Спуск к ядру - Максим Балашов

сталактиты на потолке. В тот же миг по спине героя пробежал ледяной пот, что в условиях −50°C было особенно неприятно.

Он даже не стал оглядываться, путешествия по поверхности научили его: если сзади рычит что-то большое, бежать надо сейчас, а идентифицировать угрозу можно потом. Ноги сами понесли его вперёд, едва не скользя по обледенелому полу. Он прекрасно понимал, что у него нет шансов против белого медведя

«Белый медведь. В пещере. Ну конечно, куда же без этого! »

Без полной подпитки энергокаркаса у него было столько же шансов против этого зверя, сколько у Тузика в схватке с грелкой — то есть ноль. И в отличие от грелки, этот «Тузик» явно не собирался ограничиваться мирным обниманием.

Выскочив на поверхность, Крас буквально взлетел на ближайшую скальную возвышенность, недоступную для медведя — благо, тренировки с Нивейдой не прошли даром. Косолапый не заставил себя долго ждать, через мгновение из грота с грохотом вывалилось мохнатое белое бедствие, мощное величественное животное, хозяин здешних земель.

Медведь остановился, обнюхал воздух и начал неспешно похаживать у подножия скалы, время от времени бросая на Краса взгляды, полные… Это было не просто хищное любопытство. Скорее, снисходительное презрение, мол: «Сидишь? Ну сиди. Я подожду. Всё равно ты когда-нибудь спустишься.»

Крас прищурился, внимательно наблюдая за необычным поведением медведя. Зверь не бросался на скалу, не рычал яростно, а лишь методично вышагивал у подножия, будто обдумывая стратегию. Его умные, почти человеческие глаза с холодным расчётом изучали ситуацию.

«Что-то здесь нечисто…» — мелькнуло в голове у героя. — «Обычный медведь давно бы уже либо ушёл, что учитывая их слепую ярость мало вероятно, либо начал ломиться за мной. Почему он не кидается на гору и не пытается залезть как предыдущий? И ведёт себя… слишком осмысленно. Может, понимает, что у него нет шансов, и он просто попадёт в ловушку? Неужели этот косолапый обладает интеллектом? Я думал ими движет только голод и жажда убивать, но видимо именно этот мохнатый умнее своих сородичей».

Внезапно косолапый остановился, поднял морду и… усмехнулся? Нет, конечно, медведи не умеют улыбаться. Но в его взгляде явно читалось понимание — он знал, что в ловушке именно Крас.

«Чёрт возьми, да он ещё и вдвое здоровее своих сородичей! — с горечью осознал герой. — И если обычным медведем движет только голод, то этот… этот явно получает удовольствие от игры.»

Крас нервно облизал пересохшие губы. Ситуация становилась опаснее с каждой минутой. Внизу — разумный хищник, наверху — ледяная пустошь. Энергокаркас щёлкал на морозе, предупреждая о низком заряде.

"Нужно срочно придумать план, — мысленно торопил себя герой, — потому что этот Крас впился взглядом в медведя, и чем дольше он разглядывал зверя, тем больше осознавал — перед ним не просто хищник, а настоящий владыка ледяной пустыни.

Этот белый исполин на голову превосходил всех медведей, которых герой встречал раньше, он был даже больше четвёртого. Его размеры поражали, холка возвышалась на добрые два метра, а длина тела от носа до хвоста легко достигала трёх. Голова размером с приличный бочонок эля внушала благоговейный ужас — одно неосторожное движение, и эти челюсти превратят кости в труху. Если сравнивать его с другими животными, то это скорее был огромный носорог, чем медведь. Самое пугающее было в его массе и силе.

— Да это же не медведь, а ходячая крепость, — прошептал Крас, ощущая, как по спине пробегает холодок.

Зверь весил не меньше тонны — столько же, сколько небольшой автомобиль. Его лапы, широкие, как лопаты, могли раздавить человека в лепёшку с одного удара. А когти… Боги, эти когти! Длинные, как кинжалы, они запросто вспороли бы металл, будто тонкую ткань. Медведь лениво потянулся, демонстрируя свою мощь, и Крас явственно услышал, как хрустнул лёд под его весом.

— Ну конечно, — усмехнулся герой, — именно такого монстра мне не хватало для лёгкого старта.

Ледяной ветер выл между замёрзших скал, когда Крас и медведь замерли в немом противостоянии. Их взгляды скрестились — холодный расчёт против настороженного изучения. И тут герой понял: перед ним — не слепое орудие убийства, а хозяин этих земель. В золотистых глазах исполина горел не голод, а спокойная, уверенная ярость существа, защищающего свои владения. Он не нападал — он предупреждал.

— Похоже, я вторгся без приглашения, — пробормотал Крас, медленно заводя руку к котомке, дабы достать кинжал.

Медведь фыркнул, будто отвечая: «Ты только сейчас это осознал?» Его взгляд выражал чистейшую неприязнь — то самое «уходи, пока цел», которое знакомо каждому, кто хоть раз случайно зашёл не в тот двор. Но самое странное? Ни капли безумия. Ни той слепой ярости, что движет обычными хищниками. Только холодный, почти человеческий расчёт.

— Интересно… — Крас прищурился, не отрывая взгляда от медведя. — Пожалуй, у меня на твой счёт есть пара мыслей. Но сначала — подзарядка.

Осторожно пятясь, он достал из котомки пустые кристаллы — те самые «болванки», которые взял с расчётом на долгую работу. Их прозрачные грани тускло поблёскивали в холодном свете. Герой не стал скупиться и выторговал у кобольдов пару десятков пустых сосудов.

— Если я правильно понимаю, — пробормотал он, раскладывая кристаллы перед собой, — для добычи и обработки дикарта понадобится столько энергии, что хватит на маленький посёлок.

Медведь, кажется, заинтересовался этим процессом. Он присел на задние лапы, как огромная собака, и наблюдал — то ли из любопытства, то ли в ожидании момента для атаки.

Всю ночь Крас провёл в напряжённой медитации. Холодный воздух обжигал лёгкие, но он игнорировал дискомфорт, сосредоточившись на наполнении кристаллов. Постепенно их пустые грани начинали мерцать голубоватым светом, впитывая энергию, как губка воду.

Как ни странно, медведь так и не напал — даже когда Крас, казалось бы, был наиболее уязвим, погружённый в медитацию. Но казалось — ключевое слово. Герой выбрал позицию не случайно: сидел спиной к скале, с идеальным обзором, держа косолапого в поле зрения всё время, и был максимально сосредоточен. Каждый мускул его тела оставался на низком старте — достаточно одного рычания, чтобы мгновенно прервать процесс.

А медведь…Медведь действовал как настоящий тактик. Он улёгся у входа в пещеру, словно древний страж, и неотрывно следил за человеком. Его золотистые глаза не моргали, а мощные лапы были готовы в любой момент оттолкнуться от снега. Этот факт в очередной раз доказывал, что зверь явно обладал разумом.

— Ох уж этот интеллектуальный зверюга… — мысленно усмехнулся Крас, чувствуя