Тайна опустевшего причала - Максим Шахов

– И как практически представлял себе это твой знакомый? – поинтересовался Вадик. – Спутники, как я правильно представляю, отнюдь не наши, а, вероятно, натовские. Если бы так легко можно было в них забраться и подкрутить…

– Вот поэтому нам и не обойтись без Марьина. Точнее, без некоторых его кораблей. В бригаде надводных судов имеются один или два «МРК» – малых ракетных корабля, – оснащенных уникальным оборудованием РЭБ – радиоэлектронной борьбы. С его помощью этот корабль может полностью блокировать все сигналы, поступающие к определенному объекту. Ну и, разумеется, способен подать свой сигнал, откорректированный как надо. – Заметив, что и Редин, и Аракчеев вот-вот готовы обрушить на него град вопросов, Гера опередил их: – Больше никаких подробностей! Я это говорю со слов Марьина. Сам Игорь оценил вероятный успех такой операции в 50 процентов. В случае неудачи он просто ликвидирует катер.

После продолжительного раздумья Редин неторопливо уточнил:

– Сбив «наводку» бортового компьютера «Sentry», что мы получим в итоге?

– Зришь в корень! Потом-то и должно произойти самое интересное. Новая точка подбора груза выбирается не слишком далеко от реально заданной, чтобы на берегу не заподозрили неладное из-за значительного расхождения во времени. Туда должны быть заранее сброшены аналогичные «шары». Только уже с «нашей» начинкой. Катер, продолжая выполнять неизмененную часть своей программы, подбирает их и доставляет к причалу Северного порта.

– О! Внутренний голос мне подсказывает, – Вадик посмотрел прямо в глаза командиру, – что «группу встречающих товарищей» на причале ожидает «громкий» сюрприз.

Спокойным и ровным голосом Гера ответил:

– У Марьина на бригадных складах имеется достаточное количество неучтенного гексогена. Или октогена.

– Фью-ю-ють! Ну, в таком случае вряд ли в порту и ближайших окрестностях останется кто-то, способный по достоинству оценить сюрприз.

– А… мирное население? – задумчиво поинтересовался Сергей.

– Вот для этого тоже ты и летишь в Балтийск. Ты же у нас единственный, кто весь Палдиски своими ногами измерил еще в юности. Будешь на месте консультировать взрывников Марьина. Еще возьмешь фотографии с «шарами». Там на обороте я записал кое-какие пояснения экспертов по изготовлению этих контейнеров. И помни, что времени у вас чуть больше суток. Вот номер моего телефона. – Гера протянул Редину бумажку. – Запомнишь и уничтожишь. Этой «симкой» я ни разу не пользовался, так что звонок-другой никто перехватить не сможет. Держи меня в курсе. Вопросы есть?

Капитан 1-го ранга Редин отрицательно покачал головой.

– Тогда не задерживайся. Заскочи в свой клоповник за вещами – и в аэропорт.

Они крепко пожали друг другу руки, и Сергей, не оглядываясь, двинулся по уложенной каменными плитками дорожке.

Талеев пристально посмотрел ему вслед.

– В одной своей фразе Серж только что высказал мысль, которая давно уже не давала мне покоя.

– ?

– Это когда он начал перечислять силы противника, которые, возможно, будут противостоять нам на… объекте. Ты обратил внимание, что там и криминал, и служба безопасности, и кадровые военные со своими американскими инструкторами?

Аракчеев легкомысленно пожал плечами:

– Так и есть. Все подтверждается уже состоявшимися нашими контактами. Не понимаю, что тебя напрягает? Первый раз, что ли?!

– Помнишь, как я уже сказал тебе и Гюльчатай, что могу, пожалуй, назвать людей, которые стоят за каждой этой силой? – Вадим кивнул. – Вот только все они очень… разные. В естественных, так сказать, условиях на симбиоз неспособные.

– Ну почему? Первые и вторые, например, оч-ч-чень даже способны!

– Но это будет уже неестественно! В общем, как… лебедь, рак и щука. И обязательно нужен дедушка Крылов, чтобы их объединить. По своей воле.

– Ты хочешь сказать, что знаешь этого человека? – в лоб спросил Аракчеев.

– В том-то и дело, что нет. Пока. Поэтому сейчас отправляюсь в редакцию газеты, где работал Круус.

– Так ты уже побывал там.

– Я не то искал. А теперь, думаю, мне поможет один сотрудник…

– Второй раз идти туда опасно. Особенно после визита к тебе в гостиницу «гостей».

– Ну, из номера я уже съехал. Сниму комнатенку на пару дней. Но сначала – в редакцию.

– Я тебя прикрою, патрон. Разумеется, негласно.

Гера согласился:

– Об этом и хотел тебя попросить. Кстати, возьми мобильник. – Он протянул аппарат Вадиму. – На него должна позвонить Алексеева.

