Огонь на снегу - Барбара Картленд

У него перехватило дыхание. Однако, словно рассеивая колдовство, благодаря которому они ощутили взаимную близость, он сказал:

— Сейчас, Алида, у нас есть другие дела!

Только теперь она заметила, что они переехали через Неву и миновали несколько домов на берегу. Кони несли сани по безлюдной, пустынной местности. Вокруг при лунном свете сверкал только белый снег, вихри которого медленно вздымались к ясному, звездному небу. Несмотря на прошедший снегопад, дорога была отчетливо видна, и кони неслись все так же быстро.

— А другие сани тоже едут за нами? — спросила Алида.

Она подумала, что если они едут одни, то волки могут угрожать и им.

— Они стараются не отставать от нас, — улыбнулся князь. — Но эти четыре лошадки славятся своей резвостью.

Алида с опаской вглядывалась в окружающий пейзаж.

— Картина достаточно мирная, — неуверенно произнесла она.

— Может быть, я зря тревожусь, — ответил князь, — но всегда разумнее быть начеку.

Он вынул из-под меховой накидки маленький пистолет и протянул ею Алиде.

— Скорее всего он вам не понадобится, но придает вам уверенность!

— Только сегодня утром я рассказывала императрице, — вспомнила Алида, — что папа учил меня стрелять, когда мы жили во Франции.

— В нем всего одна пуля, так что не пользуйтесь им без необходимости!

В руке у князя Алида увидела шестизарядный револьвер. Заметив взгляд девушки, он пояснил:

— Это самый надежный револьвер, такие же есть у всех моих кучеров. Если мы повстречаемся с волками, мы пустим их в ход!

— Это немного успокаивает, — пролепетала Алида.

— А вы не предполагали, что я буду заботиться о вашей безопасности? — спросил князь так ласково, что у девушки перехватило дыхание.

Она испытывала острую боль в спине от пульсировавших рубцов, но в то же время ей было так хорошо с князем, что все остальное не имело значения. Физическая боль, мелькнуло у нее в голове, все-таки лучше, чем разлука с ним и грозящая ему опасность.

Слуга, сидевший на козлах, обернулся и что-то быстро сказал.

Князь приподнялся, и Алида увидела перед собой ветви елей, гнущиеся под тяжестью снега. Они приблизились к лесу, и вдруг в тишине услышали хлопок выстрела.

Алиде показалось, что лошади буквально ворвались в лес. Еще выстрел, но теперь уже ближе.

Лес молчал. Серебряные лучи лунного света проникали сквозь ветви деревьев. Все вокруг, казалось, застыло в вечном покое.

Кони вынесли их на поляну, вырубленную дровосеками. Там стояли резные раскрашенные сани, а в них двое людей. Лошади лежали в снегу, и их уже терзала стая волков, по которым стрелял человек из саней. Кучер князя направил лошадей в дальнюю сторону поляны, но и оттуда было видно, что стая огромна. Волки рвали добычу, сгрудившись в огромный ком темной шерсти. Граф Иван стоял в санях, одной рукой целясь в зверей, а другой придерживая Мэри. Он разил наповал одного волка за другим, когда те, отрываясь от еды, наскакивали на сани.

Слуга, сидевший на козлах саней князя, открыл стрельбу по волкам, но на месте убитых тотчас же появлялись новые. Алида поняла, что если одни животные уже утолили голод, другие все еще рыскали в поисках добычи. Она встала и оглянулась назад. Саней, сопровождавших их, все еще не было видно. Князь, встав в санях, тоже стрелял по тем волкам, которые, осмелев и скаля зубы, набрасывались на графа Ивана.

Алида вдруг заметила взгляд графа. Этот взгляд насторожил ее. В лунном свете глаза графа сверкали ненавистью, а губы кривились в презрительной усмешке, словно ему претило, что не кто иной, как князь, пришел ему на выручку. Затаив дыхание, она увидела, как граф направил свой револьвер на князя и целится ему в сердце.

Все произошло так быстро, что времени на раздумья не было. Алида движением плеча так толкнула князя, что тому пришлось шагнуть назад, чтобы удержаться на ногах, и одновременно нажала на курок пистолета, который держала в правой руке. При выстреле она почувствовала толчок и словно во сне увидела, как граф Иван покачнулся и медленно упал в сани. По-видимому, он все же успел выстрелить, так как Алида увидела вспышку и ощутила сильный удар, чуть не сбивший ее с ног. Однако она заметила, что один из волков подкрался к саням и вцепился в графа Ивана. Падая, граф увлек за собой и Мэри, голубое платье мелькнуло в своре серых зверей.

Девушка услышала крик ужаса, не сознавая, что это кричит она сама. Она чувствовала, что падает… падает в непроглядную темноту, с огромной скоростью окутавшую ее. И поняла: это смерть.

Глава 9

Алида слышала звук, похожий на шум беспрестанно бьющегося моря. Звук доносился из темноты, из длинного туннеля… Вдруг, как ножом, ее пронзила мысль: она на корабле! Ее возвращают в Англию! Она покидает Россию!

Девушка попыталась пошевелиться, но не смогла, лишь веки ее слабо дрогнули. Кто-то положил руку ей под голову, и она почувствовала на своих губах что-то прохладное. Она машинально сделала несколько глотков. Кто-то очень ласково сказал ей по-французски:

— Вы в безопасности! Спите спокойно, малышка!

Алида что-то хотела спросить, но ей не хватило сил. В глазах потемнело, и она снова потеряла сознание.

Позже — через несколько часов или несколько дней — она снова услышала тот же ласковый голос.

Открыв глаза, Алида увидела склонившееся к ней лицо женщины средних лет, в белом платке и монашеском покрывале. Ей снова поднесли питье, и, сделав нечеловеческое усилие, Алида спросила:

— Где я?

— В поезде, — ответила монахиня. — Вы в безопасности, мы о вас заботимся, и вы скоро поправитесь.

Алида хотела задать еще тысячу вопросов, но сил не было.

Она ощущала под головой мягкую подушку и ритмические удары, которые она приняла за шум моря. Теперь этот шум казался ей странной музыкой, в которой повторялся один и тот же мотив.

«Если я в поезде… то не может быть, чтобы меня везли в Англию, — думала она. — Но куда… куда же они везут меня?»

На нее нахлынули бессвязные воспоминания.

Граф Иван, с ненавистью глядящий на князя… движение его руки… пистолет, направленный, она это точно знала, в сердце князя… палец на курке… граф падает… падает в сани.

— Я убила его! — прошептала она.

Потрясенная этим, девушка попыталась сесть, но вскрикнула от боли.

Снова слова утешения и ласковые руки. Снова погружение во тьму. Алида так и не могла восстановить ход событий. Она то приходила в сознание, то снова погружалась в забытье.

Девушка была слишком слаба, чтобы задавать вопросы, слишком утомлена, чтобы интересоваться, куда ее везут. Она только понимала, что находится в поезде уже долгое время. Потом она очнулась опять в санях, которые двигались очень медленно, вероятно, чтобы избежать тряски…