилетним. Может, стоит попробовать?

Бреди улыбнулся.

— Нет. Мне потребовалось три часа, чтобы соорудить это лицо. Ты же не сможешь сохранить его, так что успокойся.

Стоя у порога, Майк разглядывал этого старика в каталке. Обманутый, как Мегги, он подумал: «Боже! И этот старый крючок тот человек, с которым мне предстоит работать!?»

Пока Майк стоял и разглядывал Бреди, тот, в свою очередь, смотрел на него холодными, внимательными глазами. Потом Бреди медленно расслабился.

«А в нем что-то есть, — подумал он. — Не только твердость, необходимая для такого дела, но и дисциплина. Каждая клеточка его тела словно излучает порядок. Хеддон сказал, что он фельдфебель. Нет, это не тот человек, у которого могут сдать нервы, нет».

Впавшие глаза беспокоили Бреди, однако решительный рот и упрямый подбородок сглаживали это неприятное впечатление.

— Меня зовут Майк Бенион, — проговорил мужчина. — А вы мистер Ванце?

— Входите и садитесь, — предложил Бреди. Он дождался, пока Майк закроет дверь и усядется в кресло рядом с ним, потом продолжал: — Итак, вы — Майк Бенион, — заговорил он старческим голосом. — Расскажите о себе.

Майк прямо посмотрел в глаза Бреди, что-то фальшивое чувствовалось в этом старом господине. Он инстинктивно чувствовал это.

— Я здесь для того, чтобы получить задание. Вам не нужно знать обо мне ничего, как и мне о вас. О каком задании идет речь?

Ответ понравился Бреди, он решил продолжить испытание.

Мне сказали, что вы хороший стрелок. Насколько корпию выстреляете?

— А как насчет того, чтобы прекратить болтовню? — спросил Майк. — И скажите тому, кто находится в спальне, чтобы он вышел. Давайте поговорим открыто.

Мегги вышла из соседней комнаты, остановилась, чтобы разглядеть Майка, и захлопала в ладоши:

— Какой великолепный образчик современного мужчины! — воскликнула она.

Бреди улыбнулся, когда увидел, как Майк уставился на нее.

— Давайте что-нибудь выпьем, — предложил он, вставая с каталки. Потянувшись, он пошел к маленькому бару. — Это Мегги. Она работает вместе с нами. Что вы предпочитаете, Майк?

Ошарашенный внезапной активностью старого калеки и потрясенный видом Мегги, Майк стоял с открытым ртом. Он никак не мог прийти в себя, но наконец встал.