– А где она?

Талеев усмехнулся:

– Работает по своему направлению. Ты же знаешь нашу Гюльчатай!

– О, еще как! Значит, Анахит шерстит местную наркомафию. Держитесь, ребята!

– Что-то в этом роде. – Гера поднялся со скамьи. – Пошли, что ли.

Аракчеев тоже встал, и они разошлись в разные стороны.

– Хозяин! Они все разбежались!

– …

– Да, за первым Кастет пошел, как вы и приказали.

– …

– Нет, Хозяин, ничего услышать не получилось: никак нельзя было подойти ближе. Зато Семен точно разглядел: с русским журналистом на скамейке был тот мужик из парка! Ну, который еще в квартире… Точно, зуб даю!

– …

– Так мы бы их тут уже и «оприходовали». Удобно: тишина, никого нет…

– …

– Понятно. Нас двое сейчас. И «на хате» пять человек ждут моего звонка.

– …

– Да, уже вызываю!

– …

– Понял: проследить, куда пойдет, потом встретить без свидетелей. Виноват, Хозяин, заговорился. Будут свидетели! Пацаны подойдут в правильных прикидах и с битами.

– …

– Ясно, Чингачгук подстрахует, если что.

– …

– Не беспокойтесь, у него все отшибет навеки. И память, и… Понял, работаем!

– Это опять вы?!

В голосе заместителя шефа отдела не было ни капли радости. Впрочем, это не помешало ему любезно усадить гостя в большое «представительское» кресло около маленького столика у окна и громко крикнуть в коридор, чтобы немедленно принесли две чашки кофе.

– Никаких известий от Тойво не поступало. – Финч был натурально встревожен. – Я даже волноваться начал. Хотя ничего из ряда вон выходящего: Круус позволял себе пропадать и на больший срок. Вы вполне могли бы просто связаться со мной по телефону, а не тащиться в этот душный муравейник.

Полному и одышливому Финчу всегда было жарко. Даже сейчас, при исправно работающих кондиционерах, он был в одной рубашке с засученными выше локтей рукавами и глубоко расстегнутым воротом. Талеев, отхлебнув для приличия маленький глоток бледно-коричневой жидкости, которую здесь почему-то именовали гордым именем «кофе», неожиданно произнес:

– А я нашел того человека, который приходил в редакцию и так заинтересовал Крууса.

– Правда?

– Жаль только, что он ничего не смог мне рассказать о своей встрече с Тойво. Несколько дней тому назад его задавила электричка в Палдиски.

Гера внимательно наблюдал за реакцией Финча. Круглое, румяное и молодое лицо толстого зама на глазах посерело и состарилось лет на пятнадцать.

– Как… это?

– Думаю, как Анну Каренину. – Талеев специально выразился столь бестактно и грубо.

– Ка… кую Каренину?!

Нет, Финч не играл. Он действительно ничего не знал о Круусе и всерьез обеспокоился смертью Сычева.

– Неважно. Несчастный случай. Так, говорите, Тойво так и не появлялся?

Зам отрицательно помотал крупной головой и налил себе целый стакан воды из бутылки на столе.

– Жаль, но времени ждать у меня больше нет. Надо возвращаться в Москву. Впрочем, может, вы смогли бы мне хоть чем-то помочь. Я говорил в прошлую нашу встречу, что заинтересовался некоторыми публикациями Крууса, которые нашел в Интернете. Но их там почему-то оказалось маловато. Я порылся поглубже и отыскал сноски, что некоторые из них удалены админом.

– Ну, такое бывает. Наверно, это старые публикации и удалены по истечении срока.

– Нет-нет, это были совсем свежие статьи.

Финч задумался и неуверенно проговорил:

– Знаете, Тойво писал подчас чересчур… э… остро, не стеснялся в выражениях. И, возможно, иногда чуть торопился с категоричными выводами и… обвинениями.

– Это не всем нравилось?

Зам снова покивал.

– Таким людям, которые могли управлять даже Всемирной паутиной?

– Ну, не так глобально, всего лишь каким-нибудь нашим сайтом. – Финч развел пухлыми руками и повторил: – Бывает…

Гера даже не прислушивался к ответам собеседника, он упорно шел к своей цели.

– Но ведь в редакционном архиве публикации должны были сохраниться, так?

Массивный Финч по-детски заерзал в своем кресле. Потом встал, плотно прикрыл дверь, ведущую в кабинет, и еще какое-то время постоял, прислонившись к ней и прислушиваясь. Затем снова занял место за столом. Говорить он начал двумя тонами ниже:

– Знаете, господин Талеев, я бы сейчас со спокойной совестью мог согласиться с вами и отправить вас прямиком в архив, где вы бесцельно провели бы добрую половину дня. Я не сделаю этого. Потому что Тойво – мой друг, и меня всерьез беспокоит его отсутствие.